Она моя дочь? - Соня Вишнякова

— Потому что я не хочу на вас работать, — говорит, не глядя в глаза.

— Это из-за того, что было у бассейна? Если так, то я приношу вам свои искренние извинения. Я знаю, они немного запоздалые, но я уже не тот избалованный пацан, каким был. Я изменился, серьезно.

Слушает равнодушно. Понимаю, я никак не могу повлиять на ее решение, но почему-то именно сейчас хочу на него повлиять.

— Это уже неважно, — повернулась уходить.

Не знаю, как так получилось, я хватаю Лизу за руку. Схватил и потянул обратно, чтобы не уходила вот так. Притянул к себе, стиснул пальцы на её предплечье. Вдохнул её аромат. Он даже не вошел, не вплыл в моё сознание, он влетел, заполняя лёгкие неповторимыми нотами, от которых я пришел в ещё большее возбуждение и возмущение. Хочу держать и требовать ответа. Стискивать, не отпускать, как можно дольше. Притягиваю Лизу к себе за плечи.

— Что вам нужно? — возмущённо упирается ладонями мне в грудь.

— Хочу извиниться…

— И для этого нужно меня хватать?

Совсем близко пугливый взгляд, аккуратный нос и притягательно алые губы. Они накрашены помадой, чего раньше не было или я не замечал. Как такое можно не заметить? Я уставился на них, не в состоянии шевельнуться. Не понимая, почему именно сейчас она решила их накрасить. Именно тогда, когда собралась от меня уйти.

-

— Извините, — отпустил, резко разжал пальцы, действительно, хватать нежелательно.

— Я не хочу на вас работать, это понятно? У вас нет границы, ходите, где хотите, открываете двери… Я все понимаю, это ваш дом, но я не давала вам права…

— Я буду стараться… — что я говорю.

— Зачем?

— Потому что… я не хочу, чтобы ты уходила, — сорвалось с моих губ.

Не верю, не понимаю и не контролирую, почему я это говорю?

Лиза сделала шаг назад, я на нее. Она ещё шаг, я приближаюсь, протягиваю руку и касаюсь щеки. Что происходит?

— Нет, — резко поворачивается, и я отдёргиваю руку, как ошпаренный.

Ее резкое нет приводит меня в чувство, отрезвляет.

— Давид, прошу вас, не нужно мне препятствовать. Я не хочу тут быть, мне это неприятно, — растерянно прислоняется спиной к стене.

— Почему? Это из-за прошлого?

— Да, из-за прошлого, — отвечает, смело глядя мне в глаза.

Что там, в глубине её потерянного взгляда, пытаюсь отгадать, но не могу. Хочу знать ответ и знаю его, но не пойму, почему он такой.

— Но я изменился.

Зачем я ее уговариваю?

— Это не важно. Нам не нужно больше встречаться. Это было ошибкой, я сразу не должна была соглашаться на вас работать.

— Не понимаю, в чём проблема?

— Вам не понять, — она повернулась и пошла в кладовку, оттуда вышла уже с чемоданом.

Когда она подошла к двери, я осознал, что сейчас дверь закроется и Лиза уйдёт, возможно, навсегда, а я этого совсем не хочу.

— Мы можем хотя бы поговорить? Обсудить…

— Нет, не можем, — быстро открыла дверь, вышла и захлопнула её за собой.

Глава 15

Иду к лифту. Тороплюсь. Хочу поскорее уйти подальше от этого места. Если задержусь ещё немного, даже не знаю, как буду жить, существовать. Я не могу себе этого позволить.

Почему? Не могу и всё.

На это не нужны ответы. Я их знаю. Повторять их, значит, ковырять старую, давно зажившую рану. Она затянулась, не нужно тревожить. Всякое к ней касание сделает только хуже мне самой. Не ему, мне.

Как глупо. Зачем вообще я вернулась. Бессмысленно и глупо.

Ухожу, убегаю. Чтобы никогда не возвращаться.

-

Почему так дерьмово на душе. Что я сделал не так? Хотя… понятно же что.

Ладно. Так тому и быть, ушла и пусть идёт.

А позвонит Тамара, скажу, пусть катится к черту со своим наследством, с акциями и деньгами.

Нет, так не скажу, но объясниться придётся. Не могу ведь я держать возле себя человека, который не хочет, чтобы его держали. Тем более, в свете открывшихся событий.

Я повернулся и пошел на второй этаж, поднимаюсь по лестнице и вдруг остановился. Повернулся, глянул в тот угол, где только что держал Лизу, не давал ей идти… Я там реально чуть не перешел какую-то невидимую черту. Меня остановил испуганный взгляд Лизы и то, куда я до сих пор не могу проникнуть… неизвестность. Что творится в её мыслях? О чём она вспоминает, глядя на меня?

Чёрт подери… а ведь Тамара могла знать о том, что произошло у бассейна.

Какая хитрая, какая коварная постановка.

Она специально прислала мне Лизу, чтобы я… что?

Поднялся в спальню, взял телефон, поискал в принятых номер, с которого звонила Тамара. Я не записал его до сих пор. Посмотрел на него две секунды и нажал вызов.

— Да? — скрипучий голос раздался почти через минуту.

— Тамара?

— А ты кого хотел услышать? Конечно, Тамара. Говори, чего звонишь, я уже приняла лекарства, скоро засну.

— Скажи мне только одну вещь, ты прислала её специально? — говорю сердито.

— Конечно, — довольный старческий голос.

— Чтобы я мучился совестью?

— Да, — усмешка.

— У тебя получилось.

— На это и расчёт.

— Так вот, она ушла. Нашла другую работу, на меня работать не хочет, — злорадно выдаю залпом.

— Это и понятно, — снова старческий смешок.

— Если тебе было понятно, зачем тогда ты всё это устроила?

— А ты не догадываешься? — слова всё медленнее, с растяжкой.

— Задеть мою совесть? У тебя получилось, я чувствую себя виноватым, дальше что?

— Отлично, значит, я всё-таки потревожила тебя, выбила из состояния твоей денежно-расчётной комы.

— Выбила — не то слово, я перерыл все видео, нашел то самое. Я попытался извиниться за то, что произошло, но она всё равно ушла.

— Оно и понятно, не сильно ей хочется смотреть на твою сытую, довольную физиономию, когда её ребёнок ходит в сношенных ботинках…

— Подожди, а причём тут это? — не понял я.

— А при том, что… всё… я сплю, извини… завтра позвони, я уже…

И тишина…

— Тамара?! — выкрикнул я нетерпеливо.

Ответа нет. Снотворное подействовало.

Стою, смотрю на телефон. И чувствую себя по-идиотски… как будто все вокруг что-то знают, и только я один нахожусь в наивном неведении.

Глава 16

Третий день работаю в клининговой компании. Девчонки рядом со мной хорошие. Одна постарше — Тоня, как бы бригадир. Светлана — хозяйка. Она меня в самом начале встретила. И ещё двое — Вика и Лика. Двое заболели, их пока не знаю. Те, кто есть, вполне