Второй ребёнок короля - Лилия Орланд

Женщина лежала у стены. Платье на животе было разрезано, даже разорвано у краёв. Бледную кожу украшали непонятные символы, расположенные полукругом. В предрассветной тени они светились, но сияние постепенно блекло.

Я склонилась над телом. Запястья и щиколотки, пугающими браслетами, обхватывали сине-чёрные гематомы. На лице тоже виднелись кровоподтёки.

Похоже, женщина сопротивлялась изо всех сил. Но, разумеется, эти силы оказались неравны. Троих дюжих гвардейцев она одолеть не смогла бы.

— Мне очень жаль, — прошептала я. — Похоже, магистр подставил под удар нас обеих.

Вдруг женщина открыла глаза. Это случилось так неожиданно, что я вздрогнула и отшатнулась. Она застонала. Глаза были подёрнуты дымкой пережитой боли. Но спустя несколько мгновений взгляд сфокусировался на мне.

Похоже, женщина меня узнала. Потому что она искривила губы в печальной усмешке. Кровавая корочка лопнула, и тонкая красная струйка скатилась на подбородок.

Её рот приоткрылся, а лицо напряглось, будто женщина пыталась что-то сказать.

— Тише-тише, — я опустилась на колени рядом с ней и слегка сжала её плечо. Просто потому, что это показалось мне единственным местом, где не было видно синяков и ссадин. — Вам не нужно сейчас разговаривать.

Я смотрела на неё и понимала, что срочно необходим лекарь. И лучше всего маг. Ведь эти символы на животе всё ещё продолжали светиться на коже, хотя и стали совсем бледными.

— Беги, пока можешь, — вдруг прохрипела женщина, хватая меня за руку. Её хватка оказалась неожиданно сильной для той, кто выглядел жестоко избитой.

Я замерла, не в силах двинуться с места, хотя её пальцы причиняли боль. Наверняка у меня на запястье тоже появятся синяки. А женщина всё продолжала шептать. При этом в горле у неё свистело и клокотало, придавая словам ещё более жуткий смысл.

— Спрячься от них, заройся с самую глубокую нору и не высовывай носа. Ибо они заберут и у тебя, — на этих словах женщина с неожиданной силой ткнула меня рукой в живот.

— Что заберут? — прошептала я помертвевшими губами.

— Жизнь, — пояснила она после паузы. — Твою и ребёнка

— Какого ребёнка? — мои губы уже едва двигались.

Но она всё равно поняла вопрос и снова ткнула меня в живот, добавив:

— Второго ребёнка короля…

После чего её глаза закатились, а губы так и остались приоткрытыми. Словно женщина хотела мне ещё что-то сказать, но уже не успела.

С другой стороны подошёл Велейн. Он опустился на одно колено. Знающим движением приподнял ей веко, затем положил пальцы к шее у подбородка.

— Она мертва. Идём, — сообщил он и уже собирался приподняться, но я его остановила.

— Что они делали с ней?

— Пытали, — Велейн пожал плечами, будто для него это было естественным делом.

— Здесь были светящиеся символы, — я указала на её обнажённый живот. — Они бледнели и исчезли полностью за минуту до её смерти.

Воин помрачнел. Достал из нагрудного кармана небольшой кулон в форме кувшинчика и, держа его за шнурок, принялся очерчивать круги. Сначала широкие, по периметру живота, затем сужая их к пуповине.

Я уже поняла, что произошло. Но, видимо, мне было необходимо ещё одно подтверждение. И им стало хмурое лицо Велейна.

— Они удалили ей эмбрион? — спросила я дрогнувшим голосом.

— Да, — воин качнул головой, будто что-то сопоставляя, а потом добавил для меня: — Действовали топорно. Мать не щадили. Она умерла от внутреннего кровотечения.

Я всхлипнула.

— Ты её знаешь?

— Видела в лаборатории магистра, — я вдруг вспомнила, что именно Велейн принёс ему королевскую кровь.

Может ли он участвовать в заговоре? Если да, тогда я всё равно умру — раньше или позже. А значит, от пары вопросов хуже не будет.

Я подняла взгляд на воина. Серые глаза смотрели прямо. Широкие брови сосредоточенно сведены на переносице. Губы сжаты в тонкую линию.

Велейн закончил манипуляции с кувшинчиком, обернул его шнурком и сунул в тот же карман.

Он не выглядел лицемером и обманщиком. И на предателя не был похож — слишком прямой. Поэтому я решилась.

— Вы сразу знали, чью кровь принесли магистру?

Он быстро глянул на меня, прежде чем ответить. И я поняла — знает.

— Да, — он не стал отрицать.

— Значит, вы из заговорщиков? — вот теперь мне стало по-настоящему страшно. Оказывается, то, что испытывала прежде, это так, лёгкий испуг.

Но Велейн меня успокоил.

— Я не участвую в заговорах, — сердито бросил он.

Облегчённо выдохнув, я слегка улыбнулась.

— Я вам верю.

В одном из домов хлопнули ставни. Мы одновременно обернулись. Только в разные стороны. Мне пришлось повертеть головой, чтобы определить источник звука.

— Уходим! — бросил Велейн и единым движением поднялся на ноги.

Я чуть замешкалась, любуясь звериной грацией его движений. Вряд ли воин подозревал, что сейчас я вижу в нём красивого и опасного хищника. Потому что он с удивлением отметил мою неподвижность, а затем схватил за предплечье и резко поднял на ноги.

— Если я говорю, ты незамедлительно исполняешь! — зло бросил он, утаскивая меня из внутреннего дворика.

Мы едва успели скрыться за углом, как хлопнула, открываясь, дверь. А затем раздался пронзительный женский визг.

— Быстро! — скомандовал Велейн, но отпустить меня и не подумал. Так и тащил за собой.

Пришлось как собачонка бежать за ним, стараясь не споткнуться и не упасть, чтобы ещё больше не замедлить продвижение.

А Велейн быстро шёл вперёд, ни разу не оглянувшись на меня. Кажется, он злился на мою нерасторопность. Или на что-то своё, к чему я не имела отношения?

К тому времени, как солнце осветило крыши Кьяртана, мы остановились возле неказистого домика, стоявшего среди таких же неказистых домишек.

Велейн снова достал кувшинчик, помахал им в воздухе, а затем потянул меня вперёд. Я сделала два шага и изумлённо выдохнула. Такой магии я прежде никогда не встречала.

Глава 11

Мы словно прошли сквозь прозрачную пелену и оказались в совершенно другом месте. Я даже хотела выйти обратно, чтобы увидеть это чудо ещё раз.

Но Велейн не позволил.

— Вы маг? — спросила я потрясённо.

— Нет, но умею пользоваться амулетами, — не слишком понятно объяснил он, нетерпеливо добавив: — Идём.

И снова потянул меня за собой. Я же всё разглядывала изменившийся домик. Во-первых, другие дома, мгновение назад стоявшие рядом, будто бы подёрнулись полупрозрачной дымкой. Они не исчезли совсем, но стали размытыми, словно смотришь на них сквозь пелену дождя за окном.

Да и сам домик стал в разы чище и опрятнее. Крыша уже не выглядела покосившейся. Окна сияли целыми и вымытыми стёклами. Щели