Хоронитель - Роксэн Руж

— Просто дай мне руку. Пожалуйста.

Эмммм…

— Ладно. — Пожала плечами, вкладывая свою руку в его.

Не стоило быть такой доверчивой. Но поняла я это лишь когда увидела в его руке небольшой складной нож.

— Боже… — только и успела подумать вслух о всевышнем, когда он без каких-либо мук совести и сомнений полоснул меня по руке. Кожа разошлась. Образовавшаяся канавка наполнилась густой кровью, излишки которой потели по руке.

— Мне больно, извращенец грёбанный! — Зачем нужно было меня калечить, чтобы убедиться, что не обладаю я никаким даром самоизлечения? Лучше бы от себя какой кусок отрезал…

Но я не успела додумать, что бы я от него отчекрыжила, когда края кожи начали словно намагниченные стягиваться друг с другом. Вскоре лишь кровавые подтёки говорили о том, что на руке была какая-то рана.

— Невозможно! Этого просто не может быть! — Его слова отзеркалили мои мысли. Тогда как я думала ещё и о том, зачем он резал меня, если сомневался?

— Чёрт! Твою ж мать! — И это совпадало с моими умозаключениями. Хотя, это моя рука только что самоизлечилась на глазах, так что бурно эмоционировать нужно было не ему.

Посмотрела на него, тогда как маньяк усердно обнюхивал нож. Подавила рвотный позыв, когда он слизнул мою кровь с острого лезвия. А в следующую секунду оказался в углу пещерной спальни, причём сверху.

Его глаза горели ярким зеленым огнём, на лице проступили капилляры и вены, которые во мраке пещеры казались чёрной паучьей сетью, а он, как тот самый висевший в укромном углу паук, видимо, держался за сам воздух, так как за камень схватиться было нереально. Сама проверяла, да…

Стянувшуюся на глазах кожу я могла бы хоть как-то объяснить (дайте мне неделю срока и медицинские справочники). Всё остальное было выше моего понимания, особенно зависший наверху мужик.

Хотя…

Это была иллюзия?.. Так ведь? Явная заготовка, чтобы удивлять в спальне своих жертв высшим пилотажем. Там были просто натянуты верёвки, которые легко можно было замаскировать в этой далеко не гостеприимной полутьме.

Да, я и эту странность могла раскусить. Маньяков Вампир Сафронович недоделанный.

— С вами всё нормально? — От этого тупого вопроса во рту стало кисло. Или же мне просто девать было некуда скопившуюся желчь.

— Кровь… Запах… Помойся…

Сделала шаг вперёд. Наклонилась, подобрала с пола оброненный им нож. Но щёки пылали не из-за того, что я наклонилась, нет. Его комплимент не пришёлся к моему двору, так сказать. Неужели от меня стояла такая вонь, что он раньше времени на стены полез?

— Как скажете! Хотела бы заметить, что и от вас не так чтобы особо приятно пахло. — Дёрнулась, как в лучших российских сериалах. Подобрала края простыни и пошла вон из спального отсека.

* * *

Не мог ничего с собой поделать. Её запах манил. Словно на привязи, я следовал за ней. Ползти по пещерному своду было непросто, но гораздо сложнее было противостоять магнетизму. Но чувство голода побеждало всё...

Капля её крови до сих пор как будто шипела на языке. Мука, переходившая в наслаждение. Самое страшное в этом было то, что я хотел большего. Хотел её всю. И если бы не выработанный веками самоконтроль, я уже давно выпил бы её до последней капли…

Гнев ещё больше усилил её запах. А рваные нервные движения её рук и бёдер лишь увеличивали зону поражения. И мне уже не обязательно было смотреть на белеющую впереди простынь, чтобы выследить её, даже если бы ей в голову пришла идея попробовать снова от меня сбежать...

* * *

— Как же это? Боже... — Плеснула на лицо холодной водой, но моё отражение осталось прежним. Те же чёрные выступившие линии, тот же нечеловеческий блеск в глазах, те же клыки. — Не понимаю… Как такое возможно? — Снова сунула руки под поток ледяной воды, но на этот раз воспользовалась ещё и мылом. — Почему они не отмываются?

С щёк разве что кожа не слезла — так усердно я пыталась смыть с лица черноту. Но всё осталось на своих местах.

— Когда ты научишься держать голод под контролем, такая реакция на кровь пройдёт. — Вздрогнула. Уже и забыла, что маньяк стоял за моей спиной.

— А клыки? — Провела по ним языком. Хоть и не причинила самой себе никакого вреда, но то, что это было смертоносное оружие сомнений не возникало.

— Они проступают лишь при сильных эмоциях и… желаниях. Голод, страх, злость. Возбуждение.

— Видимо, я исключение. — Проигнорировала тихий смешок, стараясь не встречаться с маньяком взглядом в отражении. — Это излечимо? Быть может, есть какая-то вакцина? Да, должно быть что-то… Раз есть эта болезнь, то и лечение должно быть. Игорь… Точно! Нужно ему позвонить!

— Очень похоже на план. — Голос маньяка был настолько пропитан сарказмом, что я в недоумении посмотрела назад. И если секунду назад он стоял за мной, что доказывало отражение в зеркале, то сейчас загораживал вход в этот пещерный отсек. — Кто такой Игорь?

— Ну, Игорь мой муж. — Он усмехнулся будто я сморозила какую-то глупость.

— В смысле, чем он занимается, раз ты возлагаешь на него такие большие надежды?

— Игорь биолог. Очень перспективный. Недавно он получил большой грант. И… Он и вам поможет. Обязательно.

— Биолог… — Из всего моего словесного изобилия он обратил внимание лишь на это.

— Да, и перспективный…

— Теперь многое становится понятным. — А это была уже его беседа с самим собой. Я не лезла, так как он думал в правильном для нас обоих направлении. Маньяк ведь должен был понимать, что нам вакцина нужна срочно, а ему вообще незамедлительно, так как степень поражения была налицо. Это определённо был вирус какой-нибудь очередной заморской коки в цифровом и буквенном наборе в своём названии, который действует вот таким вот образом: обостряет все чувства. — Пойдём.

Я практически бежала следом, стараясь при этом ещё и полотенце держать на уровне прилежной скромницы. По крайней мере, на верхнем ярусе так и было, нижний же совсем скатился за черту бесстыдства. Но это меня уже не сильно заботило. Скоро всему этому безумию придёт конец.

Мы вернулись в ту часть пещеры, где он меня держал в кандалах. Это была моя самая нелюбимая «комната». Холодок пробежал по спине, когда я увидела ту часть стены, к которой была прикована, и напротив которой лежал маленький свёрток.

Лучше уж свисать вниз головой со скалы, чем быть здесь…

— Присядь. — Вздрогнув, обернулась. На несколько секунд я выпала из реальности. Мысли о сыне всегда