Развода не будет - Елена Безрукова

class="p1">Горячее, потное, остро пахнущее страстью, услышать его горячечный шепот, всякие словечки, среди которых попадались и пошлые, но почему-то это меня только сильнее заводило.

Вот и сейчас он нёс меня, а горячие губы касаясь мочки уха рассказывали, что именно и как он хочет со мной сделать.

Головой я понимала, что нужно его оттолкнуть, бежать. Но тело так мучительно тянулось к нему, так желало получить ласки и тепла!

Ренат бросил меня на кровать, быстро сорвал с себя пиджак, расстегнул верхние пуговицы своей рубашки и сорвал ее через голову вместе с галстуком. Он действовал так быстро, и это выглядело так завораживающе, что я даже не попыталась сбежать, хотя возможность была. А дальше он просто задрал моё платье, ныряя головой под подол. От прикосновения его губ к сокровенному голова закружилась.

Я твердила себе, что не должна поддаваться, не должна получать удовольствие от ласк предателя и изменника. Но голова думала об одном, а тело жаждало совсем иного.

Я выгибалась навстречу жадным поцелуям, стонала, забывая о том, что хотела оставаться безразличной и сопротивляться до конца.

Ноги мои были широко раздвинуты, словно приглашали его вкусить то, что я предлагала.

— Малышка моя, любимая девочка, Мила, какая же ты вкусная, стала еще слаще, с ума меня сводишь, детка, родная! Никуда тебя не отпущу, не надейся. Моей будешь до конца.

У меня голова кружилась, я совсем забылась в его руках. Хотелось одного — чувствовать его. Ощущать твердую тяжесть тела, быть заполненной им, глубоко, до конца. Представить, что всё это по любви.

Я не сразу поняла, что по моему лицу текут слезы отчаяния. Осознала это, только когда губы Рената стали слизывать их со щек.

— Милая моя, не плачь, все будет хорошо. Буду любить тебя всегда, до безумия, только поверь мне! Дай шанс…

Приняла его в себя и почти сразу забилась в экстазе, настолько изголодалось тело по плотскому. Но увы, как хорошо было телу в страсти, так плохо было душе, понимающей, что всё это обман.

Со мной муж только удовлетворял свои желания. Не только сексуальные. Желание властвовать, были хозяином, владеть мной как вещью — я это чувствовала.

Поэтому как только он уснул после того, как мы привели себя в порядок, получив каждый свою дозу удовольствия, я приняла решение: надо бежать.

Как можно скорее!

Я просто не могу больше оставаться с ним.

22

Осторожно, чтобы не разбудить Рената, откинула одеяло и опустила ноги на пол.

— Куда? — спросил он сквозь сон, словно почувствовав, что я хочу уйти.

Он потянул меня за руку, заставил лечь обратно. Обнял и положил сверху тяжелую ногу…

— Ну, Ренат…

— Что? Спи.

— Я хочу в свою спальню.

— Это и есть твоя спальня. Спи.

— Нет, я хочу в ту, в которой я спала до этой ночи…

— Ты моя жена, и ты останешься спать в моей постели, — твёрдо заявил он, крепче обнимая меня всю сразу, словно он — большой медведь.

— Я хочу на свою кровать…

— Завтра же выкину все кровати, кроме этой. Спи, сказал.

Я замолчала. Спор бесполезный. Решила снова дождаться, когда он отрубится и опять попытаться уйти, но сама не заметила, как тоже уснула. В объятиях медведя, прижатая к постели его ногой…

Утром проснулась и услышала, что шумит вода в душевой. Значит, Ренат уже встал и собирается на работу.

Когда он вышел в спальню, обернув мощные бёдра полотенцем, я уже пила кофе за столиком у окна.

— Только себе кофе принесла? — спросил он.

— И тебе тоже, — кивнула я на стол.

— Спасибо, — окинул он меня взглядом и взялся за чашку. А я не ответила.

Принесла и принесла ему тоже чашку с кофе, что тут такого?

— Чем планируешь заниматься сегодня? — спросил он, присаживаясь рядом и дав себе пару минут, чтобы насладиться напитком и этим утром.

Я же упорно делала вид, что вчера ничего такого между нами не произошло, старалась не смотреть на широкий размах плеч и мощную обнажённую мужскую грудь, которая вчера несколько часов к ряду нависала надо мной, и вспоминать о вчерашней страсти и своей слабости не хотела.

Поддалась ему, не устояла!

Слабачка.

Еще скажи, что любишь всё равно своего мужа-предателя несмотря на всё, что произошло между вами.

Что готова простить ему и принуждение к браку, и измену. А может, и измены. Не факт, что эта — первая. Я ведь могла о них раньше просто не знать…

Как простить саму себя за ту ночь, что провела с собственным супругом, да ещё и наслаждалась его лаской — я не знала.

Мучительно, до зубной боли хотелось что-то изменить, как-то ему ответить на всё это.

Но я не имела ни малейшего представления — как.

— К отцу хотела съездить, — ответила я, ставя свою чашку, из которой кофе был выпит, на стол. — Давно его не навещала.

— Хочешь, я тебя отвезу? — предложил Ренат.

— Сейчас?

— Ну да. Или рано?

— Да нет, папа уже не спит в это время… Боли не дадут.

— Тогда собирайся, я подожду.

Я решила принять его предложение.

Ехать с его охранниками хотелось ещё меньше, чем с самим Ренатом.

Прогуляюсь, развеюсь, навещу папу. Справлюсь о его здоровье.

Может, и на душе легче станет.

Спустя минут сорок мы уже подъехали к дому, где жил мой отец, и где прошло моё детство и юность. Сейчас дом и двор выглядел куда лучше, чем до моего замужества. Постепенно я помогла отцу привести в порядок жильё внутри и снаружи.

Ренат вышел из машины и помог выйти мне.

— Я провожу, — сказал он мне и пошёл рядом со мной ко входу в дом. — Поздороваюсь тоже с твоим отцом.

Я пожала плечами. Пусть идет, если хочет. В конце концов, мы все теперь одна семья, и папа до сих пор не знает цену этому браку. Он полагает, что я люблю мужа, а он — любит меня и пылинки сдувает с его доченьки. Но всё это, конечно, сказка для него — чтобы не волновался.

Мы вместе вошли в дом.

Папа очень обрадовался нашему визиту. Ренат с ним даже побеседовал, пытался шутить. Спрашивал, как его здоровье, а потом сказал, что его уже ждут в офисе и, подарив мне на прощание поцелуй, уехал.

Я налила чай себе и отцу и принесла его в комнату.

Помогла папе сесть и поставил чашку перед ним на специальный столик.

Сама села в кресло напротив и отпила чая.

Хорошо