Реквием - Аделин Хамфрис

Он осторожно опускает меня на песок, но его руки не отпускают. На секунду мы просто стоим, дыша друг другом, мир приглушён и далёк позади нас. Фейерверки всё ещё трещат и расцветают где-то внизу по пляжу, окрашивая его лицо быстрыми вспышками.

Красный. Золотой. Голубой.

Он выглядит как сон.

Мои пальцы скользят в его мокрые волосы, убирая их со лба, когда я улыбаюсь ему, всё ещё слегка запыхавшаяся. — Надеюсь, ты не потерял свою толстовку. Я сейчас замёрзну. К тому же, это моя любимая!

— Я отдал её Ванессе, чтобы она отвезла домой, — тихо говорит он, его ореховые глаза мечутся между моими. — Она тебе не понадобится.

В том, как он это говорит, есть что-то, что заставляет мою грудь сжиматься. — Да?

— Да.

Его рука поднимается, убирая прядь влажных волос с моего лица, пальцы задерживаются на челюсти. Прикосновение лёгкое, но оно всё равно посылает тепло по позвоночнику, мурашки следуют за ним.

— Ты… — Он издаёт тихий смех, будто не может подобрать слова. — Ты — всё, когда ты такая.

— Какая? — шепчу я.

— Счастливая. Пьяная. Сексуальная.

Я игриво шлёпаю его. — Тебе нравится, когда я пьяная? — Я делаю шаг назад. — Почему?

Его взгляд медленно скользит по мне. По моему мокрому платью, облегающему тело. — Ты знаешь почему, Эм.

Прежде чем я успеваю ответить, его рука вылетает, дёргая меня обратно к нему. Его рот находит мой снова, медленнее на этот раз. Я чувствую его член, твёрдый у моего бедра через шорты, в тот же момент его язык скользит по моему, и я таю в этом мгновенно.

Он держит меня, опускаясь на колени в песок, его вес ложится между моих бёдер, он опирается на руки, будто сдерживается. Его лоб на мгновение касается моего, мы оба переводим дыхание, деля один воздух.

— Скажи мне факт, — шепчет он, голос низкий. — О гепарде.

Улыбка касается моих губ, когда мои пальцы скользят по его челюсти. Эта глупая игра, которую мы придумали, чтобы знать, не слишком ли кто-то пьян. Он всегда хочет убедиться, что я достаточно трезва, прежде чем мы занимаемся сексом.

— Они быстрые, — говорю я, мой голос удивительно твёрдый.

Его голова наклоняется вперёд с тихим смехом, его тело согревает меня. — Мне нужно больше.

Я закатываю глаза, обхватывая ногами его талию и прижимаясь к нему.

Мышца дёргается на его челюсти.

— Лааадно, — хихикаю я. — У гепардов невтягивающиеся… втягивающиеся… — Я стону. — Ты знаешь, что я имею в виду. Когти, которые помогают им быстро бегать. И их грудь большая, так что лёгкие могут вместить много воздуха.

Он приподнимает тёмную бровь с усмешкой. Этого достаточно.

Он целует меня снова, вкладывая в это всё. Я выгибаюсь навстречу ему, мои руки скользят по его плечам с дикой потребностью, которая захватывает меня. Фейерверки взрываются над головой, освещая нас в красном. На одно мимолётное, идеальное мгновение кажется, что мир существует для этого. Для нас.

Жар следует за его ртом вниз по моему горлу, разворачивая меня дюйм за дюймом. Его большой палец впивается в моё бедро достаточно сильно, чтобы удержать меня на месте, пока другая рука исчезает под моим платьем.

— Джуд, — выдыхаю я, мой голос дрожит.

— Скажи мне ещё один факт, — шепчет он у моей ключицы. — Теперь мне любопытно про этих гепардов.

— Я не могу д — думать.

— Попробуй.

Его рука движется по моему бедру, кончики пальцев касаются края моего белья. Я задыхаюсь, ноги сжимаются вокруг него. — У… у них есть пятна.

Он смеётся у моей кожи. — Достаточно хорошо.

Его пальцы цепляются за моё бельё, отодвигая его в сторону. Прохладный воздух касается меня, и он замирает, пока его язык движется против моего. Через мгновение его пальцы скользят вперёд, касаясь того места, от которого я вздрагиваю. Я стону ему в рот, звук проглатывается поцелуем.

Он задирает моё платье выше бёдер, выше, пока оно не собирается у талии. Бледный лунный свет заливает мою кожу. Он смотрит на меня сверху, выражение такое напряжённое, что моё сердце спотыкается. Затем он наклоняется, целуя меня снова, пока два пальца входят в меня, вырывая резкий вздох. Он медленно раскрывает меня, потому что должен. И когда он наконец входит в меня, он не торопится, позволяя мне чувствовать каждый дюйм. Растяжение — это идеальное, обжигающее наполнение, от которого моя голова падает назад.

Его толчки глубокие, каждый продвигает моё тело глубже в песок. Его руки опираются по обе стороны от моей головы, его рот касается моей шеи, ключицы, губ. Я встречаю его каждое движение, мои руки сжимают его спину, чувствуя движение мышц под пальцами. Он слегка корректирует угол, и вдруг давление оказывается именно там, где нужно.

Всхлип срывается с меня, когда я смотрю на взрывающиеся цвета в небе над его загорелым плечом.

Он смотрит на моё лицо, зная, что делать, чтобы сломать меня. Он целует меня снова, его язык во рту, дыхание в лёгких. — Я люблю тебя, — шепчет он, слова теряются между нашими губами.

Это слишком много. Слова, ощущение его внутри, прерывистые звуки. Моя кульминация нарастает с каждым толчком. Я чувствую, как его мышцы напрягаются, движения становятся менее контролируемыми. Боже, я люблю его таким. Когда он теряет контроль только для меня. И после ещё нескольких глубоких движений бёдер я вскрикиваю, моё тело трясётся под ним. Он погружается в меня в последний раз и замирает, его тело напрягается. Его голова падает на моё плечо, когда он наполняет меня.

Переводя дыхание под его тёплым, мускулистым телом, я улыбаюсь. — Я тоже люблю тебя, — говорю я.

Его губы находят мои снова, его тело входит в меня ещё раз. — Я знаю, что любишь, Эм.

Глава 9

ЭММА ИСТОН

В подвале полумрак, освещённый только мягким свечением мониторов, когда я спускаюсь туда на следующее утро.

Джуд теперь на боку, лицом к стене. Простыни спутаны вокруг его ног, влажные от пота. Его плечи поднимаются и опускаются неровно, дыхание сбивается каждые несколько секунд, будто его тело постоянно забывает, как правильно дышать. Прошло несколько дней после спасения. И всё ещё так же плохо.

Рэйф стоит ближе всех к мониторам, руки скрещены, совершенно неподвижен. Он смотрит на экран так, будто уже видел подобное раньше. Возможно, много раз. Майк прислонился к стене в нескольких футах, челюсть сжата, глаза