5 Братьев - Пенелопа Дуглас

— И тем не менее, именно ты отправляешься в тюрьму, — огрызается она, вытаскивая что-то из заднего кармана. Она поднимает пару белых хлопковых трусиков. — Нашла их в диване.

— Они не мои.

Она тянется и дёргает меня за ухо.

— Ай! — Я отстраняюсь. — Селли, чёрт возьми…

Она придвигается вплотную к моему лицу:

— Я ожидала чего-то более изысканного от девочки из Сент-Кармен.

Она имеет в виду Крисджен.

Она бросает трусики в меня, и я ловлю их, парируя:

— Девочка из Сент-Кармен знает, что конфеты продаёт не обёртка.

Она хмурится и уходит, а я не могу сдержать улыбку ей вслед. Мне будет её не хватать.

Мы платим ей за уборку пару раз в неделю, но, честно говоря, думаю, она бы делала это и бесплатно. Она твёрдо намерена стать частью этой семьи.

Она уже встречалась с Далласом и со мной, и я не сомневаюсь, что в конце концов кто-то на ней женится. Только не я. Она слишком собственница. Даже спустя шесть лет после нашего расставания.

Хотя, уверен, дело скорее в том, что я подвёз Святую до дома. Женщины в Заливе ревностно защищают свою территорию. Им не нравится, когда богатые девочки приходят сюда и крадут их мужчин. Даже на одну ночь.

Но мне вот интересно, насколько Крисджен действительно богата. Я не жду, что она заплатит мне за ремонт. Мы друзья. Вроде как. Но почему у неё нет денег? Что-то здесь не так.

Я иду на кухню, засовывая трусики в карман, открываю холодильник и делаю глоток апельсинового сока прямо из пакета.

Арми застёгивает ланч-бокс Декса и закручивает крышку на его бутылке с водой.

— Она пытала тебя насчёт трусиков? — спрашивает он.

Я слышу смех в его голосе.

Я улыбаюсь, киваю и убираю сок.

— Я позабочусь о том, чтобы Крисджен получила их обратно.

Или нет. Судя по её словам, мы её больше не увидим. Или, по крайней мере, я не увижу до своего отъезда.

Арми захлопывает дверцу посудомоечной машины, запускает её и натягивает футболку.

— Ладно, — громко говорит он. — Я закину малого к Жасмин и поеду с Далласом и Трейсом. Можешь поехать со мной, если не хочешь пораньше начать с бассейнами в «Bay Club» и Фокс-Хилл.

— Я не поеду. — Я снимаю телефон с зарядки, проверяя сообщения. — С меня хватит, — говорю я ему.

Я чувствую на себе его взгляд.

И отказываюсь смотреть на него в ответ.

— Айрон… — произносит он.

Но я его игнорирую.

— Мейкон в гараже?

— Айрон…

Я медлю, затем смотрю через плечо.

— Что?

Он смотрит на меня, и я знаю, что он собирается сказать, даже без слов.

— Сам знаешь что. — Он качает головой. — Тебе же хуже.

Я подхожу к двери и открываю её, видя Мейкона внизу в гараже: он возится с зелёным «Wagoneer» семидесятых годов. Его владелец — постоянный клиент. Коллекционер из Сент-Кармен, который доверяет свою машину только Мейкону.

Этим он теперь занимается большую часть времени. Он управляет деловой стороной наших услуг по ландшафтному дизайну и чистке бассейнов, но редко выходит для этого из дома. Арми — тот босс, которого видят все. С ним людям гораздо проще общаться. Мейкон не пересекал пути уже несколько месяцев. Да и до этого делал это крайне редко.

Я закрываю дверь и спускаюсь на три ступеньки, пока Даллас проходит мимо открытого гаража с термоконтейнером на день, который он только что наполнил из шланга. Я слышу, как откидывается задний борт пикапа, и плач Декса, пока Арми несёт его по улице к няне.

Звонит телефон Мейкона, и я перевожу взгляд с него на мобильник, который он усердно игнорирует. На ящике для инструментов позади него стоит наполовину пустая бутылка бурбона.

Я расправляю плечи.

— Застройщики всё равно придут, ответишь ты на звонок или нет.

Он не поднимает глаз.

Я подхожу ближе, вытирая пот с задней стороны шеи.

— Слушай, я нашёл кое-какие проблемы в машине Крисджен, — говорю я ему. — Я собираюсь сегодня остаться здесь и заняться ей.

— Нет, не собираешься, — отвечает он, продолжая крутить гаечный ключ. — Ты нужен нам на работе.

— Вы отлично справитесь и без меня.

Он затягивает болт, и мышцы на его руке напрягаются так сильно, что я едва не делаю шаг назад.

— То есть того факта, что ты оставляешь меня без рабочих рук на три года, недостаточно, — говорит он, — так ты ещё и не можешь выполнять свою часть работы до самого отъезда?

— У меня осталось восемь дней свободы, и я хотел бы ими насладиться.

Он поднимает взгляд.

— О, ты уже повеселился, — замечает он. — Потеря свободы стала за это платой, помнишь? — Он бросает инструмент, поворачивается, роется в ящике и достаёт плоскогубцы. — Скажи ей, пусть отвезёт машину к механику в Сент-Кармен. Она не будет тратить наше время только потому, что ты думаешь, будто тебе перепадёт. — Затем он снова останавливается и хмурится. — И меня достали эти девицы, которые тут ошиваются. Понял? Арасели хотя бы, блядь, приносит пользу. Хватит таскать их в дом.

Он возвращается к работе, а я просто стою и смотрю на него; любые аргументы, готовые сорваться с моих губ, исчезают без следа. С ним бесполезно разговаривать. И всегда было бесполезно. Восемь лет назад на него свалилась обязанность растить нас, и с тех пор он злится на весь мир.

Хотя не могу сказать, что помню его другим и до этого. Когда мне было шестнадцать, всё, чего я хотел, — это чтобы он улыбнулся. Или сказал, что я сделал что-то хорошо. Но он всегда был призраком.

Я даже не думаю, что он плакал на похоронах наших родителей.

— Мейкон… — бормочу я.

Он снимает крышку двигателя, переворачивает её и кладёт на верстак.

Я говорю чуть громче:

— Можешь посмотреть на меня, пожалуйста?

Он ссыпает болты внутрь крышки и поворачивается обратно к машине, словно я уже ушёл из гаража. Он меня ненавидит.

Я делаю глубокий вдох и снова вскидываю подбородок.

— У Крисджен нет денег, — говорю я ему. — Ей нужно, чтобы я починил машину.

— Я починю эту блядскую машину, — рычит он. — Как будто мне больше нечем заняться. Просто иди на работу, потому что очень скоро ты будешь целыми днями сидеть на жопе ровно, и тебе всё равно понадобятся от меня деньги.

Я сглатываю мерзкий гнилостный привкус во рту, потому что он не ошибается. Он, блядь, никогда не ошибается, а я