Развод. Ты мне изменил - Виктория Вестич

Булатов хмурится. Ему явно не нравится разговор, но ответить на все вопросы придется! Но когда муж открывает рот, чтобы сказать хоть что-то, из-за его спины раздается голос Бориса:

— Карим Родионович, в офисе случились какие-то проблемы, просят приехать.

Карим тут же отстраняется от меня и на его лице проскальзывает явное облегчение.

— Мне нужно уехать по делу. Поговорим, когда я вернусь.

— Стой! Ответь сейчас! — восклицаю я.

— Потом! Это… слишком тяжёлый разговор, точно не на пять минут. Давай вечером.

В который раз уже! Зачем он так издевается надо мной?!

— Ты серьёзно? — спрашиваю обреченно.

Как я устала! Я пытаюсь пересилить себя, играть по правилам Амира, подстраиваться под желания Карима, но в итоге лишь извожу сама себя. Зато теперь я точно уверена, что только Мурадов может мне помочь.

— Да. Я серьёзно. Я всё расскажу, но вечером. Жди меня в спальне, — коротко приказывает Карим и, подступив ближе, мягко целует в лоб, — Я люблю тебя.

И просто уходит. Обрывает разговор на таком важном моменте.

Важном только для меня… да?

Встречаюсь взглядом с Борисом. Он молчит. Больше не насмехается, но и явного сострадания в глазах нет. Как на пустое место смотрит. Ожидаю уже, что начальник охраны даже скажет что-нибудь резкое, но тот просто уходит следом за Булатовым.

Я остаюсь одна, как и хотела, когда возвращалась домой, но чувствую себя лишь паршивее. Хочется расплакаться как маленькой девочке, у которой никого нет, но вместо этого осматриваюсь по сторонам. Не верю, что вечером Карим ответит на все мои вопросы честно. После всего, что он сотворил со мной и нашим ребенком, веры ему больше нет. Полагаться я должна только на себя.

Тем более другого выбора все равно нет. Я сделаю то, что просил Амир, а когда вырвусь отсюда, сама отыщу своего малыша.

Вхожу в дом и снова осматриваюсь. Прислуги не видно — наверняка она занята на кухне в это время. Няня присматривает за Русланом. К уборке они обычно приступают к двенадцати, а значит в доме почти никого нет.

Быстро шагаю к лестнице, торопясь и прислушиваясь к каждому шороху, словно я воровка, хотя когда-то была полноправной хозяйкой этого особняка. Эта мысль отзывается глухой болью в сердце. Но я игнорирую. Сейчас не до переживаний.

Сердце ускоряется, когда оказываюсь перед кабинетом мужа, а дыхание сбивается. Я превращаюсь в один большой нерв, снова прислушиваюсь к происходящему в доме. Ни шагов, ни голосов рядом.

Так, спокойно, надо просто выдохнуть. Карим ведь уехал, верно? Борис тоже ушёл. Я не должна так переживать, но у меня перед глазами все едва ли не плывёт. Пальцы дрожат, когда я тяну ручку двери вниз и ныряю внутрь кабинета.

Диван в углу со стеклянным столиком и небольшим мини-баром бросается в глаза первым делом. Стакан! Тут стоит использованный стакан, который прислуга не успела убрать. Карим выпивал? Говорил, что не мог заснуть… Подбежав к столику, уже было собираюсь схватить стакан, но вовремя вспоминаю, что ни перчаток, ни какого-то пакетика вообще не взяла с собой, чтобы можно было аккуратно его убрать.

Выходить повторно за ним опасно — вдруг потом в коридоре появится охрана или кто-то из работников? Как я потом объясню, что без спроса мужа по его кабинету шастаю? Даже когда всё было нормально, он запрещал мне это делать, а сейчас тем более проблемы будут… Особенно если он увидит у меня флешку.

Надо действовать быстро. Стакан не так важен, его я смогу и потом добыть, а вот в кабинете Карима оказаться — слишком большая удача. Нельзя упускать шанс, ведь тогда Амир быстрее выполнит свою часть сделки и найдет моего малыша.

Вытаскиваю из кармашка сумки флешку и спешу к ноутбуку Булатова. Щелкаю на клавишу и экран загорается. Вот только лэптоп оказывается запаролен.

— Черт, черт, черт… — шепчу я в панике, перебирая в уме все возможные варианты пароля.

Ввожу дату рождения его обожаемой матери, но... Мимо! Ввожу имя нашего гида из путешествия в Шри-Ланку, которое Карим раньше использовал для пароля телефона, потому что Паллеканде Ратанасаро Махо Теро запомнили только мы… Тоже мимо!

В висках долбит, чувствую, как от нервов покрываюсь неприятными мурашками. Пальцы дрожат. В отчаянии я просто ввожу дату нашей свадьбы, хотя это кажется настоящим абсурдом, но у меня был такой пароль на старом ноутбуке…

— Ой! — восклицаю слишком громко. Сработало!

Дрожащей рукой вставляю флешку в разъем. Светодиод на ней мигает и загорается красным. И внезапно я слышу громкие шаги и возмущения.

— Да твою же! Сейчас заберу документы из кабинета и приеду! Ещё раз позвонишь, телефон твой об голову при встрече разобью! — взбешенный крик Карима слышно даже сквозь закрытые двери.

Сердце ухает куда-то в пятки и как будто перестает биться. Что мне делать?! Я же не успею никуда уйти! И спрятаться здесь некуда!

— Давай же, давай, давай! — умоляю отчаянно, гипнотизируя взглядом горящий красным огонек на флешке.

С каждой секундой шаги всё громче. Булатов всё ближе. Ручка двери опускается вниз и в этот момент я перестаю дышать.

Флешка горит красным, горит, горит… а затем мигает и светодиод становится синим. Но выдернуть ее я не успеваю, потому что вздрагиваю от громогласного рыка Карима:

— Какого черта ты здесь делаешь?!

Глава 19

Наши взгляды с мужем встречаются. Карим никогда не любил, когда я без спроса заходила в его кабинет, а сейчас я стою сбоку от его рабочего стола, моя раскрытая сумка по-хозяйски стоит на нём же. Единственное, что успеваю сделать, так это шагнуть в сторону и закрыть собой вид на ноутбук.

Прижимаюсь к краю стола поясницей и с ума схожу от волнения. Что, если Карим успел заметить синий огонёк от флешки? Или увидит ее прямо сейчас?

У меня большие проблемы. Я вижу это по дикому взгляду мужа. Он и так был раздражён, а теперь и вовсе в бешенстве.

Что мне делать? Как теперь забрать флешку??

— Я спрашиваю, какого чёрта ты тут делаешь, Марина?! — голос Булатова грохочет, как гром.

Он срывается с места и, чеканя шаг, направляется ко мне. Сердце застывает в груди и пульс резко подскакивает. Если Карим увидит флешку и поймет, что я здесь делала, то мне конец!

И я не придумываю ничего лучше, кроме как закатить истерику, чтобы отвлечь его. За такой короткий срок со мной случилось столько, что разрыдаться удаётся всего за секунду.