Беглянка для золотых василисков - Таша Тонева

Просто сумасшествие какое-то. И я во всем этом кошмаре сама внезапно возбуждаюсь. Кожа горит и в груди грохочет, сбиваясь с ритма, мое недоверчивое сердце. Просто столько страсти я никогда и ни от кого еще не получала. Даже от мужа. В этом все дело скорее всего.

— Хорошо, а теперь не бойся. Мы просто осмотрим тебя…

С этими словами Киар окончательно рвет на мне мое платье одним стремительно-сильным движением, разворачивает и жадно впивается глазами в мою спину.

— Она не закончена… — произносит он странную фразу, пока его пальцы легко скользят по моей коже, повторяя узоры моего золотого проклятия.

— Но эту надо сейчас закрепить, — слышу я уверенный голос младшего. — Она из нее силы пьет. Как вообще продержалась столько?

— Потом спросим.

Киар снова разворачивает меня лицом к себе и заглядывает в мои затуманенные глаза.

У меня натурально там все расплывается уже. Только его глаза почему-то все еще вижу очень четко. Залипаю на них…

— Тебе нужны силы, — мрачно говорит он и, наклонившись, жадно целует прямо в губы.

15. Закрепление

Не знаю, что внутри вдруг перевернулось от этого поцелуя. Это только тот, кого не целовали ни разу, думает, что все поцелуи одинаковые. Что там такого? Просто соприкосновение двух пар губ.

Я, наверно, тоже была в числе тех, кто думал подобным образом. Потому что этот поцелуй буквально оглушил, обрушил мой привычный мир и все мысли ураганом вымел из головы.

А были ли эти мысли?

Мне уже кажется, что ничего и не было до нашей встречи в коридоре, до этих сильных бережных объятий, до властных обжигающих прикосновений, от которых все тело наливается жарким томлением и послушно льнет к рукам, капитулируя перед их хозяином.

А мой огонь… мой огонь принял этого чужака. Принял и подчинился его властному напору, а может той странной нежности, которой был насквозь пропитан этот момент. Меня словно стеклянную хрупкую статуэтку держали и обнимали.

А еще мне дарили силу, как и обещали. Она тонкой уверенной струйкой вливалась в мое, измученное постоянной борьбой и выживанием, тело. Только сейчас я могла в полной мере прочувствовать до какой грани я дошла. Только в этот момент я ясно увидела, что почти перешла черту, из-за которой могла и не вернуться.

И я пью эту силу. Захлебываясь, доверчиво прижимаясь и сама обнимая старшего василиска за его мощную шею.

Подушечки пальцев царапаются о что-то непривычное. Потом я понимаю, что это чешуя снова проступила на бугристых плечах, шее и скулах. Вот она какая на ощупь… Но это все долетает странными отголосками чего-то за гранью моего восприятия.

Сознание сейчас способно концентрироваться только на одном — наш поцелуй. И мне может быть потом стыдно, что я так легко и просто открылась, и теперь отвечаю совершенно постороннему мужчине, но сейчас моим телом управляю уже не я.

Сейчас там снова мой огонь. Как в танце он берет ведущую роль на себя и заставляет ему подчиниться.

И я послушно разрешаю снять с себя оставшееся белье. Тело жаждет этих властных прикосновений. И метка на моей коже пульсирует все сильнее. Голодным желанием накачивает мою кровь.

И мозг даже не возмущается на очевидное шокирующее извращение: двое мужчин и я… голая между ними. На кровати. Они тоже уже полностью обнажены и в максимальной степени возбуждения.

Это тоже все на где-то на границе сознания остается.

И мыслей нет оттолкнуть, когда Киар подтягивает меня за талию ближе к себе, а его брат прижимается ко мне со спины. Огонь нашептывает порочным искушающим жаром, что это правильно и ничего странного в этом нет. Так и должно быть.

И я верю… Верю, потому что мне сейчас настолько хорошо, как никогда не было ни до ни после моего попадания. Может это все очередная обманка моего измученного разума, но тело категорически отказывается сопротивляться этому порочному соблазнению.

И я сдаюсь. Мне сейчас просто хочется подчиниться и ни о чем не думать больше. Не выискивать способы и лазейки для своего спасения или бегства. Мне хочется теплоты и ласки, которой я давным-давно уже не получала ни в своем родном теле, ни в этом, тем более.

Я отдаюсь во власть огня и василисков, которые похоже лучше меня знают, что мне нужно сейчас. Потому как действуют они очень и очень слажено.

— Сейрина моя… Не бойся, мы будем осторожны, — хриплым шепотом успокаивает меня Киар, неправильно поняв мой жест.

Я вздрогнула когда его пальцы скользнули мне между ног и уверенно накрыли мой лобок.

Но я дернулась не от страха. Меня моя реакция поразила: такой вспышкой желания прострелило все тело, что я едва сдержала стон.

Мое тело хочет его… их обоих! Сумасшествие какое-то!

Но разворачивающийся огненный смерч уже не остановить. Пульс зашкаливает…

— Очень осторожны… — вторит брату Тайрик и приятно щекочет мою спину крохотными чешуйками на щеках, зацеловывая буквально каждый сантиметр своей метки.

Теперь у меня и сомнений нет в ее принадлежности. То каким трепетным жаром отзывается она на все его ласки, ясно указывает на ее владельца.

Никогда не думала, что я способна на подобную открытую страсть. Я всегда считала что у меня спокойный, местами даже холодный темперамент. И муж всегда так говорил, что ему нравится, что я не выношу мозг по всякой ерунде. Так и было ведь…

Может это новое тело виновато, но у меня и в голове что-то явно переключилось. Кто-то сдвинул там бегунок с холода на кипяток. Потому что по венам давно жидкий огонь течет и снова шепчет и соблазняет. Снова подчиняет своей порочной воле.

И две пары рук на моем теле уже воспринимаются, как необходимый минимум, а яркие искры на коже, где их губы касаются золотого узора, как самое важное, что сейчас может происходить.

В глазах уже плывет все вовсе не от слабости, а от желания. Мне хорошо, но я мой огонь требует большего. Ему уже мало одних поцелуев. И мужские прикосновения становятся более настойчивыми.

Киар жадно ласкает мою грудь. Сначала своими широкими ладонями, потом губами и языком. Как же он ее целует! Каким голодным блеском горят его глаза!

Руки его брата на моей талии, плавно двигаются вниз, пока их владелец продолжает покрывать хаотичными поцелуями мои плечи и спину.

Он словно новые узоры там вырисовывает языком! Так порочно и откровенно ласкает им мою кожу, вызывая все новые и новые каскады