Одержимые. Первая любовь - Катерина Пелевина

— А ты не лезь! — толкает он её назад, и мы начинаем драться. Точнее, конечно, я просто пытаюсь убежать и закрыть дверь, мама влезает снова, и он очень сильно отбрасывает её в стену, отчего она ударяется головой о небольшой выступ от полки. На затылке даже немного выступает кровь. Из моих глаз тут же брызжут слёзы. Я не понимаю, как можно быть таким… Ужасным. Гадким… Отвратительным человеком…

— Как вы меня все заебали! — швыряет он мой телефон в стену. И я ползу к маме, обнимая её.

— Ты в порядке? Прости меня…

— Всё хорошо… Лесь… Всё нормально…

Она плачет, я тоже…

Пытаюсь её успокоить, обнимаю, а у самой руки дрожат от этого кошмара. Я начинаю тайком его ненавидеть… Потом мы обрабатываем ей голову, я вновь чувствую, что у меня останутся синяки… Смотрю на маму и понимаю, что она ужасно страдает с ним… Но уйти не может. Как приклеили…

Через час входная дверь, наконец, громко хлопает, и я беру свой телефон, который теперь с растрескавшимся экраном, но набирать я на нём всё ещё могу…

Колотит…

На часах уже девять… А я так и не перестаю плакать. Мне очень и очень плохо. А ещё я вспоминаю его слова о том, что он приедет в любое время и внутри как-то свербит. Поэтому на автомате набираю его номер, хоть и понимаю, что ему может быть не до меня. И вообще уже поздно… Но я не знаю, кто сейчас ещё способен меня успокоить. Вспоминаю его нежность ко мне и хочется волком выть… Ко мне ещё никто и никогда так не относился.

— Тииим…

— Лесь? Всё в порядке? Ты чё плачешь? — тут же спрашивает обеспокоено.

— Ты можешь… Пожалуйста, за мной приехать…

— Конечно. Куда?

— Домой…

— Пятнадцать минут, и я буду у тебя…

Он сбрасывает, а я тут же судорожно натягиваю на себя одежду, не желая ни одной лишней секунды находиться в этом ненавистном доме…

Глава 18

Тимур Савицкий

Когда она позвонила, я вообще ни секунды не думал. Хотя все были дома, но мне нужна была машина, и я тут же обратился к Серёге. Потому что выбить у него мерс проще, чем мою будущую бэху из гаража у отца.

— Не вопрос. Только аккуратнее. Не разъеби… — передаёт мне ключи, и я молча киваю, сгребая их и натягивая куртку в прихожей. — Норм всё? Чё озадаченный такой?

— Да моя в слезах. Туда и еду…

— Блин, ясно… Если чё звони.

— Конечно, братух, — обнимаю его и пулькой лечу вниз к тачиле… Чувствую, что сейчас разорвёт грудак от радости, что она именно мне позвонила… Что позвала. Хоть и тревожит, что плакала… Наверное, с отцом опять поругалась…

Мчу к ней как помешанный… Настолько она мне нравится, что несколько раз проезжаю на красный. Машин и людей мало, да и мне насрать на штрафы. Да, вот такой я охреневший придурок. По уши влюблённый в одноклассницу…

Подъезжаю к её дому… Хочу выйти и встретить, но она ныряет в салон раньше. Я тут же сканирую её заплаканное лицо и мне, сука, так щемит сердце… Мне реально хреново от того, что она плачет… Чувствую, что в груди болит из-за этого…

И ни слова ей не сказав, я прижимаю её к себе, полностью срастаясь с её теплом и ароматом, от которого в мгновение закипает кровь… Резко густится и подаётся к паху… Напрягается… А в голове наоборот — высвобождение… Плохо перевариваю происходящее. Потому что клинит по ней… Нещадно.

И главное сейчас — не затупить.

— Как ты, — глажу её по голове и спине. Она всё ещё прижимается ко мне носом. Всё ещё прячется, пока жалею…

— Нормально, — шёпотом произносит в мою ключицу, а отдаёт где-то за рёбрами слева… Оказывается, как сердце предсказуемо… Чуть его задень, на нити разойдётся. И спрашивать не станет.

— Я за тебя волновался… Что случилось?

— Если можно, — отстраняется она. — Я бы не хотела говорить об этом… Просто забери меня отсюда… Пожалуйста…

— Не вопрос… Поедем ко мне или…

— Нет… Просто куда-нибудь…

— Понял, — тут же начинаю движение и еду в сторону одной сопки у нас в городе. Там красивый вид раскинувшейся инфраструктуры, мало машин… Яркие огни, горящие вдалеке… И просто покой. Гармония на фоне больших перемен… Квинтэссенция суеты и умиротворения…

Хоть и понимаю, что это место прослыло слухами о парочках… Поцелуях и не только… Но мне как-то пофиг, я просто хочу её успокоить. Не для этого сюда приехал, хоть и бесспорно хочу её целовать…

До этого места мы добирается примерно через полчаса… По пустым улицам… Под какую-то спокойную музыку, что играет у Сереги в салоне.

Глушу мотор и нас встречают звёзды…

— Красиво, — вздыхает она, поёжившись в машине.

— Замёрзла что ли?

— Нет… Неприятно от воспоминаний… Не обращай внимания…

— Как же не обращать… Если я от тебя без ума, Олеся… Не могу, когда ты плачешь… — добавляю шёпотом.

Она краснеет, прячет взгляд, а я чуть касаюсь её подбородка, приподняв миловидное личико выше. Блин, у меня за грудной клеткой будто что-то ползает… Не понимаю, почему не ощущал этого раньше…

— Ты такая у меня красивая… Нежная… Невероятная…

Ни грамма их этих мазалок. Светлые брови, пушистые ресницы… Пухлые губы, чуть потрескавшиеся и пересохшие от слёз… И меня вставляет не по-детски… По-взрослому. И хотя она говорит, что не хочет этого слышать, я буду говорить… Потому что об этом невозможно молчать. То, что столь сильно привлекает не должно оставаться без внимания. Слишком она красива… По правде говоря, вселенски красива для меня…

— Как часто ты здесь бываешь? — спрашивает и только потом я улавливаю намёк. Вроде и не плачет уже. Успокоилась… А я беру её руку своей и подношу тыльной стороной к губам.

— Не бываю я тут. Впервые приехал. Честно.

— М-м-м… Тут… Очень живо…

— Согласен… И эти огни… Добавляют красоты картине.

— Да…

— Но ещё больше добавляешь ты, — улыбаюсь я и тянусь к ней, а она чуть отстраняется. Шуршание наших курток растворяется в бешенном стуке сердец. Она смотрит прямо в глаза. Дыхание надломленное и прерывистое.

Боится… Мешкает… И только думает, как отреагировать на мои попытки сблизиться. По глазам вижу.

— Иди сюда… — зову шёпотом, и она всё же сдаётся мне. Позволяет поцеловать. Я тут же напитываю её сухие губы своими. Целую очень влажно… Присасываясь и полностью в ней растворяясь… Стараюсь стать с ней единым целым. И мне кажется, это происходит.