Беглянка для золотых василисков - Таша Тонева

— Мне нужно убедиться… самому… — хриплый шепот среднего брата заставляет сердце подпрыгнуть и зачастить еще быстрее.

Мой огонь тревожно дрожит, но не опадает. Узоры на коже снова наливаются властной подчиняющей силой, пульс грохочет в висках.

Бум-бум-бум! Как барабаны какого-то африканского дикого племени. Гипнотизирующий пленяющий ритм.

— Нет, что вы… — осекаюсь, едва его пальцы уверенно касаются моей щиколотки, а горячие губы Киара прижимаются к сгибу моей шеи.

— Позволь ему, Сейрина… Так нужно, — властно целуя, шепчет он мне.

Сознание, что ненадолго вынырнуло из того густого приторного дурмана, в которое его погрузили, снова утонуло в сладком сиропе теперь уже тройного вожделения.

Разбуженный огонь восторженно приподнимается, снова игриво раскидывает свои дорожки по всему моему телу. И оно горит и плавится от властных изучающих пальцев Зира.

Я ведь его не знаю! Не знаю совсем!

Отчаянно вопит внутри последняя здравая мысль.

Но я и с братьями его тоже не была близко знакома, а оказалась в одной постели, да еще и не просто оказалась, а с вполне конкретными последствиями.

И эти последствия сейчас так приятно откликаются расслабленной сытой негой во всех мышцах. Так неожиданно остро простреливают новыми возбуждающими вспышками в промежности.

Ах!

Зир, не отрывая свой гипнотический взгляд от меня, медленно скользит ладонью вверх. Уже до бедра добрался. А потом также медленно наклоняется и втягивает тонкий язычок моего пламени. Все так же, не отрывая взгляда от моего лица.

И зрачки его при этом вдруг резко расширяются, затапливая всю радужку. Ненормально быстро. А потом также быстро сужаются то маленькой черной точки.

— Она настоящая… — потрясенно хрипит он. — Истинная…

Я снова ничего не понимаю, но мне это и не важно в данный момент. Совсем другие меня мысли заботят. Пугливые и одновременно слишком смелые для той прежней меня.

Все-таки они во мне что-то сломали. Сдвинули эти монолитные пласты в психике и перевернули все с ног на голову.

Потому что от одних только звуков этого хриплого шепота меня снова накрывает и выгибает в неконтролируемом спазме. Власть огня над моим телом еще не закончилась.

И я хочу продолжения, остервенело желаю его, но пугаюсь этих своих диких желаний.

Это же не я! Не я!

Как примирить себя с собой после всего что сейчас случиться, когда схлынет весь этот навязанный дурман похоти? Я не знаю… но это и не заботит меня в данный момент. Уже не заботит.

Потому что Киар снова целует. И не шею, а мои губы подчиняет властным глубоким поцелуем. Берет меня снова своим нетерпеливым умелым языком. И я теряю себя совершенно…

Новое влажное и упругое прикосновение чувствую вдруг на своем набухшем и пульсирующем клиторе. Дергаюсь от неожиданности. Так остро и так ярко ощущается эта незнакомая для меня ласка.

О-о! Зачем он? Это же… Мне ведь никогда…

Мои бедра тут же властно прижимают к кровати две сильные мужские руки. Проскальзывают медленно до колен и разводят их еще шире. Я поддаюсь, снова будто под гипнозом.

Но колени сами собой в стороны расходятся, чтобы открыть настойчивому развратному языку больше пространства для новых откровенных ласк.

Соглашаюсь, без малейшей мысли о сопротивлении. Не могу я сейчас никак это остановить.

Тело давно живет своей жизнью. Страстно выгибается от каждого острого прикосновения. Выпрашивает новую порцию порочной ласки.

Если б мне сказал кто… если бы я только знала, как это может быть…

О-о!

А горячий язык продолжает мучительно сладко танцевать между моих нижних губ. То втягивает их, то жадно вылизывает, то упруго щелкает в самую чувствительную сердцевину.

И я плыву на волнах этого сладкого безумного кайфа. Огонь ласково лижет мою кожу и руки ласкающих меня мужчин.

Сквозь опущенные ресницы вижу как они снова пьют его, жадно втягивая льнущие к ним языки моего послушного пламени. Каким темным голодным жаром загораются их глаза.

Тайрик снова возбужденно лижет мою грудь. Задевает метку своего брата, и она пускает горячую волну колючих мурашек по коже.

Зир лишь глухо рычит на это и продолжает терзать мой клитор.

От его низкого возбужденного рычания по мне самой прокатывается одуряюще приятная вибрация. И я бы кричала сейчас и стонала сейчас как ненормальная, но мой рот уже снова был занят.

Это Тайрик, наконец, добрался до моего рта, жадно прикусывая и посасывая мои истерзанные губы. И его язык танцевал с моим. Восторженно и уверенно заставляя отвечать все откровеннее и откровеннее на его несдержанные ласки.

Третье проникновение я уже слабо помню. Только ослепительный взрыв, что очень скоро последовал за этим. Показалось, будто я вообще тела лишилась. Растворилось оно в этом ярчайшем невыносимом наслаждении. Затопило его совершенно…

Ни мыслей, ни эмоций, ничего не осталось. Только она… Чистая незамутненная эйфория.

Сквозь закрытые веки вижу будто что-то ослепительно полыхнуло, но потом резко пропало. Спину обжигает странным приятным щекочущим ощущением на короткий миг и отпускает.

Все-все отпускает: и мои страхи, и переживания, и боль, метка больше не пульсирует требовательно и жарко, и даже огонь мой словно покорился наконец и заснул под властным тройным мужским контролем.

Я смутно ощущаю прокатывающиеся по телу несколько волн очищающей магии. Потом как меня снова тискают и целуют несколько пар рук и губ.

Не сопротивляюсь. Да и поздно уже, и тело точно не покорится сейчас разуму. Слишком ему хорошо.

До безумия просто. Так хорошо, что аж страшно. Разве может человек подобное испытывать и не сойти с ума? Это слишком… Слишком все для меня…

И я не могу этому сумасшествию как-то помешать или проигнорировать его. Оно уже свершилось. Оно бурлит, заполняет собой все мое податливое и размякшее от тройной недавней близости тело. И мне остается либо принять, либо…

Нужно поспать, — решил мой прибалдевший от всего разум и просто выключился.

18. Пробуждение

Сквозь мои веки просачивается яркий дневной свет. Я не сразу понимаю, где я нахожусь. Первый испуг, что я проспала, и теперь мне грозит неминуемый выговор от эры Каприэль, сменяется новым еще более сильным потрясением, когда я подскакиваю на кровати и резко распахиваю глаза.

Я не в своей крошечной комнатке служанки. Я в роскошной хозяйской спальне прямо посередине огромной кровати, а вокруг вспененный шелк одеяла, которым меня заботливо укрыли.

Не сразу замечаю, что я тут не одна. Только когда откуда-то сбоку раздается знакомый властный голос, меня разворачивает в сторону звука.

— Спокойнее, Сейрина. Не бойся, — это Киар.

Он поднимается из большого кожаного кресла и подходит