Развода не будет - Елена Безрукова

Мы вышли по рукаву-коридору, по которому я еще несколько минут назад почти бежала, такая счастливая, уверенная, что мне всё удалось.

Хреново же я знала Рената Кантемирова!

— Значит, не убьешь меня? — сказала, понимая, что снова нарываюсь.

— Я очень устал, Милана. Мне нужно вернуться на объект, потому что там меня ждут очень важные люди. Поэтому поговорим дома.

Он редко называл меня полным именем, только в определенных случаях, когда был разочарован. Но сейчас мне плевать хотелось на его чувства. Меня снова крыло. Это я оказалась разочарована им!

— А если я не хочу? Не хочу говорить? Не хочу возвращаться в твой дом? Неужели ты не понимаешь? Тебе плевать на мои чувства, да?

— Нет. Не плевать. Но я сказал тебе, что мы поговорим дома.

— А я сказала — нет! — закричала, понимая что тысячу раз не права, и не стоило его сейчас провоцировать, но почему-то меня словно подбивало что-то. — Я не хочу возвращаться в твой дом! Ненавижу тебя, Ренат, ты… ты…

Я резко развернулась, хотела еще что-то сказать, не сообразив, что мы уже вышли из коридора и подошли к лестнице, шаг и я почувствовала под ногой пустоту, и увидела ужас в глазах Рената, он дернулся, хватая меня за руки, но остановить падение не успел и мы вместе покатились вниз…

Я прижималась к Ренату, понимая, что его тело может меня оградить от боли, и все равно чувствовала как острые углы жёсткой каменной лестницы впиваются в тело то тут, то там.

— Спокойно, милая, все будет хорошо, — успел прошептать Ренат, накрывая рукой мою голову.

Это длилось несколько секунд, мы уже лежали у подножья. Мне казалось, что меня избили дубинками, по всему телу чувствовала очаги боли, а потом пришло понимание.

— Ай… Больно… Ренат, мне больно!

Ребёнок! Я ведь беременна! А что если… Мгновенно ощутила между ног предательскую влагу. Боже! Только не это…

— Мама… мамочка… боже мой…

— Мила, что? Что с тобой? Где болит?

— Везде… я… Мне страшно, Ренат.

— Не бойся, все будет хорошо, — он ухмыльнулся, но я понимала, что ему тоже досталось, он принял удар на себя. — Подумаешь, немного упали…

— Ребёнок… Ренат… Я беременна.

26

РЕНАТ.

На миг опешил.

Вот так новость!

— Беременна? — повторил я, вглядываясь в ее лицо.

— Да! — рыдала она на моих руках и цеплялась за мой пиджак. Я боюсь за ребёнка… пожалуйста, отвези меня в клинику!

— Да конечно… — пробормотал я, вставая на ноги через боль.

Я поднял её и на руках понёс к машине. Поедем в ближайшую больницу, парни помогут добраться.

— Миха, садись за руль, — сказал я одному из парней. — Вынь брелок от машины у меня в кармане пиджака. Поведёшь ты.

— Понял, — ответил парень, забирая у меня брелок и выходя вперёд нас.

Боль в боку довольно сильно досаждала.

Как бы у самого рёбра не оказались сломаны после такого полёта, который устроила на Мила. Но сейчас это неважно. Главное, чтобы с ней всё было в порядке. И… с ребёнком. Если Милана не лжёт, конечно… Но зачем ей в такой ситуации выдумывать?

Боится наказания?

Глупая.

Ничего такого уж дурного я бы ей не сделал.

Нет, правильно боялась. Так просто с рук ей практически воровство я спускать не был намерен, но и не собирался её казнить. Так что если она про беременность выдумала — зря. Это уже лишнее. Но проверить и оказать помощь требуется. Все выяснения отношений — потом.

— Тише, тише, маленькая… — гладил я по лицу свою жену, голову которой положил на свои колени уже в машине на широком заднем сиденье моего кроссовера. — Мы скоро приедем к врачу, и он тебе поможет. Миха, вези в больницу!

Мы выехали с парковки. Мила, вцепившись в мою руку, продолжала всхлипывать и причитать.

— Ты в самом деле беременна? — спросил я, глядя на неё сверху вниз.

— Да… Я не лгу, Ренат! Помоги мне, помоги…

— Всё будет хорошо, — обнял я её.

Она говорила правду, я ощущал.

Хотелось задать ей ещё целый ряд вопросов: как посмела скрывать?

Куда побежала?

Что делала бы одна с ребёнком в незнакомом месте?

Где брала бы деньги на содержание малыша?

Она ведь и работала то всего ничего до замужества — официанткой, в моём ресторане, где я её, собственно, и увидел однажды. И пропал… Раз и навсегда.

По первости она мне действительно напомнила Надежду. Надю. Жену брата.

Но позже я заметил очевидные различия и уже давно видел Милану.

Зря она думает, что фотография Нади в моём столе, которую я просто забыл убрать куда подальше, уже на что-то влияла…

Я уже тогда любил её — мою Милану, что сейчас трогательным котёнком плакала на моих коленях.

Её, взбалмошную, порой глупую и истеричную, но я сам её зачастую на эти эмоции и выводил. А потом пил их, как сумасшедший. С другими мне стало скучно. Мне нужна была только она — моя Тропикана женщина. Моя страстная балбеска. Моя безумная красавица. Я обязательно стану для нее тем, кому она покориться со всем уважением и любовью. А теперь главное — спасти ребёнка.

Только бы довезли…

Опустил глаза и снова провёл по её волосам рукой.

Терпи, маленькая.

Не отпускай его.

Ты сильная, ты сможешь.

Я верю в тебя, моя тигрица.

Господи, поверить не могу…

У нас с Миланой будет ребёнок.

Она беременна…

Только зря не сказала мне ничего. Тогда бы для неё сразу многое бы изменилось, и бежать никуда бы не пришлось.

— Ренат, мне так страшно… — шептала она, захлёбываясь слезами. — А если я его уже потеряла? А если его уже нет больше? Что тогда? Что тогда я буду делать?

— Всё будет хорошо, — сказал я ей, сжав её прохладную тонкую руку. — Потерпи. Держись и не нервничай. Пока ничего страшного не случилось, и не случиться… Врачи тебе помогут. Вон уже больницу видно…

Спустя минуты две мы зашли в приёмный покой областной больницы.

Я быстро объяснил причину обращения. Милану забрал доктор на осмотр, пока медсестра заполняла её карту пациента.

За ширмой, где происходил сам осмотр, послышалась возня и суета.

— Везите в гинекологию, — давал инструкции сестрам доктор. — Вот назначение. Срочно ей капельницу. Ещё можно спасти.

Я помог медперсоналу пересадить Милу, продолжающую плакать и держаться за низ живота, в кресло-каталку, и сам отвёз её до одиночной палаты, в которую тут же прибежали несколько других медсестёр.

— Всё-всё! — остановила одна из