Черные галстуки и невинная ложь - Кэт Синглтон

глаза и кладу подушку на лицо. Может, если я особенно искренне помолюсь какому-нибудь богу стыда, то смогу навсегда провалиться в матрас и никогда не смотреть Бэку в глаза.

– Да не смущайся ты так, – мурчит Бэк, его голос раздается гораздо ближе. – Я был не против представить эту картину.

Я снова издаю стон и трясу головой под подушкой. Мне стоит по всему интернету протрубить постыдные истории Эммы. Лучше даже – нарисую тот случай, когда ее вырвало на ту приятнейшую пару, которая сидела перед нами. Это было в Кабо, мы напились ночью, а утром решили пойти на экскурсию. Решить-то мы решили, только Эмма уже через пятнадцать минут сплевывала комки еды по всем двенадцати пассажирам маленького автобуса.

Пытаюсь вспомнить еще какие-то неловкие моменты жизни Эммы, которые помогут мне отомстить, как вдруг чувствую две теплые руки на своих ладонях. Меня передергивает. Что он делает?

– Марго, – говорит он спокойно. Бэк пытается расцепить мертвую хватку моих пальцев на подушке. Я только сильнее вжимаю их в ткань, прижимаю подушку к лицу настолько, что почти начинаю задыхаться.

– Нет, – отрезаю я, держась за подушку, как за жизнь. Стоит посмотреть Бэку в глаза и сказать, что я никогда не стану его «седлать». Состроить брезгливое выражение лица, бросить шутку, чтобы развеять неловкость.

– Почему ты прячешься? – рыкает он и вырывает из рук подушку.

Держусь, как за спасательный жилет.

– Я планирую, каким способом уничтожить свою лучшую подругу. Оставь меня. – К сожалению, Бэк непреклонен и гораздо сильнее меня. Одним непринужденным движением он вырывает у меня подушку.

Я зажмуриваюсь, чувствуя, как Бэк нависает надо мной.

– Открой глаза, – требует он. Матрас прогибается. Вот козел, не собирается проваливать.

– Уходи! – тяну руку и пытаюсь вытолкнуть его с кровати, но глаза у меня закрыты, так что приходится искать его. Пальцы касаются его бедра. Кажется. Продолжаю щупать, пока не чувствую, что он положил руку на мою.

– Так, Вайолет, потише, – он посмеивается и нежно убирает мою руку со своего члена. Хотя нет, это было бы дико, ведь это было что-то огромное.

Он прав. Точно не пони. Жеребец.

У меня глаза на лоб лезут от осознания. Он самодовольно улыбается. Щеки горят от стыда. Как эксцентричная женщина, я могу сделать только одно с этим сексапильным старшим братом бывшего. Пихнуть его с кровати.

Может, так он поймет.

Только вот я беру слишком большой разгон. И вместо того чтобы спихнуть Бэка с кровати и самодовольно смотреть на него сверху вниз, я лечу вместе с ним на пол.

К счастью или к несчастью, я приземляюсь прямо на Бэка. Мы с грохотом падаем на пол, каким бы мягким ни был ковер. Моя щека прижимается к его твердой груди. Его руки удерживают меня за бедра, чтобы я не скатилась.

Мои волосы падают и создают вокруг нас стены. Я с ужасом смотрю на Бэка.

Он только усугубляет мою неловкость, спихивая меня с себя. Приземляюсь на пол попой. Бэк грациозно встает, поправляет одежду. Смотрит на меня сверху вниз. Лицо совершенно серьезное, только слегка выгнутая бровь выдает смешливость.

– Уже пытаешься седлать?

– Иу, нет! – Хотя сама понимаю, судя по тому, что я нащупала, седлать его будет приятно – хоть и чуть болезненно.

Только это Бэк. Бекхэм Синклер. Почему я не могу перестать думать про его член? Почему я мечтаю узнать, каково это – когда он внутри?

– Страстный взгляд говорит об обратном, – заявляет он категорично.

Я встаю с пола и недовольно кряхчу.

Бэк хмыкает и кивает в мою сторону:

– Острые соски, кстати, тоже.

Мои глаза округляются, я опускаю взгляд на доказательства своих грязных мыслей.

– Предатели, – бубню я и складываю руки на груди, изображая скуку. – Не понимаю, о чем ты.

Вру ему сквозь зубы.

Он улыбается – не поверил ни слову. Но он разрушает мои ожидания, не мучает меня моими же радостными сосками, а просто отпускает тему.

Он вдруг уходит из комнаты так же внезапно, как появился. Бэк замирает в дверном проеме, дважды стучит костяшками пальцев по косяку. Он оглядывается, и я вижу боль на его лице.

– Собирайся. Быстро.

– Куда?

– Мы записаны в магазины. Я буду ждать внизу.

Он не оставляет мне возможности спорить или задавать вопросы, вылетает из спальни будто подстреленный.

За последние несколько минут я выяснила две вещи.

Первое: кажется, непробиваемый Бэк только что завелся, увидев, как мои соски встали. И мне это понравилось.

Второе: кажется, богачи записываются в магазины.

14. Бэк

– Бэк, – Марго испуганно сжимает мою руку. – Я не могу туда пойти.

Мы стоим перед входом в огромное здание. Пальцы Марго впиваются в мой свитер. Выглядит она так, будто я привел ее в дом с призраками или к страшному доктору, а не в самый лучший магазин на Пятой авеню – Bergdorf Goodman.

Я отодвигаю нас с траектории пути приближающегося велосипедиста, пока нас не сбил дешевый клон Лэнса Армстронга[6]. Хочется проорать ему вслед, что он едет по тротуару, но я сдерживаюсь.

– Это просто магазин, – напоминаю я Марго и тяну ее ко входу.

Мы уже на пять минут опоздали на запись. Я ненавижу опаздывать, но с ней это продолжает происходить. Я злюсь, но это скорее эхо нашей утренней стычки. Она едва ли прикоснулась к моему члену, а он тут же окаменел.

Она недовольно на меня смотрит:

– Это не просто магазин, это магазин для богатых людей, статусных. Мне там не место.

Я приподнимаю бровь:

– А ты не статусная?

Марго убирает руку с моей и закатывает глаза.

– Статусная, но недостаточно для магазинов типа Bergdorf или Saks. Сюда ходят люди, которые учились в престижных школах-интернатах, у которых есть загородные дома и для летнего, и для зимнего отдыха. – Она поворачивается в мою сторону, я не могу сдержать улыбку. – Для таких, как ты.

Она права. Я и правда учился в престижной школе-интернате. У нас есть дома в Хэмптонс и Вейле[7], да по всему миру тоже. Я все детство хвостиком ходил за мамой по рядам Bergdorf, мечтая оказаться где угодно, но не здесь.

Я провожу ладонью по колючей щетине на подбородке.

– Странно, я не знал, что, чтобы попасть сюда, нужно соответствовать каким-то требованиям.

Мы оба смотрим на огромное каменное здание. Магазин занимает несколько этажей, на каждом отдельная секция. И это только товары для женщин. Мужские товары в здании напротив.

Марго делает неуверенный шаг назад, из-за чего я перевожу взгляд на нее. Она обводит свою одежду жестом,