Будет больно - Ольга Дашкова

Но я ему даже в чем-то завидую.

Он хоть что-то может чувствовать кроме ненависти.

– Это ты помоги себе или позволь это сделать мне! Что, слабо? – друг кричит в трубку, я знаю, о чем он.

Слабо, пока да. Я слабак.

Макс отключается, я бью по рулю, до боли стиснув зубы. Боль – это все, что я могу сейчас чувствовать.

Глава 14

– Яша, мальчик мой, не стесняйся, бери форшмак. Софа делала его все утро, так старалась, так старалась.

– Спасибо, тетя Роза, я уже оценил, Софи не только красавица, но и чудесная хозяйка.

Интересно, если сейчас Яша подавится этим треклятым форшмаком, в этом не будет моей вины, потому что я этого очень сильно желаю? Так и представляю, как ему не хватает воздуха, как он закатывает глаза и хватается за горло, а потом падает замертво головой в тарелку с рыбой.

Зе энд, как говорится, но не хэппи.

– Софочка, а ты чего не кушаешь? Совсем бледненькая у меня. Господи, кто же кроме меня приютит сиротку, только я у нее и осталась, а она у меня.

Тетя Роза играет роль заботливой матроны, не хватает только пустить слезу и, смахнув ее кружевным платком, выпить рюмку вишневой настойки. Почему вишневой? Не знаю, может, самой напиться захотелось.

Все утро готовила этот чертов форшмак, так что, кажется, я вся насквозь провоняла селедкой, даже аромат туалетной воды и мыла не помогает, я все равно его чувствую. Но наши гости за обе щеки уплетают обед, такое чувство, что они специально голодали, готовились к визиту.

Делаю глоток воды, наблюдая за Яшей и его отцом. Правильно мама сделала, что не приняла его предложение руки и сердца и сбежала с отцом. Я бы тоже так сделала. Яблочко от яблоньки недалеко упало. Яша представлял собой забавное зрелище, но хотелось плакать.

Невысокий, худощавый, с черными курчавыми волосами и длинными пейсами вдоль лица, что говорило о его религиозности. Небольшая бородка, карие глаза, в которых ко мне был совсем не платонический интерес. Ерзал на стуле, кусал губы, а по виску стекала капля пота. Яша оценивал меня, и то, что он видел, ему нравилось.

Интересно, как само́й по-быстрому провалиться сквозь землю?

Яша был копией своего отца Иосифа, того самого, которому отказала моя мама, и большое ей за это спасибо. Мужчины пришли вдвоем, не знаю, по какой причине Иосиф не взял жену, да и не суть, хотелось, чтобы этот спектакль с форшмаком и запеченной рыбой скорее закончился.

Вчерашний вечер с Арнольдом не выходил из головы, это только и спасало. Он больше не писал, я тоже не навязывалась. Я ведь старше, я педагог, но складывалось впечатление, что Арни взрослее меня. И я рядом с ним совсем девчонка.

– А Софочка у нас окончила музыкальную школу, как и ее мама, умеет играть на фортепьяно, а сейчас преподает в университете английский язык.

Тетя меня хвалила, мужчины жевали, я тупила скромно взгляд, но не от смущения, а чтоб не показать откровенно свое отношение ко всему этому сборищу. Почему я вообще на это согласилась? Наверное, из-за своей бесхребетности и неумения сказать «нет» человеку, от которого завишу.

Но ведь Андрюшеньке я сумела сказать «нет», уйти, развестись, начать жить заново. Но теперь понимаю, что он мне это все позволил сделать, чтобы потом вернуть и наказывать еще больше в какой-нибудь изощренной форме.

Я всегда была хорошей девочкой, послушной, не доставляла родителям проблем. Я хорошо училась, посещала музыкальную школу, мне легко давались языки. Подружки, которых было у меня немного, и одноклассницы считали меня скучной и слишком правильной, а я не хотела совершать неправильных вещей, из-за которых кто-то расстроится.

Однажды, конечно, поддалась уговорам подруг и в десятом классе пошла на дискотеку, там выпила и даже выкурила сигарету, но потом меня долго рвало и было стыдно перед мамой, которая почувствовала запах перегара. Я не хотела ее расстраивать, она уже тогда начинала плохо себя чувствовать, но мы еще не знали, что это была болезнь, с которой ей придется долго бороться.

Поэтому самый, на мой взгляд, безбашенный поступок был тот, что я вышла замуж за Андрея Романова. Но сейчас понимаю, как много я упустила. Да, я могла жалеть о содеянном, но я бы все это уже пережила и двигалась дальше, а сейчас меня что-то тормозит. Меня тревожит чужое мнение, я боюсь оценки своего поведения, но это глупо.

И вот сейчас я в очередной раз пляшу под чужую дудку, сижу, терплю смотрины, даже надела то самое розовое платье, о котором говорила тетя.

– Софочка, ты почему ничего не кушаешь и молчишь?

– Меня что-то тошнит.

– Да, что случилось? – тетушка заволновалась, принюхалась к своей тарелке, приподняв ее на уровень лица, мужчины замерли.

– Это, наверное, из-за беременности.

Яша подавился, его отец уронил вилку, и она громко брякнула о посуду, тетя Роза открыла рот и округлила и без того большие глаза.

– Так бывает в первом триместре, мне доктор сказал. Я что-то не то сказала? Яша, ты не любишь детей?

Похлопала ресницами, тетка потом мне голову оторвет, нет, я не беременна, мы с Андреем хорошо предохранялись, он не хотел пока детей. Он говорил, что хотел насладиться моим телом, у меня стоит спираль. Но никому из присутствующих необязательно об этом знать, а я немного повеселюсь.

– Ах, это Софочка шутит, да, Софа? Ты же шутишь? – тетушка спросила и зыркнула так, что, думаю, мне пора собирать вещи.

– Какие шутки, тетя Роза? Дети – это прекрасно, да, Яша? Ты сколько хочешь? Я минимум четверых, думаю, будет идеально иметь двух мальчиков и двух девочек. Это, конечно, накладно, но ты ведь хорошо зарабатываешь? А то я постоянно буду в декретах.

А теперь нужно сымитировать рвотный рефлекс. С этим проблем не возникло, я не только на фортепьяно училась играть гаммы. Я еще школьный театральный кружок посещала и вполне правдоподобно справилась с ролью Джульетты. Икнула, зажала рот ладонью, шумно отодвинула стул и кинулась в ванную комнату.

Пусть сами разбираются, надоело все это. Включила воду, сама села на край ванны, достала из кармана телефон, открыла мессенджер, еще раз перечитала сообщения Арнольда. Нет, я не должна ему писать, но почему тогда так хочется это сделать? Всем назло? Или я хочу наверстать упущенную безбашенную молодость?

Бред. Но да, хочу.

«Надеюсь, завтра вы закроете долги, Арнольд?»

Долго не решалась отправить набранное сообщение, с аватарки на меня смотрел