Ты. Вышла. Замуж - Виктория Борисовна Волкова

— Приятного аппетита, — кивает на завтрак Таир. Сует босые ноги в черные замшевые мюли.

— А ты? — смотрю на него с удивлением.

— Я поел с мужчинами, — пожимает плечами мой будущий муж. — Как обычно. Я же рано встаю,

Лика. Мне некогда разлеживаться, — с укором смотрит на брайтлинг, красующийся на запястье.

— Я долго спала, — вздыхаю я, не находя ни нужных слов, ни других тем для разговора.

— Сегодня твой день, — улыбается мне Таир и неожиданно предлагает. — Хочешь, посижу с

тобой, пока ты будешь завтракать.

— Да, — соглашаюсь, не подумав. — Не люблю одна есть.

— А дома? — Таир подходит к столу, отодвигает стул для меня. Ждет, пока я усядусь, и

занимает место напротив.

— Дома мы едим все вместе. Дедушка иногда уезжает раньше, и мы завтракаем с Альмой… –

говорю медленно, подыскивая слова. И все равно ступаю на тонкий лед.

— Я подумал… — лениво тянет Таир, снимая крышку с блюда. Перекладывает мне на тарелку

кусочек теплой лепешки с сыром, небольшой омлет, запеченный в формочке в виде корзинки,

рулет из курицы.

— Ой, мне много, — отмахиваюсь я. — Чая с лепешкой вполне достаточно…

— Выходит, я выбрал отличную жену, — насмешливо восклицает Таир. — Ест мало, ночами не

спит, фантазии хоть отбавляй, и голова не болит… — смеется он, а я смотрю на него изумленно.

— Не болит. А это что значит? Не понимаю…

— Кхмм… — прокашливается он и повторяет снова. — Я тут подумал, Лика… А почему бы Альме не

переехать к нам в дом? Вы с ней дружны. Будешь ей как мать…

Как мать? Я? Альме?

А ты ничего не перепутал, Таирчик?

— А как же дедушка с бабушкой? Они будут скучать, — выпаливаю первое, что приходит в

голову. Солнечный день словно меркнет.

Давид с Тамарой никогда не согласятся переехать и не отпустят от себя Альму, а я так и

останусь одна в этом большом доме, больше похожем на замок Синей Бороды. За каждой дверью

которого скрывается опасность.

— Ну, так все вместе, конечно же, — выдыхает нетерпеливо Таир, будто я не поняла его

гениальной идеи.

— Было бы прекрасно, — лепечу тихо. — Только боюсь, бабушка с дедом не согласятся. У них

там все друзья и знакомые. А тут…

— Да, косяк, — разводит руками Таир. Наливает мне чай в широкую фарфоровую чашку и

приказывает. — Ешь, Лика. Впереди много дел. Еще не хватало, чтобы ты на никахе сознание

потеряла…

— Там будет кому подхватить, — роняю, не скрывая ехидства. Медленно жую лепешку, тянусь к

зелени, лежащей на тарелке. Захватываю пальцами несколько веточек петрушки, кинзы и тархуна,

подношу к носу. — Ой, как пахнет! — улыбаюсь восторженно.

— У нас в саду много зелени растет, — довольно поясняет Таир. — Бабка моя, Резеда, еще

грядки разбила. Садовник хотел выполоть и посадить цветы, но я не позволил. У нас к столу

всегда была и есть своя свежая зелень.

— Да, это здорово. У нас тоже, — киваю я. Прихлебываю горячий чай. Разламываю вилкой омлет.

— Если хочешь, после завтрака можем прогуляться по саду. Время позволяет, — смотрит Таир на

часы. — Сейчас половина девятого. Вся кутерьма начнется с десяти. Мы успеем, — заявляет он.

— А что я надену? — интересуюсь как бы между прочим. Ем омлет, зелень, сыр. Все очень

вкусное и свежее. Грядка с зеленью — ладно, но похоже, у Адербиева свои куры и молочная

ферма.

