Развода не будет - Елена Безрукова

Ну и ладно. Чего я от него ещё ждала?

Проявления чувств? А есть ли они? Только на словах.

Мои глаза поневоле наполнились слезами, но волю себе я не дала.

Я не буду плакать и показывать свою слабость прямо при всех.

Только небеса сейчас знали, как мне уже обрыдло изображать из себя жену, счастливую, любимую и довольную жизнью. Каждый день спектакль, каждый день — фальш…

* * *

РЕНАТ.

Она улыбалась ему и проходила мимо, держа непонятно откуда взявшегося кавалера за руку.

Она согласилась на танец с ним, а у меня в этот момент задёргался глаз.

Зачем она это сделала?

Неужто неясно, что мне будет неприятно?

У нас и так напряжённые отношения, к чему ещё впутывать других?

Мне очень захотелось дать ему в табло — за то, что посмел к ней прикасаться, смотреть и вообще — просто подойти. Но я не мог это сделать прямо на вечере среди толпы людей, среди высшего общества и инвесторов, которые могли бы вложиться в мой бизнес. Мила знала это, конечно, и провоцировала. В её взгляде горел огонь непокорности и провокации — я узнал его, видел не раз.

Ну почему этой девчонке доставляет такое удовольствие взять и щёлкнуть меня по носу? И как ей это удаётся? Как она с такой лёгкостью находит мои болевые точки и безошибочно бьёт в них?

И ведь знает прекрасно, что её превосходство надо мной продлится лишь мгновенье, за которым неминуемо последует расплата, потому что я обязательно найду способ поставить строптивицу на место, и она опять будет обижаться на меня за то, что с ней груб!

А что она хотела? Чтобы я спустил ей с рук такое поведение? Не выйдет, малышка.

Вон уже и Алия косится на меня с укором. Мол, какой позор, какой стыд — твоя жена танцует с другим, позволяет себя касаться, улыбается ему и говорит с чужим мужчиной! А ты, Рен — просто тряпка, ты не можешь совладать со своей женщиной, не можешь отстоять семью.

Этот взгляд меня выбесил окончательно.

Ну, дорогая, получишь ты у меня на орехи. Дома.

Туда мы и отправимся немедля. Прости, кавалер твой останется недотанцован!

Я поставил бокалы, которые мне теперь мешали бы разбираться с непрошенным ухажером моей взбалмошной супруги, и решительно направился прямо к ним.

Вижу цель, иду по приборам…

Осталось каких-то нескольких шагов и я заберу своё обратно.

Только я могу ее касаться.

Только я могу на неё вот так смотреть.

Только я могу раздевать её глазами. И не одними лишь глазами…

— Ренат! Дорогой! Вот ты где. А я тебя всё ищу-ищу по залу.

Вдруг откуда не возьмись скалой передо мной вырос один из тех, кто раздумывал вложиться в мой бизнес — Валлиулов.

Человек он серьёзный, ответственный и что самое важное — способный принести пользу делу и поднять его на новый уровень. Мы вели с ним переговоры, но пока что он не дал нам никакого чёткого ответа. Видимо, сегодняшняя презентация моего бизнес-проекта на следующий год и награды настроили его ко мне лояльнее, и он сам решил выйти со мной на личный диалог, раз уж я нахожусь здесь. Это редкость и честь, потому что Валлиулов редко общается с кем бы то ни было тет-а-тет, в основном делегирует поручения секретарям и курьерам.

И я бы обязательно порадовался этому, посчитал своей серьёзной новой победой, но сейчас у меня в голове сидела лишь она — Мила.

Ревность била по мозгам. Мне даже с Валлиулов не хотелось говорить, хотелось пройти мимо него и прекратить наконец совращение моей непутёвой жены посторонним мужиком!

Но я не мог бы просто послать потенциального инвестора — слишком крупная рыба.

— Добрый вечер, Эмин Дамирович, — пришлось и мне раскинуть руки для дружеского приветствия. — Да я вроде бы и не прятался, вышел подышать… воздухом.

— Понимаю, — кивнул мужчина, крепко пожав мне руку. — Вечерок сегодня жаркий выдался, а?

Ещё бы. Такой жаркий, что у меня зад горит. Но вечер и награды тут не причем.

Всё она. Милана…

Моя беда и погибель.

Я думал, что Надю любил и жить без неё не мог.

Но Мила тем более стала моим проклятьем…

Я снова кинул взгляд на пару, что покачивалась в центре зала в такт музыке…

Ну что ж. Придётся мне сначала уладить свой вопрос, а задница того богатого упыря, что прикоснулся к моей женщине, пока что подождёт.

20

— Поздравляю! — продолжал трясти мою руку Валлиулов. — Ты сегодня многих уделал. За пояс заткнул. Искренне восхищаюсь. Молодец! Молодой, да и в бизнесе этом ты, по сути, не так давно. Сколько? Пять лет? Десять?

Я и сам задумался, прикинул — сколько? Не больше пяти точно. Сначала мне больше нравилось ресторанное направление. Отелями занимались отец и брат. Потом папа стал отходить от дел, Богдан взял всё в свои руки, а когда начались у него траблы с Надей — и с делом нашей семьи он тоже стал косячить. Тогда я взял на себя часть направлений.

Юг.

Восток.

У нас на родине стали развивать туризм, хорошие сетевые отели понадобились. Я вписался. Потом решился на переезд в столицу. И тут тоже как-то очень удачно выкупил несколько семейных гостиниц, переделал под наши семейные отели.

Меня не зря сегодня наградили. Я реально пахал как вол, заслужил награду.

Да, в бизнесе я на коне, а вот в семейной жизни полная, беспросветная задница!

Потому что та, от которой зависит наше счастье, сейчас крутила этой самой частью тела перед другим.

Зараза мелкая! Специально ведь кочевряжится!

Но за собой я тоже видел проколы конкретные. Надо как-то исправлять, решать.

Эмин Дамирович продолжал меня нахваливать, а я, наблюдая за тем как танцует Мила, удачно ввернул фразу, что готов к инвестициям в бизнес.

— Ренат, как раз за этим я тебя и поймал, — сообщил мужчина. — Только вижу я: ты не со мной. Красивая девушка, но ты же, вроде, женат?

— Именно эта девушка и есть — жена.

Ухмыльнулся, так и хотелось добавить — жена любимая, вот, только, нервы любит потрепать, вот и сейчас… Какой-то к ней приклеился хрен с горы. Валлиулов по ходу всё просек без моих слов.

— О, ревность? — хмыкнул он, как будто правда меня понимал и встал со мной на один уровень. — Знакомо, знакомо. Вижу, не