Одержимые. Первая любовь - Катерина Пелевина

— А я хочу, чтобы ты…

— Ладно… Посмотрю тогда, — шёпотом отвечает, и учитель велит нам быть тише, шикая на нас, поэтому мы отвлекаемся на учёбу… Временно.

А уже когда звучит звонок, я судорожно хватаю свою за руку и увожу прочь из кабинета, словно мы куда-то опаздываем.

— Пока, Варь, я позвоню! — кидает Олеська напоследок.

Та машет нам и смеётся, а моя семенит за мной, еле успевая перебирать ноги.

— Наконец-то, блин… Конец каторги, и можно побыть с тобой наедине…

— Савицкий! Ты неисправим…

Пока идём до кино светит яркое солнце и вообще так тепло, что гулял бы и гулял с ней… Её золотистые волосы переливаются в ослепляющих лучах. Она вся, словно бриллиант сейчас. Идёт, что-то рассказывает, а я слушаю, как завороженный. Не обращая внимания на людей вокруг. Я не знаю, как так вышло, но вообще ничего кроме неё не замечаю. Как одурманенный.

— Завтра сразу домой… А фильм я, кстати, выбрала… — показывает мне свой телефон и я хмурюсь, глядя на экран.

— Уронила, что ли?

— А… Ну да… Да ерунда же…

Нихрена не ерунда… Теперь хоть знаю, что ей подарю. Завтра же пойду в магаз. Блин… И заставлю… Заставлю принять подарок. Хочет — не хочет. Пофиг.

— Ладно, идём…

В кино заходим в чудесном настроении с грандиозными планами. Фильм — русская классика. Мне лично вообще пофиг, что смотреть. Главное, что с ней… Да и буду ли я вообще смотреть куда-либо кроме как на неё? Это вряд ли… Набираю всякого. Попкорн, чипсы, соки… Она, правда, как всегда, зажалась. Мол ничего я не хочу. Не траться на меня, но я уже привыкаю к этому. Просто ставлю перед фактом. Это пей, а это ешь. Разговор закрыт…

Гаснет свет…

А для меня словно загорается зелёный…

Жму на газ.

Моя рука на её колене. Губы на губах… Не могу остановиться. Скольжу чуть выше… Задеваю нежные бёдра и мозг простреливает… Вся кровь подаётся в пах. Снова и снова… Проклятие. Как же сильно я её хочу… Это невыносимо. Лобзаемся, дышим, как сумасшедшие. Кроме нас в зале человек десять, и то весь последний ряд свободен. Но я же знаю, что с ней так нельзя… И всеми силами торможу. Хоть и заносит…

Касаюсь груди… Чувствую затвердевший сосок под тонкой тканью… И башню совсем рвёт, но она тут же останавливает меня.

— Тим… Это… Слишком…

— Я ничего не делаю… Смотри… Вот мои руки… Ничего… Прости, блин, — утыкаюсь в её лоб и кое-как справляюсь с дыханием. Клинит ужасно по ней… По нежности её кожи и запаху… По волнению… По стуку маленького сердечка.

— Давай немного… Фильм посмотрим? — предлагает и улыбается… А я киваю.

— Давай… Ложись на меня… Я больше не буду так… Немного… Крышу сорвало… Извини меня.

— Всё нормально… — она кладёт голову на моё плечо и вздыхает, обхватив мою руку своей… И я чувствую, что хочу проводить с этой девушкой каждую секунду своего времени… Не иначе…

Я тупо в ней пропадаю…

Глава 21

Олеся Носова

На нём так тепло лежать… Убеждаю себя, что не влюбилась. Просто нравится. Просто… У меня сердце становится птицей и бьётся о рёбра в надежде поскорее вылететь из грудной клетки… Нет… Это точно не обычная симпатия. Это больше… Человек ведь в основном состоит из жидкостей… Может, моя кровь идеально подходит его крови… Не знаю. Порой чувство, будто между нами реально какая-то химия… Феромоны, гормоны, клеточное взаимодействие…

— Смотришь? — шепчу, прижимаясь к его груди и улыбаясь.

— На тебя…

— На мой затылок? — приподнимаюсь я. — А зачем тогда в кино пошли?

— Как зачем… Ты разве не чувствуешь?

— Чувствую…

И снова искромётный взгляд глаза в глаза… Снова поцелуй… Безумно приятный… От которого всё тело горит. И волоски встают дыбом… Он меня опаляет…

Я точно скоро сгорю.

Оказывается, язык бывает таким властным и решительным. Оказывается, порой он может быть сильнее чужих рук… У Тимура поцелуи наделены какой-то особенной энергетикой. Я точно это знаю, хоть и не целовалась раньше. Но чувствую, что с ним получается чересчур волнительно и сокрушительно для меня в целом…

— Всё… Тим… Губы…

— Болят?

— Ты колешься…

— Завтра побреюсь… Извини… — выдыхает он, не отпуская.

— М… Ладно, — улыбаюсь я, дотронувшись до его щетины. — Мне нравится… Тебе идёт…

— Выбирай… Либо красиво, либо приятно…

— Приятно… — отвечаю, и он совсем передо мной растекается.

— Я не хочу, чтобы этот тупой фильм заканчивался…

— Почему тупой? Ты и минуты от него не посмотрел, — смеюсь я, и вновь чувствую его объятия.

— Ладно, может, и не тупой, но… Не могу… Не хочешь в гости?

— Эм… Наверное, нет…

— Почему?

— Ну… Неудобно как-то… Как твои родители?

— Отец на работе допоздна. Брат на тренировках до девяти, как правило. Мама может быть дома… Но чем это плохо? Я бы вас познакомил… Уверен, что ты бы ей понравилась, — говорит он так спокойно и убедительно, что мне становится не по себе… Из-за моего отца. Я ведь даже пригласить Тима никогда не смогу. Мама не позволит из-за папы… И они точно не будут с ним знакомиться… Вообще никогда не примут… Уверена.

— Нет, знаешь… Может позже?

— Ладно… В кафе? Голодная же, наверняка…

— Кафе… — задумчиво говорю… Не хочу, чтобы он тратился снова, но он с такой надеждой это спрашивает, что мне реально очень грустно.

— Ладно… Давай в кафе…

— Зашибись, — ухмыляется и вздыхает. — Когда-нибудь я тебя уломаю… И ты будешь серьёзнее ко мне относиться…

— Серьёзнее? Куда серьёзнее? Ты — первый парень, которому я позволила к себе прикоснуться… Поцеловать…

— Ну… Я надеюсь быть единственным, — кичливо и безоговорочно заявляет, вызвав у меня умиление. Мне нравится, как он это позиционирует… Не как временное явление. А как что-то настоящее. Навсегда. Это приятно.

До конца кино мы так и обнимаемся, а потом гуляем. Звонит моя мама, и мне приходится взять трубку, сказав, что я приду чуть позже. Естественно, она торопит меня домой. Говорит, что не стоит пользоваться тем, что отец сейчас в поездке… Вдруг ему что-то кто-то передаст, но я не могу оторваться от Тимура… Не могу перестать его узнавать. Он мне реально очень нравится. От его касаний волнуется кровь. И я вся свечусь изнутри, словно лампочка… Никогда бы не подумала, что первая влюбленность может быть такой сильной. Такой ярко выраженной. Что всё остальное меркнет… Тухнет на фоне этих эмоций.

Не важно и то, что отец несёт… Что он всё время орёт на меня и делает