Бывший. Разрешение на любовь - Валери Овчинникова

Смеюсь, но смех заканчивается, когда он расстёгивает бюстгальтер и снимает его.

Его взгляд меняется.

Я помню этот взгляд. Тяжёлый, тёмный, открыто голодный. Роман всегда любил мою грудь. Сейчас берёт обеими руками, проводит большими пальцами по соскам.

— Ром…

Он наклоняется и втягивает сосок в рот.

Спина выгибается сама. Держусь за его плечи, чувствую язык, зубы, горячее дыхание. Второй сосок он сжимает пальцами, растирает, пока между ног не становится мокро.

— В спальню, — выдыхаю я.

Роман поднимает меня на руки.

— Я могу сама.

— Знаю.

— Тогда зачем?

— Двенадцать лет хотел снова это сделать.

Спорить после такого трудно.

Он помнит расположение комнат со слов мамы, но всё равно открывает сначала дверь кладовой.

— Роман Андреевич, вы собираетесь заняться со мной сексом среди пылесоса и зимних сапог?

— Я осматриваю квартиру.

— Спальня справа.

— Уже понял.

Он несёт меня туда и опускает на кровать.

Свет из коридора падает на его лицо и расстёгнутую рубашку. Я тяну ткань с плеч. Затем расстёгиваю ремень, брюки.

Роман стоит передо мной в тёмных трусах. Член натягивает ткань, на животе напрягаются мышцы.

Провожу ладонью сверху вниз.

Он шумно втягивает воздух.

— Осторожнее.

— Почему?

— Я держусь последние три недели.

— Держитесь дальше, господин мэр.

Снимаю с него бельё.

Член тяжёлый, твёрдый, горячий. Обхватываю рукой, провожу от основания к головке. На коже выступает прозрачная капля. Размазываю большим пальцем.

Роман сжимает моё запястье.

— Если хочешь, чтобы всё закончилось сейчас, продолжай.

— Я хочу вспомнить.

— Я покажу.

Он укладывает меня на спину, снимает чулки, затем медленно стягивает трусики. Разводит мои колени.

От открытого взгляда становится неловко. За годы я привыкла раздеваться перед мужчинами, но никто из них не знал моё тело так, как Роман.

Он проводит пальцем между складок.

— Мокрая.

— Вы наблюдательный.

— Хочу услышать.

— Что?

— Что это из-за меня.

— Самоуверенный.

Палец касается клитора. Делает медленный круг.

Я хватаюсь за простыню.

— Из-за тебя.

— Ещё.

— Роман…

Он раздвигает губы и наклоняется.

Первое прикосновение языка заставляет меня вздрогнуть. Второе — поднять бёдра. Он удерживает ладонью живот и лижет медленно, точно зная, где задержаться и насколько сильно надавить.

Я закрываю глаза.

— Смотри на меня, — напоминает он.

Вот теперь всё возвращается.

Открываю глаза. Роман лежит между моих ног, смотрит снизу и продолжает ласкать клитор. Два пальца входят внутрь. Сначала осторожно, потом глубже.

— Ром, я…

— Знаю.

Он сгибает пальцы, находит нужное место. Я стону громче, сжимаю ногами его плечи. Наслаждение собирается внизу живота, тянет, становится резким.

Роман ускоряет движения.

Оргазм накрывает сильно. Я выгибаюсь, хватаю его за волосы и кончаю ему на язык, забыв о возрасте, достоинстве и соседях.

Он поднимается, вытирает рот ладонью и целует меня. Чувствую собственный вкус на его губах.

— Довольна осмотром? — спрашивает он.

— Есть замечания.

— Исправлю позже.

Он достаёт из кармана брюк презерватив.

— Подготовились?

— Купил после нашего первого свидания.

— Самоуверенный мужчина.

— Терпеливый.

Роман надевает презерватив, устраивается между моих ног и проводит головкой по влажным складкам.

Я обхватываю его бёдра.

— Войди.

Он входит медленно.

Тело принимает его с напряжением. Роман останавливается, даёт привыкнуть, целует шею. Я чувствую каждый сантиметр, тяжесть, растяжение, тепло его тела.

