Притворяясь придурками - Мугуа Хуан

— Шеф Се, ты вечером придешь? — донесся из трубки голос Чжоу Далэя. — Тётя Мэй зовет тебя на ужин, отметить начало учебного года. Сказала, мы должны поддержать тебя и настроить на раскрытие учебного потенциала в новом семестре… Шеф Се? Ты там заснул? Подай голос! Че ты вообще весь暑假 делал? Вид у тебя в последнее время какой-то пришибленный.

— Да уж, пришибленный, — хмыкнул Се Юй. — Не то слово.

Чжоу Далэй проснулся поздно и теперь зевал, стоя в одних трусах во дворе. В руке он держал старый облупившийся тазик в цветочек. Поставив его под кран, он включил воду и продолжил под шум струи:

— Во сколько приедешь? Я тебя на остановке встречу.

— Тут идти три минуты, нахрена меня встречать.

— Мы же бро. Короче, я встречу, а то если дома останусь, меня эти женщины заездят расспросами… Кстати, тётя Лань приедет?

— Нет, говорит, дела у нее.

— Эх, сто лет ее не видел, — вздохнул Далэй. — Ладно, я вешаю трубку, пошел умываться.

Когда Се Юй вышел из автобуса, Чжоу Далэй с сигаретой в зубах и в резиновых шлепках сидел на корточках возле дорожного знака. Прохожие боязливо обходили его стороной, принимая за местного хулигана.

Се Юй легонько пнул его кроссовком:

— Хорош понтоваться, пошли.

Чжоу Далэй затушил окурок о подошву шлепка, бросил в урну и поднялся, отряхивая шорты:

— Да я не понтуюсь. Тут скамейку кто-то спер, а так я должен был элегантно сидеть и ждать тебя.

Се Юй посмотрел на место остановки: действительно, от скамейки остались лишь четыре ржавые железные ножки, торчащие из земли.

— Дикие люди, — покачал головой Далэй. — Тащат все, что плохо лежит.

В последнее время на оптовом рынке работы было немного, у Сюй Яньмэй появилось свободное время, и она решила устроить проводы ребят на учебу.

Се Юй давно не заглядывал в этот спальный район.

Облупившиеся стены панелек, узкие дворы-колодцы. Стоит кому-то крикнуть из окна — слышно на всю улицу. В детстве Далэя постоянно пороли прямо во дворе. Мать Лэя спускала с него штаны и лупила ремнем, а тётя Мэй с интересом высовывалась из окна дома напротив и весело кричала:

— Лэй-цзы, за что огребаешь на этот раз? Расскажи тёте Мэй, я тебя рассужу!

Мать Се Юя, напротив, берегла репутацию: ругалась шепотом и предпочитала холодную войну физическим наказаниям.

Над головой висели паутины кабелей, вокруг было грязно и шумно.

Не успели парни подойти к подъезду, как тётя Мэй распахнула окно на третьем этаже, откуда повалил пар с ароматом жареного лука и домашней еды:

— Не поднимайтесь пока! Сгоняйте в ларек за солью, у меня закончилась!

Далэй задрал голову:

— Понял, сейчас принесем!

— Жасмин зацвел? — спросил Се Юй, глядя вверх.

Чжоу Далэй уже развернулся к магазину, но услышав вопрос, остановился. Он проследил за взглядом друга и посмотрел на свой балкон, где стоял горшок с зеленым кустом:

— А, ну да. Это Да Мэй оставил перед отъездом. Было всего пара бутонов, я думал, он так и завянет. А гляди-ка, распустился.

— Да Мэй этот тоже хорош, — проворчал Далэй. — Уехал за границу полгода назад и ни разу не звякнул. Оставил мне этот куст, назвал "своим сокровищем" и велел беречь. Ну я и берегу как могу. Вот вернется — втащу ему за молчание.

[1] Moments / лента моментов (朋友圈) — Функция WeChat, аналог ленты в соцсетях. Сплетни, посты и фото, видимые только друзьям.

[2] ранняя любовь (早恋, zǎoliàn) — <<Ранняя любовь>> — устойчивый термин в китайской школьной культуре. Романтические отношения до совершеннолетия официально не поощряются, учителя и родители активно борются с этим явлением.

[3] распределение по профилям (文理分科) — Разделение старших классов на гуманитарный (文科) и естественно-научный (理科) потоки в китайской школе — судьбоносный выбор перед гаокао.

Глава 11

Хотя имя Да Мэй звучало довольно девчачьим, он действительно был парнем.

Он был самым младшим из троих и всегда находился под их защитой. Даже прозвище «Да Мэй» появилось благодаря шутке Чжоу Далэя: «Раз ты теперь мой младший братишка, я, твой старший брат, жалую тебе имя — Да Мэй. Отныне мы с тобой братья-акробаты, все чин чином».

Да Мэй из-за маленького роста вечно получал от других и даже не умел давать сдачи.

Чжоу Далэй защищал его, как наседка цыпленка. Когда противников было слишком много и одному не справиться, он звал на помощь Се Юя.

Потом Да Мэй внезапно пошел в рост как на дрожжах — вымахал чуть ли не до метра восьмидесяти пяти. Пацан решил, что вырос, ведь столько лет смотрел на их драки. Раздувшись от гордости, он как-то раз заслонил собой Чжоу Далэя: «Дай-ка я проучу этих придурков».

В итоге теория и практика оказались как небо и земля. Убойная сила Да Мэя была нулевой. Чжоу Далэй просто схватил его за шкирку и бросился наутек: «Какой, на хрен, проучишь? Ты драться-то умеешь вообще? Ручки-ножки тонкие, длинные… Ты меня до инфаркта доведешь!»

— Этот гаденыш оставил мне горшок с каким-то дохлым цветком, а тебе что вручил перед отъездом? — Чжоу Далэй все больше заводился. — Да и не подарил вовсе, а так, пристроил на передержку.

Се Юй посмотрел на провода над головой, вспоминая старые времена, и улыбнулся:

— Кубик Рубика.

Чжоу Далэй удивился:

— Че?

— Тебе действительно повезло меньше, — хмыкнул Се Юй. — Да Мэй перед отъездом оставил мне кубик Рубика.

Готовила Сюй Яньмэй, честно говоря, не очень. Блюда у нее выглядели аппетитно, но всегда имели какой-то странный, уникальный привкус. К тому же она постоянно забывала о соли и специях.

— Вкус — просто неописуемый, объедение, — Чжоу Далэй с трудом проглотил кусок зелени. — Но у меня вопрос: если ты готовишь без соли, зачем вообще гоняла нас в магазин за ней?

Сюй Яньмэй возмутилась:

— Я забыла посолить? Не может быть! Мне казалось, сегодня я превзошла себя, все делала с душой.

— Сама попробуй, — предложил Се Юй.

В итоге этот праздничный ужин не помог им даже утолить голод, пришлось срочно заказывать раков с доставкой, чтобы спасти положение.

— Ну, вздрогнули! — тётя Мэй после нескольких стопок пива уже готова была залезть на стол. Закинув ногу на стул, она ударила себя в грудь: — Пейте, ребята, за