Летние занятия - Пенни Л. Чепмен

Мы сошлись на том, что тот промах был единичным срывом, которым никто не гордился. Она установила свои «правила игры», как она это называла, а я над этим посмеялся.

И хотя мое сердце всякий раз начинало биться быстрее, когда она входила в комнату или мы встречались ночью в саду, я подавлял свои чувства и списывал их на увлечение. А что еще это могло быть? Она была привлекательной и умной — конечно, она мне нравилась.

Я отложил мысли в сторону, выключил компьютер и бросил взгляд на часы над дверью кабинета. Мы с Дэйвом и нашим другом Эндрю договорились встретиться позже, вечер в мужской компании был именно тем, что мне требовалось после стресса прошлой недели.

Хихиканье у двери, сопровождаемое шепотом, заставило меня поднять глаза.

— Здравствуйте, мистер Грейсон, — Глория и еще две девушки с моего курса улыбнулись мне. — У нас остались вопросы насчет зачетов.

Я обошел стол, сел на край и кивнул:

— Чем могу помочь?

Глория оттолкнулась от двери и направилась ко мне, покачивая бедрами. Остальные две последовали за ней, не переставая хихикать. Я машинально расправил плечи — речь явно шла не только о зачетах.

Она остановилась передо мной, накрутила прядь своих черных волос на палец и посмотрела на меня взглядом, который, видимо, считала соблазнительным. Я знал эти игры наизусть.

— Ну, точнее… — она захлопала ресницами. — Возможно, нам понадобится помощь с докладом.

Блондинка с тонкими, как спички, ногами позади нее кивнула:

— В «Википедии» есть только половина информации.

— И поскольку у вас наверняка есть какие-то идеи, — продолжила Глория, — мы подумали, может, мы могли бы как-нибудь днем встретиться за чашкой чая и провести мозговой штурм.

Я сдержал улыбку. Их заигрывания льстили мне, но были не просто неуместны, они совершенно меня не трогали.

— Отличная идея. Желаю вам весело провести время.

Она яростно замотала головой:

— Нет. Э-э, то есть под «нами» я имела в виду вас и нас. То есть нас четверых.

Я скрестил руки на груди, слегка наклонился к ней и улыбнулся:

— У меня есть идея получше.

Ее глаза расширились, она сглотнула.

— Если не нашли в «Википедии», поищите в Google.

Глория в поисках поддержки повернулась к блондинке. Та покосилась в сторону и, похоже, пыталась придумать, как спасти положение.

— Э-э, да, но в интернете никогда не знаешь, что правда, а что нет, — нерешительно ответила она. — И мы, конечно, хотим все сделать правильно.

— Разумеется.

Глория кивнула:

— Вот именно. Не хотелось бы из-за этого потерять баллы.

— Тогда вам обязательно стоит сверить свои записи с учебниками. — Я встал, открыл портфель, достал книгу и сунул ее Глории под нос. — Здесь вы найдете все необходимое.

Она уставилась на книгу так, будто перед ней лежало сбитое животное на обочине, а потом посмотрела на меня:

— Но это же то же самое, что и у нас.

— Именно.

Блондинка, имени которой я не знал, вздохнула и положила руку на плечо Глории:

— Пойдем, нам пора.

Уголки губ Глории опустились, она бросила на меня разочарованный взгляд:

— Ну что ж, жаль. Но, может, вы еще передумаете.

Они развернулись и зашагали прочь, покачивая бедрами и шурша юбками.

В дверях появился ректор Монтгомери. Он кивнул девушкам в знак приветствия, проводил их взглядом и обратился ко мне:

— Симпатичные девушки, вам так не кажется, Хантер?

Он сцепил руки за спиной, вошел в мой кабинет и обвел взглядом стены, словно что-то искал.

— Не всегда легко сохранять профессионализм, когда искушение так близко.

Мне не нравился ни его тон, ни то, как он осматривался в моем кабинете. Я проработал в Пасифик-Бей всего две недели и уже знал о поползновениях некоторых студенток. Это был один из сомнительных «бонусов», когда собственная дочь учится в том же университете. Тэмми была в курсе всего.

Я убрал книгу обратно и закрыл портфель.

— Не знаю, как вы, но я разделяю работу и личную жизнь.

Я подошел к двери, встал рядом, давая понять, что собираюсь уходить, и улыбнулся. Да пошел он, но если я хотел сохранить работу, нужно было держать себя в руках.

— Разумеется, — Монтгомери похлопал меня по плечу, словно я был одним из его партнеров по гольфу. — Я женат уже тридцать лет, тут нельзя позволять себе лишнего. — Он громко рассмеялся и наблюдал, как я запираю дверь. Я чувствовал его взгляд на спине, и во мне закипала злость.

Мне было сорок, я был в хорошей форме и холост. По его логике это означало, что я пользуюсь своей внешностью, чтобы кадрить студенток.

Когда я повернулся к нему, он улыбался. Его полулысая голова блестела на солнце, как сало, водянисто-голубые глаза сияли, но я понимал, что он мне ненавязчиво намекает: «Руки прочь, Грейсон, или я тебя уничтожу».

Я двинулся вперед, он последовал за мной по коридору.

— Знаете, моя жена была на шесть лет старше меня, — сказал я, пока мы шли к выходу.

Он покачал головой.

— Наш брак был для меня святыней, — я старался говорить непринужденно, хотя ненавидел обсуждать Кейт с посторонними. — Я никогда даже не смотрел на студенток.

— Я не… Хантер, я, конечно, вовсе не хотел вас в чем-то обвинять, — запинался он. — Я просто… Вы привлекательный мужчина. Вы бросаетесь в глаза, а девушки… — Он сделал короткую паузу, и я наслаждался его затруднительным положением. — Они болтают… То, что мисс Саммер живет у вас, уже стало достоянием общественности.

— Вы говорили, что у вас нет с этим проблем.

— Конечно нет, и раз вы сами мне об этом сказали, я по-прежнему так считаю.

Я крепче сжал ручку портфеля и придержал перед ним дверь главного входа:

— Тогда я не вижу смысла в этом разговоре.

Мы неспешно шли по кампусу. Краем глаза я заметил, как он покусывает нижнюю губу.

— Я просто хочу убедиться, что все предельно ясно. Будет лучше, если вы никогда не останетесь с девушкой наедине в помещении.

— Потому что вы думаете, будто я не смогу держать руки при себе?

— Нет! Ради Бога! — Он покачал головой. — Боже, Хантер, нет. Разумеется, в ваших же интересах и в интересах нашего заведения.

— Разумеется.

Этот ублюдок обращался со мной, как с сексуальным преступником, хотя я никогда даже не пялился на задницы студенток. Ладно, может, на Джейден, но она была больше, чем студенткой. Она была лучшей подругой моей дочери, и чем-то совершенно иным.

Ты действительно в это веришь, приятель?

— Хорошо, что