Ключевое звено Академии Драконов - Оксана Гринберга

От них давно уже ничего не осталось, одно лишь мое разыгравшееся воображение.

Но я упрямо пыталась почувствовать, а затем представить свою семью – такую, какой она когда-то была, пусть это даже разрывало мое сердце на части.

Но оно у меня крепкое, сказала я себе. И обязательно выдержит.

К тому же внутри меня билось сердце Нерис – поди пойми, как такое происходит, – а рядом был Роэн, всегда готовый обнять и утешить, а еще молча постоять со мной, прижимая к своей груди.

В ней тоже билось сильное сердце, и я знала, что оно на моей стороне. И пусть Роэн ни разу не озвучивал свои чувства, мне казалось, что они все принадлежали мне.

«И мне тоже», – поддакнула Нерис, и я даже не стала вздрагивать или говорить, что подслушивать чужие мысли нехорошо.

Потому что теперь они были у нас одни на двоих.

- Жаль все это оставлять, – произнес Роэн, когда я сказала ему, что пора бы вернуться в академию. Вздохнув, он отложил в сторону папку с документами. – За такими сокровищами я охотился много лет, собирая их по крупицам. – Речь шла о компромате на Соргена, конечно же. – А тут мы получили все, причем в самом лучшем виде.

- В синей папочке с белой ленточкой, – кивнула я.

Затем сказала, что не стоит ничего выносить из убежища. Здесь документы будут в большей безопасности, чем если мы заберем их с собой.

А ведь еще были записи отца, обнаруженные мною в лаборатории, – я пока еще к ним не приступила, понимая, что мне будет серьезно не хватать знаний, чтобы во всем разобраться. Но я собиралась это сделать в ближайшее время – мне нужна была разгадка моего происхождения и двух магий внутри меня – людской и драконьей, которые спокойно уживались в одной Джойлин Грей.

Вернее, Айвери Данхилл, как бы ни сложно мне было привыкать к моему настоящему имени.

- Придем сюда завтра, – пообещала я Роэну. – После первого испытания, которое мы должны если не выиграть, то хотя бы не провалить.

Роэн тоже понимал, насколько это важно, как и то, что здесь, запертые за бетонной стеной, открывавшейся лишь с помощью моего артефакта, наши сокровища будут в полной безопасности.

Поэтому мы не взяли из убежища ничего.

Я не исключала того, что наши вещи в академии могут быть досмотрены, после чего сделаны ненужные для нас выводы. А так – мы просто гуляли с Роэном по городу, целуясь там и сям. Пообедали в ресторации и накупили мне всякой ерунды, после чего вернулись в академию…

Стоило ли говорить, что перед возвращением мы приняли серьезные меры предосторожности? Я открывала портал за порталом, затирая следы и путая координаты, чтобы ни одна живая драконья душа не могла проследить, откуда мы пришли.

Затем был общий сбор двух команд в гостиной нашего коттеджа – но уже после ужина и попыток журналистов взять у нас интервью, от которого мы отказались, заявив, что поговорим с ними после первого испытания.

Но, опять же, пусть мы вместе ломали головы над тем, как нам победить, ничего путного так и не придумали. Перечислили все опасности, которые могут поджидать нас в подземелье, после чего парни уверенно заявили, что нам все нипочем, главное, чтобы там была магия.

И посмотрели на меня, словно ожидали ответа, будет ли она там или нет.

Я пожала плечами.

- Все зависит от того, как глубоко мы опустимся под землю и как много поблизости окажется залежей минерала, который позволяет островам держаться в воздухе. Насколько я знаю, в большом количестве этот минерал дает определенное искривление магических полей, так что сложные заклинания могут оказаться под вопросом. Но с этой проблемой я детально не знакома, потому что в Аллирии мы такого не проходили.

Оказалось, и в ТалМирене они тоже, так что нам оставалось лишь гадать как о магии, так и о задании, которое мы все получим ровно перед стартом.

Устав выдвигать предположения, все разошлись по своим комнатам. Решили, что утро вечера мудренее и нам нужно набраться сил перед испытанием.

Улегшись в постель, я думала, что долго не смогу заснуть, потому что мысли о родителях не будут давать мне покоя, но – ничего подобного!

Я почти моментально провалилась в мир сновидений, а разбудил меня даже не Киран или близнецы, а стилисты, явившиеся ни свет ни заря, чтобы привести нас в порядок перед выходом к зрителям.

- Может, мы все погибнем на этом испытании, – мрачно заявил Киран, пребывавший в довольно угрюмом расположении духа. – Зачем нам все это?

Потому что стилисты пытались растрепать его волосы под модным в столице углом.

- Чтобы в могилку нас положили красивыми, – вежливо отозвалась я. – Представь, лежишь ты в гробу под вспышками аппаратов для импринта и понимаешь, что хотя бы с волосами у тебя все в полном порядке.

В ответ Киран пробурчал нечто нечленораздельное, а близнецы довольно расхохотались.

Хотя это было нервное веселье – мы прекрасно понимали, что через час начиналось наше первое испытание на турнире Десяти Островов и там нам вряд ли будет до смеха.

Тут появился наш декан, где-то пропадавший со вчерашнего дня.

Окинул меня одобрительным взглядом: с уложенными вокруг головы косами и вплетенными в них серебристо-синими лентами, в штанах, длинной серой тунике и строгой синей куртке – все в цветах нашей Академии Скаймора.

Отозвал меня в сторону, сказав Кирану, что разговор у нас будет личный и к испытанию он не имеет отношения. Накинул завесу неслышимости, чтобы наверняка огорчить любопытные уши, после чего заявил, что провел весь прошлый вечер и половину этой ночи в поисках нужной для меня лаборатории.

Но ничего путного не обнаружил. Зато выяснил кое-что о Соргене.

Вернее, про Соргена.

- Что именно? – поинтересовалась я, чувствуя, как быстрее застучало сердце, хотя, казалось, после того, что я увидела вчера в убежище, вокруг него должна была вырасти броня толщиной в пару сантиметров.

Но оно колотилось так, что дай Боги!..

- Оказывается, сын Соргена учится в столичной академии. Его зовут Эрвин. Эрвин Сорген, и он капитан четверки Арисара.

- Вот как! – сорвалось с моих губ. – Ну надо же!..

А ведь он на меня смотрел, промелькнуло в голове. Разглядывал вчера днем возле портала, когда мы готовились отправиться на торжественное открытие турнира.

Кто знает, что у него