Принц ночной крови - Молли Чан

– Я ведь обещал освободить тебя от империи Ронг и твоей помолвки, помнишь? – произнес Есюэ с улыбкой, но улыбка эта больше не казалась мне прекрасной.

Сиван рухнул на колени. Он изо всех сил давил на рану, но кровь просачивалась между его пальцами и проливалась на землю. Снег побагровел под ногами Сивана.

Моего Сивана.

Я подумала о мальчике, который забирался на деревья, чтобы снять для меня ягоды с самой верхушки, всегда готовил две копии домашнего задания на случай, если я забуду свое, и часами возился со мной в снегу, чтобы подольше поиграть вместе, даже когда болел простудой.

Он держал меня за руку, если я плакала, выслушивал все мои переживания, пропитанные слезами, мои мечты и надежды и злейшие страхи (из тех, что я с ним делила). Он обещал перевернуть горы вверх ногами, лишь бы сбылись все мои мечты, а все мои страхи обратились в золу, о которой больше никогда не придется беспокоиться. Он всегда меня поддерживал.

Он умолял императора отложить свадьбу – не потому, что сам того хотел, а потому что я его попросила.

Раз за разом Сиван доказывал мне свою верность.

Раз за разом я его отталкивала. Из страха. Перед его любовью. Перед своими чувствами. Перед кошмарами. Возможностью того, что я его не заслуживаю и никогда не буду его достойна.

В моих снах Ронг Сиван умирал сотни, тысячи раз, и все из-за меня, из-за пророчества, от которого все ожидали процветания империи. Но что, если на самом деле я не принесу Сивану величия, а обреку на погибель?

«Беги, – мысленно взмолилась я, – пока Есюэ стоит к тебе спиной».

Сиван не тронулся с места. Разумеется. Его растили героем, достойным и благородным, как император того потребовал сразу после рождения сына, когда тот еще лежал в своей кроватке, закутанный в шелка.

Благородные принцы не убегают от сражений. Не оставляют своих невест в лапах хладнокровных убийц.

– Желаешь завершить начатое? – спросил Есюэ, все еще предлагая свой меч.

Я обхватила рукоять дрожащими пальцами.

Улыбка Есюэ расплылась, и он потянулся ко мне, вероятно, чтобы помочь сойти с лошади. Но я не позволила ему меня коснуться.

Я вонзила клинок ему в грудь, ниже правого плеча, и оттолкнула его.

– Жизнь за жизнь. Ты спас мою, я пощадила твою, – сказала я и повернулась к Сивану: – Скорее, садись!

Сиван легко запрыгнул в седло, несмотря на ранения. Я щелкнула поводьями, и мы помчались вперед. Сложно сказать, кто быстрее – этот благородный конь или Лан Есюэ с его чудовищными способностями.

К счастью, узнать этого нам не пришлось.

Есюэ и не подумал за нами гнаться. Я не слышала ни стука копыт, ни его невероятно быстрых шагов.

Вопреки здравому смыслу я позволила себе оглянуться и увидела, что Есюэ стоит на том же месте, с мечом в груди, и его прежде безупречно белые одежды пропитаны алой кровью.

Всего несколько часов назад его янтарные глаза смотрели на меня с нежностью, но теперь, должно быть, в его взгляде не было той же ласки, хотя издалека я не могла этого разобрать.

Однако готова была поклясться, что Есюэ улыбался.

11

– Нам нужен врач!

Сиван потерял сознание к тому времени, как мы добрались до лагеря. Я отчаянно искала кого-нибудь, кто сможет обработать его рану.

Я бы и сама ее обработала, но боялась, что за это время Есюэ нас настигнет или я плохо справлюсь и сделаю только хуже. Сиван – наследный принц, корень жизни императора, плоть его сердца. Если с ним что-то произойдет по моей вине, и на меня, и на мою семью обрушится гнев правителя, который полностью нас сокрушит.

Сиван не мог умереть.

– Помогите! – закричала я еще громче.

Солнце пылало в небе, и меня удушал его жар. Пот бисером выступал на коже. Сердце у меня бешено колотилось, кровь Сивана буквально жгла мне спину.

– Врача!.. – выдохнула я, соскальзывая с седла. – Помогите принцу! Пожалуйста! Пожалуйста…

– Принцесса Лифэн! – кричали в мутной тьме. – Принцесса Лифэн! Зовите врача! Скорее!

– Помогите ему, – прошептала я, уже теряя сознание.

Прошу…

Спасите его. Это все, о чем я прошу.

Спасите Сивана.

* * *

Сиван.

Его имя было моей первой мыслью после того, как я пришла в сознание.

Я открыла глаза. Вокруг все расплывалось, но постепенно мне удалось сфокусироваться, и я увидела, что Фанъюнь дремлет подле меня, полусидя, и даже во сне держит мою руку. Лицо ее было залито слезами. В углу посапывал императорский лекарь, а в центре шатра потрескивал огонь.

– Сиван… Где Сиван? – прохрипела я.

– Ты очнулась?! – воскликнула Фанъюнь, тут же проснувшись.

Врач тоже вскочил на ноги и подбежал проверить мой пульс:

– Как вы себя чувствуете, принцесса Лифэн? Вы почти три дня лежали без сознания.

Я моргнула:

– Три дня?

– У вас был жар, и по всем признакам было похоже, что вы потеряли много крови, но мы не смогли найти рану, и потому боялись, что это внутреннее кровотечение. Слава богам, вы поправились. Ваш отец и принц Сиван места себе не находили от волнения.

Я встрепенулась от звука его имени:

– Сиван жив?

– С ним все в порядке, – ответил врач. – Он тоже потерял немало крови, но принц у нас крепкий, и к тому моменту как его рану обработали, сознание его высочества уже полностью прояснилось, и он спрашивал о вас.

Глаза у меня защипало от слез. Слава богам!

– Я могу с ним увидеться?

– Вам следует отдыхать, пока вы не окрепнете, – ответил врач. – Принцу уже намного лучше, и он может сам вас навестить.

– Он каждый вечер сюда заходил, – спешно добавила Фанъюнь. – Принца силой уводили в его шатер, поскольку он не желал тебя оставлять.

– Я сообщу ему, что вы очнулись, – сказал врач и вышел на улицу.

Фанъюнь взяла меня за руки и прошептала, наклонившись ко мне:

– Что произошло?

– Долгая история.

– Так рассказывай быстрее. Сиван придет с минуты на минуту. Ты убила тигра? Я слышала, тебя нашли в компании принца Лан. Уже ходят слухи, что вы собирались бежать вместе. Это ведь не так? Он тебя похитил, верно? И потом использовал как заложницу, чтобы повлиять на Сивана? Из-за этого Сиван получил сильное ранение, да?

Она говорила не с любопытством, а с убеждением, и смотрела на меня с мольбой во влажном взгляде.

Обман, удобное объяснение. Безопасная версия событий.

– Сиван это тебе сказал? – спросила я, хмурясь.

– Ваши истории должны совпадать, когда вы предстанете перед императором.

Я