— Больно?

— Нет. Двигайся.

Первый толчок осторожный. Второй глубже. На третьем я поднимаю бёдра навстречу.

Роман выдыхает моё имя и начинает двигаться увереннее. Упирается ладонью рядом с головой, второй рукой держит под коленом, открывая меня сильнее.

Смотрит в глаза.

Двенадцать лет исчезают только для тела. Оно узнаёт ритм, силу, то, как он заполняет меня. Но мужчина надо мной уже другой. Он следит за каждым моим движением, ждёт реакции, замедляется, когда я напрягаюсь.

— Сильнее, — прошу я.

Контроль заканчивается.

Роман подхватывает меня за бёдра и входит резко, глубоко. Кровать ударяется изголовьем о стену. Я обнимаю его ногами, впиваюсь ногтями в спину.

— Ещё.

Он исполняет.

Толчки становятся тяжёлыми. Внизу живота снова поднимается удовольствие. Роман опускает руку между нашими телами и растирает клитор.

— Кончи со мной.

— Сейчас…

— Смотри на меня.

Я смотрю.

Оргазм проходит через всё тело. Внутренние мышцы сжимаются вокруг его члена, Роман делает ещё несколько сильных движений и замирает, прижимаясь лбом к моему.

Его дыхание горячее. Сердце бьётся у моей груди.

Мы лежим молча. Он выходит, снимает презерватив, уходит в ванную и возвращается с тёплым полотенцем.

Когда вытирает меня, в горле появляется комок.

Роман замечает.

— Что?

— Раньше ты тоже так делал.

— Помню.

— Я думала, больше никогда этого не будет.

Он ложится рядом и притягивает меня к себе.

— Теперь будет столько, сколько разрешишь.

Утром просыпаюсь от сигнала телефона.

Роман спит рядом, положив ладонь мне на живот. Волосы растрёпаны, на плече красные полосы от моих ногтей. В сорок два он выглядит спокойнее, чем в тридцать. Или я просто впервые вижу его без злости.

Открываю сообщение от Елены Борисовны.

«Кристина Руднева подала официальную жалобу. Требует снести летнюю веранду “Фиалки” и расторгнуть ваш договор аренды. Сегодня в двенадцать назначено внеочередное заседание».

Глава 15

Он выбирает её

К двенадцати мы приезжаем в администрацию отдельно.

Я настояла.

Статья о покровительстве ещё висит на городском сайте, хотя редакция уже получила требование об опровержении. Появляться утром рядом с мэром в одной машине, с припухшими после бессонной ночи губами и следом от его щетины на шее — плохая идея.

След я закрыла тональным кремом. Губы пришлось оставить как есть.

Роман вошёл в здание через служебный вход. Я поднимаюсь по главной лестнице и встречаю его у кабинета комиссии. Он уже в костюме, галстуке и с привычным официальным лицом.

Только я знаю, что под рубашкой у него расцарапана спина.

Эта мысль помогает пережить присутствие Кристины.

Она сидит за длинным столом рядом с отцом. Игорь Сергеевич Руднев постарел, но по-прежнему выглядит человеком, который привык покупать нужные решения вместе с людьми, способными их подписать.

Рядом находятся Елена Борисовна, городской архитектор, два юриста и представитель областной комиссии.

— Вера Сергеевна, садитесь, — говорит Елена Борисовна. — Рассматривается жалоба на размещение летней веранды и требование инвестора о пересмотре назначения здания.

Кристина не смотрит на меня.

На ней строгий серый костюм. Волосы собраны, лицо бледное. После признания её отпустили под подписку. Обыск в компании продолжается, счета части подразделений заблокированы.

Игорь Сергеевич открывает папку.

— Наш проект предусматривает комплексное развитие квартала. Веранда перекрывает подъезд к будущей погрузочной зоне.

Архитектор поправляет очки.

— Ваш проект ещё не согласован. Погрузочной зоны юридически не существует.

— Она появится после утверждения.

— Действующий проект веранды соответствует требованиям, — сообщает представитель областной