Бомбочка-Незабудка - Кэролайн Пекхам

Я вскрикнул от тревоги и осознания, отбив его руку в сторону, и вспышка боли, вгрызшаяся в кожу, дала мне знать, что он порезал меня, хотя я сомневался, что этот удар был таким же смертельным, как тот, который он хотел нанести.

Мой кулак вырвался и врезался в его лицо, отбросив его назад в стену и дав мне пространство, необходимое для того, чтобы врезаться в него и отправить его в полет на землю.

— Как ты, блядь, выбрался? — крикнул я, когда Дэнни засмеялся подо мной, замахиваясь рукой, которая держала клинок у меня за спиной, пока я прижимал его к себе.

Я выругался, когда был вынужден бросить свой вес в сторону, в результате чего нож проскочил над моим позвоночником, а не вонзился в него, прежде чем обрушить свой вес на его руку и умудриться схватить его за запястье.

— Следовало понимать, что он выпустит меня в один из этих дней, Черчи, — насмехался Дэнни, пока мы боролись за оружие, а под пальто по спине стекала теплая струйка моей крови. — Я и Бен обречены. Нам суждено быть вместе. Он никогда не оставит меня гнить в этой гребаной дыре в земле.

— Ты говоришь так, будто хочешь трахнуть его, ты, извращенное дерьмо.

Дэнни зарычал, как дикий зверь, выпустив из рук нож и бросившись на меня всем весом своего тела, в то время как нож ударился о тротуар и отскочил от нас.

— Это всегда было твоей проблемой, не так ли, Черч? Чертова зависть к тому, чего ты не можешь понять.

Дэнни удалось навалиться на меня сверху, его кулак врезался мне в челюсть и заставил мою голову отрикошетить от тротуара подо мной.

Я отбивался от него, ругаясь, когда он давил на меня своим весом, и рычал в ответ на его заблуждающееся гребаное лицо.

— Я не ревновал тебя, приятель, — прошипел я. — Кто будет ревновать к человеку с кокаиновой зависимостью, который чертовски чекнут? Твоя проблема всегда была в том, что ты был настолько одержим идеей, что вы с Бэнни — несокрушимая сила природы, что не видел того, что было прямо перед тобой.

— И что же это было? — насмехался Дэнни, ударяя кулаком в мой живот.

— Что Бэнни давно тебя перерос, — прохрипел я. — Он прошел мимо тебя и оставил тебя в своей пыли, и только его любовь к тебе, потому что ты его кровь, помешала ему дать тебе это понять тогда.

— Я и Бэнни — короли этого города! — прорычал Дэнни, его ярость заставила его отступить назад настолько, что я смог ударить его лбом в лицо.

Он выругался, когда его отбросило от меня, и я вскочил на ноги, оглядываясь по сторонам в поисках ножа, но он давно затерялся в каком-то темном углу.

— Единственное, что когда-либо вставало на нашем пути, это ты и все остальные, подобные тебе, — прошипел Дэнни, хватаясь за стену и поднимаясь на ноги. Мы оба смотрели друг на друга, как пара львов, которые только и ждут, когда можно будет нанести удар. — Ты, Фрэнк и бедный, мертвый Олли. Все вы думаете, что можете забрать его у меня, шепчете ему на ухо, пытаетесь настроить его против меня.

— Ты и так хорошо справлялся с этим сам, не нуждаясь в нашей помощи, — ответил я, сглатывая боль, которую испытывал при воспоминании о смерти Олли.

— А теперь эта русская шлюха пытается забрать у меня его, — продолжил он, вспышки фар от проезжающих по улице машин на мгновение осветили маниакальное выражение его лица.

— Следи за языком, если собираешься говорить о ней, — предупредил я его, и Дэнни злобно улыбнулся, подняв руку в одну сторону, чтобы я увидел нож, который он каким-то образом снова нашел, серебро теперь было испачкано моей кровью.

— Осторожнее, Черчи, — шипел он. — Любой подумает, что из-за траха со шлюхой ты стал к ней мягче.

Моя верхняя губа дернулась, мышцы скрутило от желания насилия, но так как Дэнни держал нож, я был вынужден сдерживать себя.

— Я пошел домой сегодня вечером, ты знаешь? — добавил он, его глаза загорелись предвкушением жестокости. — Мне удалось заполучить ее в свое распоряжение, чтобы немного поиграть.

Мое нутро сжалось от его слов, и я оскалил зубы в знак предупреждения.

— Что ты с ней сделал? — потребовал я.

— О, ничего особенного. — Он пожал плечами. — Но должен сказать, что она так чертовски красиво истекает кровью, а этот ее крик — я понимаю, почему тебе нравится вгонять свой член в...

Он не успел закончить предложение, потому что я уже столкнулся с ним, мое тело врезалось в его и мы вдвоем вылетели на улицу у него за спиной.

Мы упали на капот автомобиля, когда нас поглотил звук визжащих тормозов и свет фар.

Машина затормозила, и нас выбросило с нее на улицу. Мы покатились по асфальту под крики прохожих и остановились. Дэнни лежал на мне, фары машины освещали нас, и все видели, как он метнул в меня нож.

Шок от произошедшего заставил нас обоих обернуться и посмотреть на машину, даже когда Дэнни прижал меня к земле и держал окровавленный нож в кулаке.

Мой взгляд встретился с изумленными выражениями двух полицейских в форме, которые сидели в своей машине и смотрели на происходящее прямо перед их глазами.

— Черт, — выругался я в тот самый момент, когда Дэнни замахнулся лезвием на мое лицо.

Вспышка красных и синих огней была дополнена воем полицейских сирен, когда я отпрыгнул в сторону, нож едва прошел мимо меня и звякнул об асфальт рядом с моим ухом.

Я боролся, пытаясь освободиться от этого придурка, который навалился на меня сверху, мне удалось просунуть между нами ногу и ударить его ногой достаточно сильно, чтобы он упал на спину.

Полицейские вышли из своей машины, крича, чтобы мы оставались на месте, но я уже вскочил на ноги, игнорируя каждое их слово, и перебежал на противоположную сторону дороги к Дэнни.

Я встретился взглядом с этим ублюдком, и он ухмыльнулся, а затем повернулся и побежал прочь по улице.

Полицейские смотрели между ним и мной, явно не зная, за кем бежать, и