— Знакомые фермеры присылают, — поясняет он, словно читая мои мысли.

— Ах, да? Кхмм… — закашливаюсь я и снова внимательно смотрю на Таира. — Мне нужна нитка с

иголкой. Попроси принести, Таир.

— Зачем? — изумленно выдыхает он.

— Зашью колготки. Пойду с тобой гулять, — докладываю, как ученица.

— В смысле — зашью? — рыкает он. Напрягается, словно зверь, готовый к прыжку. Выуживает из

кармана джинсов сотовый и звонит помощнику. — Все брось, Аким. Смотайся в поселок и купи

моей жене колготки… Телесного цвета… — заявляет он, оглядывая меня пристальным взглядом, не

спрашивает, а утверждает. — Размер третий!

И я снова не знаю, куда деваться от стыда.

Глава 18

Колготки, платье, плащ, платок на голову. И я готова. Идем с Таиром по умытым аллейкам

сада, а сзади охрана тащится. Интересно, чего так боится Адербиев, если его даже на

собственном дворе охраняют?

— Вот видишь, — кивает на дерево, полное груш. — Урожай какой!

— У тебя вкусные груши, — встреваю я. Нет бы молча слушать, когда говорит мужчина.

— Да, это Конференция. Поздний сорт. Вывели в Англии…

— Давно? — опять ляпаю я. И сама себе язык откусить готова.

— Сто сорок лет назад, — ржет Таир. Насмехается надо мной.

А что тут такого? Ему все можно.

— А это белый налив, — кивает на раскидистую яблоньку. — Я передавал вам яблоки. Тебе

понравились?

— Я не пробовала, — признаюсь несмело. — Бабушка из них варенье наделала и на зиму закрыла.

— Моя мама такая же, — весело сообщает Таир. — Мы же очень бедно жили. И я очень часто

слышал: «Это нельзя. Это на праздник». И фрукты все шли на варенье. Хотя толку с него

никакого, — вздыхает он.

Шагает рядом, засунув руки в карманы. Большой властный мужчина, напоминающий мне снежного

барса. Ступает расслабленно, словно на мягких лапах. Спокойно рассказывает что-то. А я

слушаю в пол-уха. Все пытаюсь понять, что меня ждет в этом доме. Словно впервые рассматриваю

усадьбу Адербиева.

Мажу взглядом по винограднику, разбитому за фруктовым садом.

— Тут в основном старые сорта. Давид давал, — небрежно бросает Таир и хмурится, будто

вспомнил что-то.

«Значит, до трагедии», — догадываюсь я. После никто уже никаким виноградом не увлекался. Да

и есть толком не мог. Помню, как накрывали столы к каждому приему пищи, как няньки кормили

меня и Альму. А дед с бабушкой даже не появлялись.

Что-то не хочется…

— Вот этот сладкий, — Таир срывает ягоды с грозди. Подносит к моему рту. — Попробуй, –

аккуратно губами прихватываю одну. Надавливаю зубами плотную мясистую мякоть.

— Вкусный, — улыбаюсь я. И тут же Таир отправляет мне в рот еще одну.

— Я велю срезать для тебя, — решает он, берет меня за руку.

Здесь среди тянущихся с двух сторон шпалер, увитых виноградом, мы надежно спрятаны зелеными

резными листьями от посторонних глаз.

— Лика… Не бойся, — тихо шепчет Таир. Подносит мою руку к губам. Целует ее. Вглядываюсь в

лицо и не замечаю никаких признаков особого счастья. — Ты будешь жить как принцесса.

Доверься мне.

А что мне остается? Так и хочется закричать в голос: «Есть у меня выход?».

Только сказать да имаму и понадеяться на чудо. А вдруг и вправду Таир полюбит меня. Но

сперва он должен выкинуть все вещи Зарины из комнаты