Паслен - Кери Лейк

Молодой барон обернулся, его глаза горели странным гневом.

-Он не раздавил семейную реликвию. Это был молодой лорд Ван Круа. Я видела это .

- Люстина, пожалуйста. Возвращайся к епископу,- настаивал Драйстан.

-Нет. Это неправильно. Ты не должен быть наказан за это! -Она указала на молодого лорда. -Ты тот, кто его сломал! Это ты должен страдать от порки!

-Я бы на твоем месте был осторожен, девочка , - в голосе барона прозвучало зловещее предупреждение.

-Нет! Я не буду сидеть сложа руки! Ты сам виноват .

-Что здесь происходит?

При звуке голоса епископа Венейбла по телу Люстины прокатилась волна нервного напряжения, которое она проглотила, прочищая горло.

-Ваше превосходительство, я наблюдала, как барон уничтожил семейную реликвию. Он сделал это намеренно!

Брови епископа Венейбла опустились, изобразив выражение чистого раздражения.

-Это не твое дело выдвигать подобные обвинения, девочка.

Теперь хватай воду и следуй за мной.

-Но я умоляю Ваше превосходительство вмешаться! Драйстан не совершал дерзкого поступка, за который он должен быть наказан.

Он добрый и не заслуживает этого!

Глаза епископа подозрительно сузились.

-И что ты можешь знать о доброте этого мальчика? Да будет известно, что я испытывал определенное беспокойство, позволив тебе отправиться в лес с этим мальчиком. Чтобы заманить его, как Лилит .

Пораженная оскорблением и замешательством, Люстина нахмурилась.

-Я сделала не больше того, о чем вы меня просили .

-Ты действительно думаешь, что я верю твоему лживому языку, девочка?

Ты думаешь, я верю твоим утверждениям о молодом бароне?

-Я говорю вам правду .

-Ты бы не узнала правду, если бы она пролилась с неба, как дождь. Проходи. С твоим наказанием мы разберемся позже .

Люстина отжимала юбку своего платья, ожидая у экипажа епископа Венейбла, который стоял неподалеку, разговаривая с отцом барона, лордом Прецепсией. Взгляды, которые он бросал в ее сторону с момента инцидента ранее, говорили о том, что ее ждет наказание. Если и было что-то, что епископ Венейбл презирал больше всего, так это смущение, а она, несомненно, смутила его своей дерзостью. Она мысленно перебрала все многочисленные наказания, которые она уже претерпела от него за меньшие проступки, и она надеялась, что все, что он задумал, будет быстро приведено в исполнение.

Движение краем глаза отвлекло ее внимание туда, где молодой барон стоял, прислонившись к другой стороне кареты, скрестив руки на груди и наблюдая за ней. От его ледяных голубых глаз ее кожа внезапно стала холодной и незащищенной, в то время как они окинули ее с презрением.

-Как прекрасно ты ждешь своего хозяина , - насмехался он.

-У меня нет никакого интереса общаться с вами, милорд.

-И мне с тобой тоже. Я просто нахожу это наблюдение забавным.

Он отвернулся, она внутренне застонала.

-Возможно, ты сможешь поискать другие развлечения, которые будут гораздо более занимательными .

-Боюсь, они побледнели бы в сравнении .

Очень быстрый взгляд через ее плечо показал, что он вообще не отвлекался.

-Вам обязательно всегда так смотреть?

- Я заставляю тебя нервничать?

-Если я могу говорить откровенно, вы меня расстраиваете .

Уголки его губ дернулись, как будто он собирался улыбнуться.

-Ах, ну, я не подозревал ничего меньшего .

-Цель вашего визита перед моим отъездом - еще больше помучить меня своими насмешками?

-Да .

-Простите, что я так говорю, но вы...- Люстина прикусила язык — чуть не откусила, из-за своего настойчивого нежелания говорить то, что действительно было у нее на уме. Ужасный. Отвратительный. Грубый.

-Что?

-Я предпочитаю придержать язык .

-Во что бы то ни стало, освободись от этого своими словами. Вот, позволь мне помочь. Ты отвратителен. Отвратительный. Предосудительный.

Воплощение зла во плоти. Я близок к этому?

Пугающий.

На самом деле, Люстина, возможно, тоже была склонна добавить это описание.

-Я подозреваю, что, живя в монастыре, ты многому научилась. Но я могу с уверенностью сказать тебе, что не все так, как кажется .

- Ты хочешь сказать, что мне приснилось то, что произошло в лесу?

Он кивнул куда-то, и она проследила за направлением его взгляда на впечатляющий дуб вдалеке.

-Что ты там видишь?

-Дерево?

-Что насчет этого? Опиши это так, как ты это видишь .

Хотя она не решалась подыграть ему, ее любопытство манило ее подыграть.

-Величественное. Красивое. Крепкое .

-Это так, не так ли? Можно было бы сказать, что это идеальный образец дерева. Вы бы согласились?

-Да. Это совершенно идеально. К чему вы клоните?

-Я хочу сказать, что под землей скрываются корни, грязь и черви, где все разлагается, чтобы питать красоту, которую вы находите такой совершенной. Чтобы что-то жило, что-то должно сгнить .

Она обдумала это на мгновение, ее внимание металось между ним и деревом.

-Должна ли я предположить, что вы - гниль, а Драйстан - дерево? С того места, где я стою, кажется, что все наоборот .

-Я не прошу вас что-либо предполагать. Только для того, чтобы глубже понять невидимое. Как я уже сказал, вещи не всегда такие, какими кажутся. -Он оттолкнулся от экипажа и подошел к ней. -Доброго дня, Люстина , - сказал он, проходя мимо.

Обратный путь в монастырь казался намного короче, чем когда они выехали рано утром. Епископ Венейбл за всю поездку не произнес ни слова, даже те несколько раз, когда она пыталась вовлечь его в разговор. Каждый вопрос был встречен суровым выражением лица и непреклонным молчанием, и она испугалась, что в тот раз зашла слишком далеко.

Когда карета, наконец, въехала в каменные стены монастыря, у Люстины скрутило живот. Она последовала за епископом Венейблом из кареты в здание лазарета.

Вниз по каменной лестнице он шел первым с единственным факелом, который прихватил с кронштейна на стене, и когда они, наконец, достигли самого нижнего уровня, волнение в ее животе превратилось в котел чистого ужаса.

-Ваше превосходительство, я не имела в виду никакого неуважения ранее .

Не потрудившись поговорить с ней, он остановился перед комнатой, которая несколько раз использовалась как морг для умирающих. Однажды ей пришлось сопровождать одну из монахинь лазарета, которая катила тело вниз по лестнице, гладкому кирпичному склону без каких-либо ступенек на противоположной стороне здания. С тех пор этот тревожный опыт не выходил у нее из головы.

Епископ Венейбл открыл дверь в камеру внутри, не обнаружив ничего, кроме холодной и пустой комнаты.

-Сегодня ты будешь спать здесь .

Ужас скрутил