Притворяясь придурками - Мугуа Хуан

— Знаешь песню «Я тебя люблю»? Она сейчас очень популярна.

Се Юй слегка откинул голову назад. При разговоре его губы почти коснулись мочки уха Хэ Чао. Он переспросил тихим голосом:

— Какая песня?

Хэ Чао открыл было рот, чтобы повторить название, но вовремя осекся, поняв, что Се Юй просто дразнит его. Он уткнулся лицом в шею Се Юя и прошептал:

— ...Малыш, ты сегодня очень вредный.

Вокальные способности учеников 11-го «В» класса были наглядно продемонстрированы ещё во время поездки на осеннюю экскурсию, но тогда они пели без микрофонов. Ло Вэньцян первым с энтузиазмом схватил микрофон и начал петь. Не успел он закончить первый куплет, как Сюй Цинцин, зажав уши ладонями, в сердцах выругалась:

— ...Блядь, мои уши!

Лю Цуньхао, проходивший мимо к пульту выбора песен, сочувственно похлопал старосту по плечу:

— Цин-гэ, держись.

Вань Да добавил:

— Мы, мужчины, должны стойко переносить любые невзгоды. Что нам эта пытка звуком? Цин-гэ, будь сильной!

Сюй Цинцин в ответ запустила в него мягкой подушкой с дивана.

Се Юй снял куртку и небрежно бросил её на край дивана. Ло Вэньцян во время пения то и дело бросал на них многозначительные взгляды, на его лице буквально читалось: «Чао-гэ, ну скажи, что я круто пою!»

Се Юй усмехнулся, уселся на диван и ткнул Хэ Чао локтем в бок:

— Что, больше не хвалишь его?

— С таким пением... — вздохнул Хэ Чао. — Я бессилен это рекламировать. Он поет как раненый зверь.

С этими словами Хэ Чао взял со стола банку пива, ловко поддел пальцем кольцо и открыл её одной рукой.

— В отношениях между людьми должна быть искренность, — добавил он.

Ло Вэньцян тем временем зажмурил глаза и, полностью уйдя в музыку, начал раскачиваться в такт, после чего выдал оглушительный вопль:

— О-о-о-о-о!

Лю Цуньхао, сидевший рядом с ним, терпел сколько мог, но в конце концов не выдержал:

— Ребята, какие ещё песни заказал физорг? Я пойду и удалю их из очереди.

На большом экране как раз загорелось название следующего трека.

— Дальше идет «Скейтборд», — Се Юй потер виски от головной боли. Ему безумно хотелось подойти к панели управления на стене и нажать кнопку отключения звука. — Это его песня.

Хэ Чао добавил:

— И «Любить до смерти» тоже его. Удаляй всё подчистую, не оставляй ему ни единого шанса.

Лю Цуньхао показал жест «понял» и, пригнувшись, прокрался к пульту мимо Сюй Цинцин.

В кабинете царил полумрак, цветные прожекторы то гасли, то загорались вновь.

Кто-то из ребят начал настраивать световые эффекты. Свет в кабинете погас на пару секунд, а когда включился снова, потолок и стены украсились россыпью движущихся лазерных звезд.

Се Юй посмотрел на Хэ Чао. В этот момент цветной луч скользнул по его лицу и тут же растаял в темноте.

Хэ Чао сделал пару глотков пива и, почувствовав на себе взгляд Се Юя, повернулся к нему.

Се Юю хотелось пить, но в кабинете, кроме пива, ничего не было. Одноклассники напрочь забыли о последствиях прошлой вечеринки и при первой же возможности снова заказали упаковку алкоголя. Се Юй сделал знак рукой, прося передать ему банку.

...

Его ладонь замерла перед лицом Хэ Чао — тонкие, изящные пальцы были слегка прохладными. Хэ Чао посмотрел на его руку, но банку отдавать не спешил. Поддавшись какому-то внезапному порыву, он взял металлическое колечко от только что открытой банки и аккуратно надел его на безымянный палец Се Юя.

Холодный металл скользнул по коже и плотно сел у основания пальца.

Только после этого Хэ Чао вложил банку пива в его руку.

Се Юй на секунду замер, а затем убрал руку:

— И что это значит?

Вокруг гремела музыка из динамиков, поэтому расслышать ответ Хэ Чао было невозможно. Но по движению его губ Се Юй легко прочитал фразу: «Поставил печать».

Объем легких у Ло Вэньцяна был внушительным, его голос через микрофон легко перекрывал музыку, буквально взрывая барабанные перепонки. Когда Се Юй допил остатки пива из банки, он почувствовал, что в кабинете становится слишком жарко.

— Стоп, а где моя песня? — Ло Вэньцян закончил петь и ждал вступления к «Скейтборду», но вместо этого зазвучала песня «Я тебя люблю». Он удивленно огляделся: — Кто залез без очереди?

Хэ Чао поднялся с дивана и взял второй микрофон:

— Моя песня, извини.

Но даже эта заминка не смутила Ло Вэньцяна. Распев связки, он чувствовал себя в отличной форме и был готов петь без остановки хоть три часа. Он совершенно потерял бдительность и радостно хлопнул себя по груди:

— О, эту песню я тоже знаю! Чао-гэ, давай споем дуэтом!

Хэ Чао хотел было ответить: «С какой стати я буду петь о любви с тобой?», но не успел.

Ло Вэньцян внезапно обнаружил, что микрофон из его рук кто-то бесцеремонно забрал.

Хотя караоке было общим выбором, никто не ожидал, что Се Юй решит спеть. С его характером то, что он просто сидел с ними в одной комнате, уже казалось чудом.

Сюй Цинцин, которая в этот момент открывала пачку чипсов, так удивилась поступку Се Юя, что резко дернула рукой, едва не рассыпав всё содержимое на пол.

Се Юй прошел мимо Лю Цуньхао и встал перед экраном. Его голос прозвучал в динамиках:

— Какой куплет твой?

Мелодия была одинаковой, менялись только строчки текста.

— Да без разницы, — ответил Хэ Чао.

Едва он договорил, как ребята в кабинете дружно закричали:

— О-о-о-о!

Атмосфера в комнате мгновенно накалилась до предела.

Сначала одноклассники просто шумно поддерживали их ради веселья, но стоило Се Юю запеть первую строчку, как все притихли.

У него был красивый прохладный тембр голоса, но в этой нежной песне о любви он звучал удивительно гармонично.

Когда первый куплет закончился и настала очередь Хэ Чао, тот от волнения едва не упустил ритм, вступив на пару тактов позже.

...

Сюй Цинцин тихонько толкнула Сюй Цзин локтем:

— Юй-гэ поет так... нежно. Мне ведь это не кажется?

Сюй Цзин молча смотрела на поющих парней. Финальную часть они исполняли вместе, их голоса сливались в один красивый дуэт. В полумраке кабинета были видны лишь два высоких силуэта.

Когда песня закончилась, как бы ребята ни умоляли их спеть на бис, оба парня отказались.

—