Дитя Палача - Анна Ланг

Сэмюэл помнил, как он уезжал в Вайсеншлосс с минимумом челяди, как отказался от услуг кормилиц и других нянек, и как Сюзанна слезно умоляла оставить ее, несмотря на то, что она терпела выходки его бывшей жены и не говорила ему о жестокости Мэриан. Сэмюэл корил себя за поспешность, в тот момент он решил, что женщина, поклявшаяся в верности, не предаст его — выходит, нянька его предала, просвещая Эсмеральду о его жизни.

— Поднимайся! — Сэмюэл схватил Эсмеральду за волосы и выволок её из собственной спальни. Он проволок женщину по коридорам, ворвался в детскую собственного ребёнка и увидел картину, которая раньше не вызвала бы у него вопросов, но слова Мелиссы отложились у Сэма в сердце. Нянька спала в кресле, а его ребёнок был выставлен в клетке на балконе.

Сэмюэл больно схватил ее за руку.

— Почему ты не выполняешь распоряжения маркизы Грейсток? Почему мой ребёнок в клетке?

— Ваша светлость, ваша светлость, — испуганно забормотала Сюзанна, — так малыш совершает утренний моцион.

— А ты продолжаешь видеть сладкие утренние сны, да? — язвительно заметил Сэмюэл. — Вытащи моего сына из клетки, с предельной аккуратностью положи в коляску и идите со мной.

Нянька споро вытащила маленького Николаса Александра, положила малыша в коляску и последовала за Сэмюэлом и Эсмеральдой в большой зал. Сэмюэл громким рыком созвал всех слуг. Испуганная челядь набилась в зале и смотрела на разъяренного герцога.

— Есть ли среди женщин та, которая может обращаться с ребенком? Есть ли среди женщин матери? — спросил Сэмюэл, грозно оглядывая слуг. — И есть ли те, кому маркиза Грейсток давала распоряжения?

Вперёд выступила кухарка.

—У меня четверо детей, Ваша Светлость, я знаю, как с ними обращаться. Маркиза Грейсток много рассказывала мне, как кормить и ухаживать за юным господином.

— Значит, так, — сказал Сэмюэл — до приезда маркизы Грейсток ты и займешься моим сыном. И смотри мне, как там тебя…

— Нелл, Ваша Светлость.

— Нелл. Если я увижу его в клетке, если я увижу его больным, если хоть один волос упадёт с головы Николаса Александра, моего наследника, то не сносить головы тебе самой.

— Что Вы, Ваша светлость, я позабочусь о юном герцоге так, как заботилась бы о собственном сыне.

Кухарка испуганно закивала и подхватила коляску.

— А теперь вы, — отрезал Сэмюэл. — Я уехал по поручению его величества. Уезжая, я оставил замок и деревни на ваше попечение. Вы приняли в замке самозванку, поверили ей, вот так, не глядя, только потому, что она согревала мне постель, только потому, что эта гарпия взяла на смелость притвориться той, кем никогда не будет! Вы позволили ей распоряжаться судьбой благородной госпожи! А теперь расскажите мне о судьбе маркизы Грейсток, гостье, которая доверила мне свою жизнь, и в зависимости от того, что вы мне расскажете, я решу, что делать с вашими шкурами.

Вперёд выступил кучер, Арнольд.

— Ваша светлость, мы никогда бы не посмели обидеть госпожу маркизу, мы знали, что Вы вернетесь. Госпожа Мелисса в монастыре, я позволил себе отвезти её туда, зная, что там госпожа маркиза будет в безопасности. Сестра Агнесса обещала приглядывать за госпожой и немедля написать мне, в случае если с госпожой Мелиссой что-то случится.

У Сэма отлегло от сердца, он действительно подумал, что Мелиссу его слуги и правда отправили в веселый дом. Но чувство вины едко разъедало душу Сэма.

— Я благодарен тебе, Арнольд, за то, что ты единственный хоть как-то подумал своей головой. Я лишу вас всех жалования за полгода и радуйтесь, что я не велел вас высечь или выкинуть за порог. Вас же, мои драгоценные, — Сэмюэл оскалился злобной улыбкой, глядя на Эсмеральду и Сюзанну — вас же, мои драгоценные, я отвезу в порт. Там стоит мой корабль, который должен отправиться в долгое плавание. Вы станете обслуживать матросов, которые потом выкинут вас, как наиграются — может, в море, а может, в ближайшем порту.

Сэмюэлу было безразлично проявившееся выражение ужаса на лицах Эсмеральды и Сюзанны. Он думал о Мелиссе, и о том, что действительно не против на ней жениться.

— Слушайте все! — сказал Сэмюэл слугам, с благоговением и невольным уважением взирающим на своего господина — если я уезжаю, не отдавая распоряжений, значит, всё должно идти, как шло. Мои гости и гостьи остаются в замке, а пришельцы же, будь новоприбывшим хоть сам король, не имеют права отдавать никаких распоряжений. В Вайсеншлоссе без моего личного приказа, не письменного, личного, никто не имеет права хозяйничать.

И если в моё отсутствие какой незнакомец ступит на мою землю и вы позволите ему здесь устанавливать ваши порядки, в следующий раз полетят ваши головы и головы ваших семей. Этих в подвал, связать и ждать, пока я не отдам распоряжения об отъезде. — Сэмюэл кивнул дворецкому. — Вели подавать завтрак.

— Госпож предательниц ждёт расплата за всех их деяния. Злодеяния.

А сам Сэм будет надеяться на милость Мелиссы, надеяться на то, что девушка его простит. Иногда ему казалось, что вся его жизнь сплошная череда ошибок.

Глава 23

Кучер гнал карету в порт, гнал быстрее ветра, вместе с ним на козлах ехал герцог Аберкромби. После того, как Арнольд отвёз Мелиссу в монастырь и не послушался распоряжений Эсмеральды, герцог стал благоволить ему. Cейчас господин просто признался, что не может находиться в одной карете с Эсмеральдой и Сюзанной, двумя предательницами. Сэмюэл и Арнольд отправлялись в порт, чтобы сбыть женщин на руки матросам.

Герцог должен был дать указания капитану, какие товары погрузить для продажи и какие грузы привезти. Герцог собирался продать шерсть, а привезти хлопок и чай. Заодно Сэмюэл отправит в плавание и Эсмеральду с нянькой. Сэмюэл поморщился, прислушиваясь к воплям о пощаде, доносящимся из кареты. Кто знает, если бы Арнольд не ослушался приказа Эсмеральды, внезапно вообразившей себя герцогиней, где бы сейчас была Мелисса. Если бв с девушкой случилась беда, Сэмюэл бы этого себе никогда не простил. Карета подъехала в порт, Сэмюэл вдохнул пьянящий морской воздух, спрыгнул с козел и велел кучеру ждать.

Сэмюэл отправился к докам, шел мимо множества кораблей, мимо разношерстной толпы, прибывающих и отправляющихся людей, грузчиков, зазывал, уставших пассажиров и пьяных матросов. Ему нужно было найти судно капитана Барнаби. И Барнаби,