Попаданка для инквизитора, Или Ты связался не с той ведьмой! - Ася Туманова

вымаливать прощение у своего опозоренного и негодующего друга. Готов был к прелюдному наказанию, к отставке, даже к ссылке… Но… Женитьба?! Такого я себе даже в страшном кошмаре представить не мог.

— Нет. — Я не повысил голос, но одни боги ведали, каких усилий мне это стоило, — Просто… я не могу. Нет.

Король подошёл ближе. Его глаза пылали.

— Ты. Женишься. На. Ней. — произнес он отрывисто, разделяя каждое слово, — Через две недели состоится закрытая свадьба. Без особых пышности. Без песен и уличных гуляний. Но! С большим количеством особо приглашенных гостей. На ней будут присутствовать все те, кто стал свидетелем падения Киарии. Ты искупишь свою вину — это не обсуждается!

Я стиснул зубы. Ощущение было такое, будто в меня вогнали раскаленную пику.

— Я не могу. Я дал обет. Я служу закону и Великой Инквизиции. Женитьба — не мой путь.

Король медленно подошёл ближе. В каждом его шаге была непреложная власть.

— Ты служишь мне! — взревел он, и я, впервые за долгое время, увидел в нём пламя. Настоящее. Разгорающееся зарево драконьего гнева.

Воздух в комнате казался наэлектризованным. Стены словно сдвинулись, сомкнувшись вокруг нас двоих. Повисла напряженная тишина. В ноздри ударил запах озона и пепла.

И в этот миг, против воли, в памяти всплыли воспоминания.

Тело под руками. Горячее. Мягкое. Живое.

Пальцы касаются изгибов, скользят по рёбрам, прижимаются к бёдрам.

Грудь под ладонью отзывается дрожью, соски твердеют, выступают бесстыдными вишенками.

Я чувствую, как она отзывается на мои прикосновения, как отвечает. Как её дыхание сбивается. Как в ней просыпается страсть и желание большего…

И я сам словно бы просыпаюсь. Согреваюсь ею, выныриваю из долгого ледяного сна…

Встряхиваю головой, рывком отгоняя незваные образы. Удаётся с трудом.

— Ваше Величество… Я… — мой голос готов был сорваться, но я не допустил этого, — Прошу вас, найдите иное решение. Я не создан для брака.

— Ты создан для долга, — Голос Кайрена Ле'Арданна похолодел. От недавнего жара не осталось и следа — он затух задушенный мертвой безразличной мерзлотой, — И сейчас твой долг состоит в том, — Спокойно продолжил король, — Чтобы защитить честь рода Ор'Ларейн, которую ты сам же и растоптал. Женись или я отниму у тебя всё: полномочия, имя, титул… И волю.

Удар был точным. Я ни на секунду не усомнился, что, в случае неповиновения, он не колеблясь реализует свою угрозу.

Я выпрямился.

— Хорошо, я подчинюсь и выполню Ваше повеление, мой король. Но прошу… позволить мне воспользоваться древним правом рода Ван'Риальд.

Ле'Арданн сузил глаза.

— Ты говоришь о Праве Трёх Лун?

— Да. — Я сделал шаг вперёд. — Три месяца. Если, в течении этого времени, между супругами не будет близости — союз может быть расторгнут. По праву крови. По древнему закону драконов.

Долгое молчание. Ветер за окнами хлестнул по стеклу.

— Это забытая статья, — сказал он наконец.

— Но не отменённая.

— Ты играешь с огнём, Дрейкор.

— Я с ним родился.

Он выдохнул. Повернулся обратно к окну.

— Ладно. Но её родителям — ни слова. Ни намёка. И пусть будет видимость… полноценной супружеской жизни: проводи с ней время, гуляй, принимай пищу, почаще выводи свою супругу в люди и… как минимум три-четыре дня в неделю спи с ней в одной постели. Ни у кого не должно возникнуть сомнений в том, что это был не договорной брак. Иначе ты пожалеешь.

— Я понял.

— И ещё, запомни: если тебе удастся реализовать задуманное — виновным, в любом случае, будешь ты. Тебе придётся признать свою мужскую несостоятельность. Девица Ор'Ларейн не несёт ответственности за твои причуды. Я думаю, что после вашего расставания её отец обеспечит ей достойное будущее. Она опять станет чистой и непорочной невестой на выданье. Долго в девах не засидится.

Я поклонился. Резко. Слишком резко.

— Иди. И завтра же познакомься с невестой поближе. У тебя мало времени. Советую… понравиться ей.

Он махнул рукой — знак, что аудиенция окончена. Я поклонился и направился к выходу.

Двери не просто открылись — они будто отпрянули от меня, как от прокажённого.

Я сжал кулаки и, не оглядываясь, шагнул за порог.

Ноги будто налились свинцом, но я двигался вперёд почти не ощущая собственных шагов. Просторные коридоры Восточного крыла сжимались надо мной, как каменные рёбра. Арки вырастали одна за другой, будто пасти чудовищ: готовые сомкнуться, перемолоть, проглотить... Живое пламя в лампах дрожало, отражая ту зыбкую ярость, что поднималась во мне.

Дракон внутри рычал.

«Познакомься с невестой», — сказал он. Будто я не знал, кого мне велели взять в жёны.

Я миновал зал Соглашений, спустился в нижний коридор, прошёл мимо гобеленов посвященных восстанию ведьм: сцены древних сражений, драконы и маги, пламя и кровь…

Поднялся наверх, свернул в Западное крыло — туда, где камень был темнее, а тишина глубже, чем во всём остальном дворце.

Там не было суеты, не толпились вельможи и приближённые.

Мои покои располагались у стены, выходившей к горам. Здесь всегда было прохладно и тихо. Звуки столицы не доходили до этих стен. Тишина смывала всё лишнее — шум, тревогу, посторонние мысли. Все мысли… кроме одной.

Я захлопнул за собой дверь. Сбросил перчатки и плащ. Подошёл к столу, облокотился, и только тогда понял, как сильно дрожат руки. В висках пульсировало. Сердце гремело в груди.

Жениться? На ней?!

На той, чья кожа всё ещё живёт в моей памяти?

На той, от одного прикосновения к которой моё тело… забывало, кто я...

Я сжал кулаки. Закрыл глаза. Вдохнул.

Нет. Прочь, наваждение, прочь!

Если я не коснусь её, если не возьму в течение трёх месяцев, я смогу расторгнуть этот брак.

Право Трёх Лун — старая лазейка. Забытая. Почти миф. Но она существует.

Три месяца без консумации и я свободен.

Я справлюсь!

Я всегда и со всем справлялся!

Я рухнул на стул, как подкошенный. Вдохнул, выдохнул. Уперся пальцами в виски. Но от этого не стало легче.

Я буквально увидел её. Здесь, в моей комнате, в моей… постели.

Её волосы рассыпаны по подушке. Её дыхание — прерывистое. Её бедро прижимается к моему боку. Её пальцы цепляются за мои.

Она дрожит, когда я скольжу губами по её шее. Выгибается, не прячась, не скрывая своей страсти...

Мои пальцы сжались. Внутри всё вспыхнуло. Сердце застучало в горле.

Я сжал челюсть. Открыл глаза. Образ не исчез…

Горячая, бархатная кожа. Её грудь у моего рта. Её живот дрожит от каждого моего касания. Голос сбивчивый, прерывистый, почти стон…

Я застонал. В груди полыхал пожар. В животе — боль желания.

Я