Только одна ночь - Лорен Блэйкли

— Каллум, — произношу я, отчаянно желая добавить что-то еще, сказать: «Отведи меня сегодня в постель».

— Иви. — Мое имя звучит с хрипотцой, с нуждой.

Мои пальцы дрожат. Мое тело ноет. Я хочу, чтобы он притянул меня к себе, прижался своими бедрами к моим, запустил руки в мои волосы. Хочу, чтобы он бросил меня на кровать, поставил на четвереньки, вошел в меня, кончил на меня.

А затем обнимал всю ночь.

Я делаю вдох, желая стереть все противоречивые образы.

Каллум все еще пялится на мои туфли. Его руки сжаты в кулаки.

— Отличные туфли. — Он смотрит вверх, встречаясь со мной взглядом, его карие радужки мерцают тысячью огней. — Для протокола, ты также была в них последние несколько ночей, когда я оставался дома один, — говорит тот горячим, грязным шепотом, затем поворачивается, чтобы уйти.

Я чуть не стону от разочарования, когда он оставляет меня с этой непристойной мыслью. С образом того, как он дрочит.

Это грязный, чертовски сексуальный образ.

Я захожу внутрь, моя кожа горит, дыхание учащенное. Прислоняюсь к двери, отчаянно желая распахнуть ее и сказать ему, чтобы он тащил свою прекрасную задницу сюда и наклонил меня над кроватью.

Сопротивляться ему не легче.

Это сложнее.

Намного сложнее.

Глава 10

Каллум

Я останавливаюсь у лифта, но не ввожу код, чтобы вызвать его. Потирая рукой затылок, взвешиваю свой выбор. Я делаю это каждую ночь.

С той самой ночи.

С одной стороны, я мог бы развернуться, постучать в ее дверь и захватить ее губы в поцелуе, который превратился бы во все, что мы хотим. В нее, распростертую на кровати, связанную и умоляющую.

И следствие всего этого тоже — я остаюсь на всю ночь. Потому что я бы так и сделал. Сделал бы это непременно. В этом и заключается проблема с первым выбором. Это не может закончиться лишь сексом. Я хочу ее всем своим нутром, до мозга костей, а также хочу ее всей своей душой.

На этот раз я бы не оставил ее после секса.

Я бы остался.

Разочарованно вздыхаю, сжимаю руки в кулаки. Напряжение напоминает мне о необходимости придерживаться намеченного курса.

И с тех пор я делаю тот же выбор, что и каждую ночь.

Сопротивляюсь.

Это то, что я должен делать.

Крепко зажмуриваю глаза, борясь с образами Иви за той дверью. Открыв снова глаза, ввожу код и ухожу.

* * *

Уйдя, я направляюсь в спортзал, час занимаюсь со штангой, затем делаю кардио. И когда часы показывают полночь, я вымотан настолько, насколько это только возможно.

Может быть настолько, чтобы заснуть без мыслей о том, как она искушает меня всю ночь напролет.

Мужчина может мечтать.

Проблема в том, что Иви у меня под кожей. У меня в голове. По сути, как только прихожу домой, девушка постоянно со мной. И она со мной в душе, когда я, раздевшись, залезаю под обжигающе горячую воду. Подставляю голову под струи и представляю, что бы я с ней сделал.

Что бы она хотела, что бы я сделал.

Я дрочу на Иви каждую ночь в течение последнего года.

Но теперь, когда знаю, какова она на вкус, как ощущается под моими руками, фантазии стали другими. Они более горячие, более конкретные. Все они касаются ее желаний. Я беру свой член в руку, скольжу ладонью вниз, сжимая головку. Иви стояла бы передо мной на коленях с открытым ртом, умоляя попробовать. Я бы провел большим пальцем по ее губам, дразня ее и наслаждаясь ее стонами, когда она попробовала бы первую каплю моего возбуждения.

Я сжимаю кулак крепче, сильнее.

Она смотрела бы на меня широко раскрытыми, опьяненными похотью глазами и с приоткрытыми губами, а вода стекала бы по ее лицу.

Я бы терся головкой о ее губы, наблюдая, как ее нетерпеливый рот втягивает меня внутрь.

Бля-я-ядь.

Закрываю глаза, двигаю рукой быстрее, поглаживая резче. Клянусь, я могу слышать ее стоны, будто она обхватывает своими сочными губами мою длину, всасывая меня до задней части своего горла. Вижу, как опускает руку себе между ног, потирая себя — все быстрее и быстрее — стремясь к блаженному освобождению.

Волна удовольствия пробегает по мне, и я громко стону.

Звук, который, я знаю, она хотела бы услышать. Звук, который сделает ее еще более возбужденной, влажной и жаждущей.

Я дрочу быстрее, видя, как моя женщина стоит на коленях, сосет меня жестко, безжалостно, все время поглаживая свой сладкий, идеальный клитор.

«Я близко», — сказал бы я ей.

И я так чертовски близко.

Так близко, что она бы отпустила мой член, приоткрыла губы и попросила об этом.

Искры пробегают по моей коже, яйца покалывает, и удовольствие взрывается во мне, когда я кончаю на губы Иви, наблюдая, как она слизывает всё до последней капли.

Я вздрагиваю, ударяя рукой по кафельной стене, тяжело дыша, желая, чтобы это облегчение избавило меня от нее.

Но ничего не вытеснит эту женщину из своих мыслей.

Вообще ничего.

И мне нужно выяснить, что, черт возьми, с этим делать.

* * *

Я читаю краткое описание деятельности всех наших текущих клиентов. Встречаюсь с новыми. Подписываю сделки для своей фирмы.

Я тренируюсь. Занимаюсь боевыми искусствами. Встречаюсь с отцом.

И я работаю рядом с Иви каждую чертову ночь.

Хотелось бы сказать, что становится легче, но это было бы ужасной ложью.

Особенно, когда мы встречаемся с командой по обеспечению безопасности, чтобы обсудить кадровые потребности для предстоящего шоу Стоуна.

И все это время я продолжаю думать о том, что произошло тридцать дней назад, когда он был в городе.

К чему привела та судьбоносная встреча в «Спикизи». О том, что Иви поцеловала меня, и я поцеловал ее в ответ, и что мы наконец-то были друг с другом.

О всех признаниях в наших желаниях.

Вспоминаю ту ночь, то, в чем я признался. Как сказал ей, что она единственная, о ком я думаю. Как девушка призналась мне в том же самом.

Когда встреча заканчивается, я ухожу на остаток дня, чтобы расслабиться перед моей сменой с Иви. Поэтому направляюсь на встречу с отцом, чтобы заняться его любимым делом.

Игрой в мини-гольф.

— Некоторые мужчины с нетерпением ждут, как на пенсии смогут посвятить время игре на поле для гольфа. Я с нетерпением жду ветряных мельниц и клоунов на последней лунке, — говорит он,