Лекарственный сад для дракона - Юна Ариманта

Вздернув подбородок, она прошла мимо него к замку, нисколько не сомневаясь, что он последует за ней.

— Ты изменилась, Элиана, — заметил он ей в спину, и голос его прозвучал без издевки, с какой-то настороженной задумчивостью. Но Люда проигнорировала это замечание.

— Вот здесь, — она широким жестом указала на аккуратные грядки, — вы можете наблюдать, как на отходах вашей жизнедеятельности, — она многозначительно посмотрела на Каэля, — произрастают ценные сорта лекарственных трав. Например, вот это Igniscoria Draconis, что дословно переводится Драконий Навоз, а в просторечье называется Огнецвет. Растет исключительно в местах, удобренных пеплом и пометом драконов. Сильнейшее успокоительное, чай, из которого очень помогает при излишней раздражительности даже драконам. Очень вам рекомендую.

Она видела, как сжались его челюсти, и с наслаждением продолжила, подходя к следующей грядке.

— А это, обратите внимание, Causticum Laminis. В народе его называют Железнокорень, и не просто так. Говорят, — она понизила голос, доверительно наклонив голову к нему, — он помогает мужчинам, испытывающим трудности в… хм… семейной жизни, если вы понимаете, о чем я. Даже драконам, — добавила Люда многозначительно, с удовольствием наблюдая, как приоткрываются потрясенно его красиво очерченные губы, расширяются вертикальные зрачки до черных колодцев с золотым ободком, и лицо с благородными аристократическими чертами багровеет.

— На что это ты намекаешь? — взревел Каэль, хватая ее за локоть и рывком разворачивая к себе лицом.

— Я? Ради всех богов, ваша светлость лорд Каэль! Разве я смею на что-то намекать? Я лишь оказываю вам теплый прием, как вы и велели. Не желаете ли испить чаю с огнецветом? Мира как раз недавно заварила свежий. Ведь мы ждали вашего визита! — с наигранным подобострастием выпалила Люда, наблюдая за своим противником сощуренными глазами. Этот дракон еще не знает, с кем он связался. Но поймет очень скоро.

— Показывай дальше, — буркнул Каэль, пряча промелькнувшее на лице смятение за маску непроницаемого высокомерия. Но локоть почему-то не выпустил, продолжая сжимать его пальцами как тисками. — Где тот цветок, что ты передала мне с Зереком?

— А-а… Пламя Феникса? — протянула Люда. Если честно, то в глубине души она уже жалела о том, что показала этому мерзавцу свое главное сокровище. Именно Пламя Феникса было ее главной надеждой и залогом ее независимости. И ей ой как не хотелось показывать врагу свою самую большую драгоценность — грядку с Пламенем Феникса.

— Дыхание Дракона, — поправил ее Каэль, внимательно наблюдая за выражением ее лица. И Люда поняла, что невольно выдала свое особое отношение к этому цветку и свой страх за его побеги. — Где ты взяла семена, чтобы вырастить его?

— Ах, вот как он на самом деле называется! — пропела она беспечно, старательно делая вид, что ничего особенного не произошло. Но Каэль уже навострил уши, как гончая, почуявшая след. Бок о бок они шли на заднюю часть двора, где она разбила целое поле для Пламени Феникса неподалеку от серного источника.

— Так, семена были в моем свадебном букете, что вы, ваша светлость, любезно подарили мне в день нашего бракосочетания. Я и не знала, что это какой-то особенный цветок. Просто мне он очень нравится. Напоминает о вас, — Люда остановилась у края огромной грядки, на которой Пламя Феникса пока скромно занимало лишь небольшой угол.

— Вот, значит, как? — зло сощурился Каэль. — Значит, ты думаешь обо мне, выращивая эти цветы?

— Ох нет, конечно же! — рассмеялась Люда, приседая на корточки и нежно поглаживая еще не раскрывшийся бутон. — Это было бы слишком утомительно для вас все время страдать от икоты.

— Икоты? — растерялся Каэль, глядя на нее сверху вниз.

— Вы разве не слышали это поверье? — Люда, не вставая с корточек, ехидно посмотрела на него снизу вверх. — Люди говорят, что все время будет мучиться от икоты тот, о ком часто вспоминают.

— Ты мне зубы не заговаривай! — разъярился Каэль, сжимая кулаки.

— И в мыслях не было, ваша светлость! — Люда проворно вскочила на ноги и бесцеремонно подхватила дракона под локоть, торопясь увести его подальше от драгоценной грядки и избежать дальнейших вопросов про цветок. — Как видите, ваши владения в полном порядке. Что еще вы желаете узнать о жизни поместья Драконий Пепел. Пойдемте, я с радостью вам расскажу и покажу.

Каэль попытался вырвать свою руку, но как-то неубедительно. А Люда вцепилась в его рукав, как клещ, и настойчиво повлекла его дальше. Так, под руку, как будто они на самом деле были мужем и женой, они вышли к хозяйственным постройкам. За время проживания здесь, изгнанникам удалось привести в порядок не только часть замка, но и конюшню, сарай для хранения инструментов и посадочного материала.

— Здесь я содержу прекрасную кобылу, которую вы великодушно мне пожаловали, — сообщила Люда, подводя дракона к конюшне. Она чувствовала, как напряжены его мышцы под рукавом камзола. Видела, как нервно он стреляет глазами по сторонам в поисках того, за что можно зацепиться в их невидимом постороннему глазу поединке. Но пока преимущество было на ее стороне, и она не собиралась его уступать.

— Эта развалюха рано или поздно рухнет, придавив принадлежащее мне имущество — ту кобылу, что я тебе великодушно одолжил, — процедил он, трясясь от бессильного гнева. — Вы должны содержать мое имущество в подобающих условиях!

— Пять серебряных, — проговорила Люда беспечно, с любопытством взглянув в его лицо.

— Что? — опешил Каэль.

— Я говорю, на починку этой конюшни требуется пять серебряных монет, — охотно пояснила Люда. — И вы, как рачительный хозяин, конечно же, выделите мне эти средства, чтобы я могла содержать ваше имущество в подобающих условиях.

— Это ты должна мне платить! — возмутился Каэль.

— Я? — Люда изобразила вежливое удивление на лице.

— Конечно! Вассал, что пользуется землей сюзерена, выплачивает владельцу этой земли ренту. Ежегодно! — наставительно произнес он, потрясая пальцем перед ее лицом. — Вам следует изучить законы, прежде, чем делать мне такие заявления!

— Да, но… — Люда невинно захлопала ресницами. — Я не ваш вассал. Я ваша супруга. Этот же закон велит мужчине обеспечивать содержанием свою супругу до конца ее дней.

Она дерзко взглянула ему в лицо. Между ними повисло