Врач. Измена. Точка! Это конец! - Анастасия Леманн

Что Аксенов на это не способен. Он мужчина с большой буквы, верный своим принципам и своей жизни. Он сильный и властный.

Он так не поступит. Кто угодно, но не он, да и вообще у меня хорошая семья. Муж так не сможет — я очень сильно ошибалась. Ещё как смог и ещё как поступил, оставив меня в дураках.

Просто встретил другую. Я не спрашивала ничего, но уже год знала: именно перед праздником моя жизнь изменилась. Встреча на дороге длиною в жизнь — и всё полетело в тартарары.

Не литературно, но факт. Летело всё, и с каждым днём мне становилось труднее, но сейчас в итоге я уже не знала, трудно это или нет. Если бы не Московский, я, наверное, сломалась бы этой ночью, но я сдержалась. Справилась.

Он помог. А если бы не он, я не знаю, что бы было...

— Она правда беременна? Её подруга-блогерша во всех пабликах это написала!

В голосе дочери звучит такая горечь, что не передать словами, как мне горько за неё.

Ещё этот цирк на её глазах, что он вещи собирал, а она его в машине ждала. Больно-то как... До ужаса. Я даже думать не хочу о том, как больно...

Так, всё, стоп, ты сильная, со всем справишься. Со всем...

— Да!

Я не умела обманывать дочь и всегда считала, что я не только мать, но и подруга.

Близкий человек. Смысла лгать ребёнку я не видела, да и его не было...

От слова «совсем».

Софа смотрит на меня с отчаянием. Её красивые глаза темнеют. Мне очень больно за неё, очень.

— Соф!

Я присаживаюсь рядом и обнимаю дочь за плечи. Прижимаю к себе, а в этот момент готова убить Аксенова, просто разорвать.

Ведь он не только мне причинил боль, он причинил боль самому святому и дорогому на свете. Своему ребёнку. Нашему ребёнку, нашему...

ГЛАВА 11

Софа никакие доводы слушать не хотела, и всецело я её понимала.

Какие доводы могут быть, когда родители разводятся... Всю жизнь мы были вместе — и всё.

— Осталось только тебе кого-то найти!

Я вздрогнула. Благодаря тому, что мой бывший муж — следователь, да-да, именно бывший.

Настоящим я его больше не могла назвать.

У меня язык не поворачивался. Но одно я точно знала: дальше разговора, как с Московским, ничего не зайдёт. Отчима я к своей дочери не приведу. Я не готова.

— Нет, можешь быть спокойна!

— Ты вон какая красивая!

— Не самая, и нам вдвоём хорошо!

Софа прижимается ко мне, а я глажу дочь по волосам. Здесь я не солгала, нам правда хорошо вдвоём, и пускать кого-то в свой мир я не готова.

Нажилась семейной жизнью. Не вышло. Ну и пусть, пусть дочь будет счастлива в дальнейшем за нас двоих, а я больше не готова. Полюбить я уже точно не сумею, и я знаю это. Знаю на все сто...

Телефон на столе оживает. Удивлённо беру его в руки.

«Доброе утро, Олеся! Хорошего дня!»

Отпиваю кофе, чувствуя, как подрагивают пальцы. Московский... Да ну, это всё несерьёзно, ему нужен кардиолог... Хотя с его связями и деньгами он может у профессоров лечиться. Почему я? А может, я правда ему понравилась?

От таких мыслей чашка едва не падает из рук. А что, если правда...

Телефон оживает вновь. Аксенов. Шумно выдыхаю. Ему-то что нужно...

ГЛАВА 11.1

— Привет!

Аксенов это произносит так спокойно, будто ничего не произошло. Просто «привет» — и всё, а мне его «привет» болью отзывается по сердцу.

Он так спокойно говорит, будто не изменил мне, будто ничего не произошло и всё это обыденность, а не реальность. Суровая реальность.

— Привет!

Я отпиваю кофе, слыша плеск воды из ванной. Софа умывается. Только не хватало, чтобы дочь знала, что это он звонит. Хватит ей уже психику ломать.

— Я хотел поговорить, встретиться! Вчера всё наперекосяк вышло!

А у тебя всегда всё наперекосяк выходит, как ты с ней связался, — чуть было не вылетело у меня, но я сдержалась. Да и смысл что-то говорить, смысла нет никакого уже давно.

— Это лишнее, ты уже вещи свои забрал! Зачем встречаться?

Я тоже хочу его увидеть и, если честно, не отрицаю этого, но не хочу себя больше мучить. Я видела их, играющих в снежки, я видела улыбки на их лицах, радость.

Я всё это видела, и то, что сейчас творилось у меня внутри, просто не передать словами.

У Стаса просто проснулась совесть. Конечно, а ты чего ожидала? Что он с разбегу за тобой побежит? Конечно нет, это исключено.

Зачем ты ему? У него девчонка, ей двадцать четыре года, и у них всё впереди. У них будет ребёнок.

Ребёнок... Пытаюсь отгонять от себя эту мысль, но ничего не выходит, ничего...

Для него ничего не произошло, а у меня рухнул целый мир — что у моего мужа будет ребёнок от другой женщины.

— Ты так и будешь молчать, Олеся?

Я слышу, как Аксенов чиркает зажигалкой, как он напряжён. Он нервничает.

А я не знаю и вправду, что сказать, о чём говорить.

Последние дни стали для меня кошмаром, и, если честно, я совсем не понимала, зачем приняла приглашение Московского. Ведь это так глупо: идти, пить кофе, улыбаться и знать, что на душе больно и плохо. Тебя предали, жестоко предали, тебя предал муж, твой муж.

Человек, которому ты доверяла столько лет, кого считала самым родным и близким. А что сейчас, куда сейчас...

Так, стоп, соберись, Олеся, соберись...

— Не о чем говорить, Стас! Прости! Нам в школу пора!

Кладу трубку и сжимаю губы. Заплакать хочется, очень хочется, но нельзя. Просто нельзя — и всё... Просто ты справишься, Олеся. Ты сильная, ты столько прошла. И это пройдёт, всё пройдёт. Главное — все живы, все здоровы, дочь рядом. А всё остальное — это просто пыль. Обычная пыль. Всё изменится. Ничего, что сердце вдребезги и его осколки не собрать. Ты сильная, Олеся, ты справишься... Ваша история закончена... Отпусти. Так будет лучше всем...

ГЛАВА 11.2

Стас звонил ещё несколько раз. Но я ни разу не взяла трубку.

Не стоило быть психологом, чтобы понять, что я выстраивала внутри себя защитный барьер, и рушить его ему я больше не дам.

Никому, и мужу тем более.

Отвожу Софу в школу,