Искупление 6-го - Хлоя Уолш

Любимая группа Моллой, песня The Cranberries, When You're Gone, звучала из стереосистемы автомобиля, но я не мог сосредоточиться на тексте.

Потому что я хотел поговорить с ней.

Хотел найти слова, которые ей были нужны от меня, но они больше не существовали в моем мозгу.

Я очень мало чувствовал в эти дни, но каждая моя эмоция, которую я испытывал, была вызвана ею, направлена на нее и направлена в ее сторону.

Я любил ее, и никакие наркотики не могли этого изменить. Как и депрессия, которая съедала меня изнутри. Потому что это должна была быть депрессия, верно? Желание умереть не было чем-то, о чем мечтал восемнадцатилетний парень.

– Ты думаешь об этом, не так ли?- Спросила Моллой, нарушая тишину, которая возникла между нами.

Мой мозг был слишком затуманен, мое сердце слишком напряжено, чтобы понять или интерпретировать ее слова. Вместо этого я полез в карман комбинезона и достал бумажник. – У меня есть твои деньги, - сказал я ей, разделив свой пакет с зарплатой пополам. – Вот.

– Это не мои деньги, Джо, - грустно ответила она, отказываясь брать наличные, как и на прошлой неделе. – Это твои деньги.

– Нет, - пробормотал я, бросая наличные в бардачок ее машины, прежде чем я мог сделать что-то безрассудное с ними. – Это деньги ребенка.

Потому что мы оба знали, что я это сделаю.

Если бы я не забрал их у себя, у меня не было бы этого, чтобы дать ей.

Я больше не мог доверять себе.

Я не был в безопасности или надежен.

– Я не твоя мать, - сказала она мне, сосредоточив свое внимание на дороге перед нами, когда она ехала по узкой проселочной дороге. – Я не хочу тебя за твои деньги.

– Мне жаль, что я пропустил сканирование, - услышал я, как я говорю ей, должно быть, в сотый раз. – Я сожалею обо всем этом.

– Я знаю, Джо, - ответила она, слегка шмыгнув носом, все еще избегая смотреть на меня. – Я знаю.

– Я люблю тебя, - добавил я, беспокойно дрыгая коленями и грызя ногти. – Больше, чем жизнь.

– Да,- ответила она хриплым от эмоций голосом. – Я тоже тебя люблю.

Как она могла сказать это и иметь в виду, я никогда не пойму.

Как она могла продолжать любить меня?

Я был недостоин.

– Я собираюсь разобраться в себе, - выдавил я, протягивая руку через консоль, чтобы положить дрожащую руку на ее бедро, обтянутое джинсами. – Я исправлю это, Моллой. Скоро. Я обещаю.

– Хорошо, Джо, - ответила она тоном, пронизанным печалью, когда она накрыла мою руку своей. – Как скажешь.

Тревога и паника грызли меня изнутри. – Ты веришь мне, не так ли?

Моллой долго молчала, прежде чем искоса взглянуть на меня и сказать: – Я верю в тебя.

***

Когда мы припарковались возле дома Кавана и вышли из машины, мы попали в засаду, устроенную армией собак, детей и одним чертовски виноватым игроком в регби.

– Джо!- Олли и Тадхг оба крикнули, прежде чем убежать в противоположном направлении с двумя сумасшедшими золотистыми ретриверами.

– Привет, - сказал Кавана, огибая машину с моими братьями, следовавшими за ним по пятам. – Я ах…-Замолчав, он протянул руку и почесал затылок с застенчивым выражением лица. – Извини за это.

– Извиняешься за то, что похитил его братьев и сестер?- Моллой дразнила, прислонившись бедром к капоту ее машины, когда она наклонилась и погладила голову древнего лабрадора. – Странное поведение, парень из регби. Действительно, очень странно.

– О-о, - завизжал от восторга Шон, когда завернул за угол дома и заметил меня. – О-о-о, - закричал он, раскинув руки, и побежал прямо ко мне. – О-о-о.

– Как там мой малыш?- Я уговаривал, поднимая его на руки. – Хм? Ты катался с Джонни?

Серьезно кивнув, Шон прижал свою слюнявую руку к моей щеке, а затем уткнулся лицом в мою шею. – Я люблю О-и.

– Хорошая работа, малыш, - прошептал я ему на ухо, когда он обвил своими крошечными ручками мою шею и сжал. – Я тоже тебя люблю.

– О-о-о.

Обратив свое внимание на то, как моя девушка оживленно беседовала с парнем моей сестры, я спросил: – Что случилось?

– Они были одни, - ответил он, переводя взгляд с Шона на меня. – Он был один.

– Ее там не было?- Моллой спросила его, прежде чем я смог.

– Очевидно, в постели, - сказал ей Кавана, и я наблюдал, как что-то произошло между ними. Своего рода понимание.

– Черт, - пробормотал я, чувствуя, как растет мое беспокойство, прямо вместе с болью в животе. – Иисус, блядь, Христос!

– Все хорошо, Джо, - поспешила успокоить меня моя девушка, подойдя и встав рядом со мной. – Похоже, у мальчикам было весело.

– Джоуи Линч, - позвала женщина, и мне потребовалась минута, чтобы узнать голос матери Кавана. Несколько мгновений спустя она появилась у входной двери с высоким мужчиной по бокам от нее. – Мы встретились снова.

– Так и есть, - ответил я, настороженно глядя на нее, когда она приблизилась.

– У тебя есть три маленьких твоих перевоплощения, - размышляла она, не останавливаясь, пока снова не оказалась в моем личном пространстве. – Какая прекрасная семья.

Я не знал, что на это сказать, поэтому промолчал, не сводя глаз с мужчины рядом с ней.

Я чуял закон за милю, и этот ублюдок, хотя и был слишком хорошо одет, чтобы быть гардой, но от него разило авторитетом.

И деньги.

И власть.

– Джон Кавана, - сказал он, представившись с теплой улыбкой и протянутой рукой.– Отец Джонни.

Я не заглотил наживку.

Но моя девушка сделала.

– Ифа Моллой, - вмешалась она, взяв его за руку, когда стало ясно, что я не собираюсь.

Сверкнув одной из своих печально известных улыбок, она откинула волосы назад и просияла обоим Каванам. – Девушка Джоуи.

Милфы,дилфы и наркоманы.

Ифа Мать Джонни выглядела так, словно упала с небес, в то время как его отец выглядел так, словно был вырезан из золота. Серьезно, у мальчика было несколько чертовски прекрасных генов, струящихся по его