Она моя дочь? - Соня Вишнякова

Вообще, получается две бригады по три человека. Но, так как двое заболели, сейчас работаем вчетвером, как одна бригада на все заказы. Приходим на заказ, стараемся его выполнить как можно быстрее, чтобы перейти на следующий.

Догадываюсь, с двумя бригадами работать удобнее и больше заказов выполняется. В день одна бригада быстрее устаёт, делая работу двух бригад.

Зато за эти три дня, почти на пределе своих энергетических возможностей, я заработала хорошую сумму и сразу заплатила за койку, вперёд на две недели. Не стала платить за месяц, надеюсь всё-таки снять комнату в квартире.

Сейчас плохо представляю, как заберу сюда дочь. Потому что с утра до вечера я на работе. Даже если я её устрою здесь в детский сад, а потом и в школу первого сентября идти… Пока всё очень сложно представляется. Слишком много нюансов.

Если заберу Аню, мама останется одна, и ей будет тоже грустно. Сейчас она не работает, занимается ребёнком. По моей логике, она может и здесь не работать, и заниматься ребёнком. Но то, что я должна снять только комнату, а не квартиру маме не понравится. Жить рядом с какими-то соседями точно не захочет, мы уже не раз это обговаривали.

Я звала её поехать в столицу вместе, но она ни в какую не соглашалась. Зачем уезжать, если есть своя квартира. А мне всегда хотелось заработать для нас больше денег, чтобы ни мама, ни Аня ни в чём не нуждались. Поэтому я поехала сама и пообещала Ане её забрать. Теперь даже не знаю, как получится и как планы распределить.

Почему-то я не рассчитывала, что придётся работать с утра до позднего вечера. Теперь уже, будучи здесь, понимаю, сначала всё казалось очень простым и понятным, но на самом деле всё совсем не просто. Вот и получается, сейчас не представляю, когда смогу выполнить обещание, данное дочери.

Сегодня убирали в двух квартирах, в офисе и в сауне, после вечеринки.

Сначала я терялась, на первых заказах не знала, за что хвататься. Тоня всё время подсказывала. Спустя три дня я уже и сама знаю, что нужно делать первое, второе и третье. Уже не путаю, где какое средство и для чего. Быстро приспособилась. Теперь я понимаю, почему не берут полных, здесь нужно работать очень быстро, расторопно и при этом тщательно. Буквально на скорости. Наверное, уже был опыт, когда люди не выдерживали, быстро уставали. Если я устаю с непривычки, представляю, как устаёт кто-то другой.

По сути, работа не тяжёлая, но то, что нужно делать всё быстро, постоянно в движении, конечно, даёт некоторую общую усталость в конце дня.

На третий день я уже, как метеор. Отдых у нас происходит, когда мы выходим с одного заказа, садимся в машину и едем на другой. В машине отдыхаем, обедаем, перекусываем и даже спим, пока едем до следующего заказа.

С собой уносим мусорные пакеты, если надо уносить. Девчонки умудряются и ещё какие-то закуски собирать после корпоративов.

— А что, оно ведь не тронутое, — ответила Вика на мой немой вопрос, когда я впервые увидела, как она собирает со стола, — Бери тоже.

— Нет, нет, я такое есть не буду, — отнекивается Лика, блондинка, — у меня своя еда.

— Как хочешь, — Вика пожимает плечом, — а что, не надо на обед тратиться.

Вика — простая девушка, с пригорода, совсем не похожа на современных девушек, она даже немного, как из прошлого века. Лика наоборот, приезжая, но вся такая столичная, современная.

— А то, что она там всю ночь стояла, пылью покрылась, ничего? — удивлённо смотрит она на Вику.

— Ну, я же не умерла, жива, здорова. И даже расстройства желудка нет. Не нравится, не ешь, я же тебя не заставляю. У моей мамы знакомый знакомого рассказывал, что его отец вообще на кладбище питается.

— Это как? — Лика протирает стол и двигает его на место.

— А вот так, приходит на кладбище, смотрит, кого сегодня хоронят, потом родственники уходят, этот идёт, берёт, что там, на могиле оставили из еды. На следующий день родственники несут завтрак умершему, этот опять приходит. И так считай, живёт много лет. Кушает только еду с кладбища, потому что хоронят каждый день и не по одному человеку. Вот и получается, что у него каждый день есть пропитание.

— Фу, ужас, — скривилась Лика.

— А вас когда-нибудь приглашали убирать после убийства или трупа? — спрашиваю я.

— Да, бывает, звонят, но Света такое не берёт.

— Это хорошо, я даже не представляю, как бы убирала в таком месте.

— Ну, вообще есть компании, которые специализируются именно на месте преступления и на всяком таком. Они и берут дороже, но это их работа, там и костюмы другие и защита…

— Понятно.

Вечером все по своим кроватям лежим, поболтаем немножко перед сном, кто в телефоне, кто с родственниками говорит, и засыпаем довольно рано, потому что на утро опять работа.

–

Утром, на первый заказ Светлана называет адрес задания — уборка после корпоратива.

— О, класс, люблю корпоративы. Сегодня можно не тратиться на обед, — говорит довольная Вика, надевая комбинезон.

А я слегка зависла, потому что адрес очень знакомый. Этот адрес, единственный в столице, который я знаю наизусть. По нему я как раз пришла в офис Давида.

Есть надежда, что сейчас мы идём в совершенно другой офис. Потому что это бизнес-центр. Там куча всяких компаний, которые могут себе позволить устроить корпоратив.

Глава 17

В эти дни я старался выкинуть из головы и Лизу, и всё, что с ней связано. Даже Тамару. И у меня вполне получилось. За делами некогда отвлекаться.

В те редкие моменты, когда прихожу домой спать, я думаю о предстоящих на завтра сделках, а не о том, что какая-то горничная от меня сбежала.

И вот, вроде бы уже совсем забылась, отодвинулась слегка на задний план эта неловкая история, как однажды, придя на работу и ещё даже не дойдя до своего офиса, в офисе одной из фирм я увидел знакомое лицо. Миниатюрную фигуру в голубом фирменном комбинезоне. Тёмные волосы в тугом хвосте и аккуратный, точёный профиль, надолго запомнившийся и, как оказалось, притягательный лично для меня.

Остановился. Не поверил.

Неужели она, или показалось?

С недавнего времени мне иногда кажется, что вижу её в толпе, и на улице, или… в общем, неважно. Это ведь только кажется, а тут явный профиль, и фигура, и волосы.

Лиза меня не видит, водит