Кости - К. Л. Спир

— Одеяла, фонарик, если они у вас есть, пару раскладушек и смену одежды.

Гриз кивнул, но затем взглянул на Трея. Я проследила за его взглядом, чувствуя, как мой желудок сжался от беспокойства на лице Трея.

— Гриз может заняться закупкой этих припасов, — тихо сказал Трей. — Но Мадам хочет поговорить с тобой.

Волосы у меня на затылке встали дыбом, и я поборола желание содрогнуться. Я попыталась сохранить невозмутимое выражение лица, но внутренне паниковала. Я не могла снова кого-то пытать. Боги, я не могла.

Трей что-то протянул мне.

— Держи. Нашел тебе другую рубашку.

Я взяла его, развернула и увидела простую черную рубашку без рукавов с высоким вырезом. Я повернулась к ним спиной и расстегнула фланелевую рубашку, прохладный воздух приятно освежил мою вспотевшую кожу, и натянула новую рубашку поверх тонкой майки Клэрити. Она идеально скрывала клеймо на моей груди. Я не поблагодарила его, когда повернулась и последовала за ним на улицу, но благодарность застряла у меня в горле. Я не хотела, чтобы кто-нибудь видел клеймо, но особенно не хотела, чтобы его видела Мадам. Чем меньше у нее будет против меня, тем лучше.

— Она просто хочет задать тебе несколько вопросов, — сказал Трей, пока мы шли, как будто хотел успокоить меня.

Я не ответила, сосредоточившись на том, чтобы взять себя в руки.

Ты сможешь это пережить, — приказал Вольф в моей голове. Делай то, что должна, чтобы выжить.

Мадам сидела за столом, барабаня пальцами по столешнице. Слева от нее сидела женщина с бритой головой. Рядом с этой женщиной сидел Сакс, мужчина, который вчера вечером притащил Ходжо для игр Мадам. Справа от Мадам сидел пожилой мужчина с уродливым шрамом на щеке. Выглядело так, будто какое-то существо откусило большой кусок его лица. Рядом с пожилым мужчиной сидел Мак. Я избегала его взгляда.

— Присаживайся, Боунс, — скомандовала Мадам. — У нас есть к тебе несколько вопросов.

Трей подошел к столу и выдвинул деревянный стул напротив Мадам. Я неохотно последовала за ним и села. Трей стоял за моим стулом, сцепив руки за спиной. Я пыталась игнорировать паническое чувство, будто угодила в ловушку.

— Привет, Боунс, — начал мужчина постарше, его голос был теплым. — Я Немо, а вон там Зана. Мы часть совета Мадам. Зана руководит охраной и правоохранительными органами, а я — сельским хозяйством и производством.

Судя по выражению лица Мадам, ей не нравился либо Немо, либо Зана, либо оба сразу. Я удивилась, услышав, что у нее есть совет, особенно после того, как она встретила нас у ворот с вооруженными людьми, как военачальник. Она не была похожа на человека, который делится властью.

— Значит, ты была целителем Джака.

На самом деле это был не вопрос, но я все равно ответила:

— Да.

— Что случилось со Жнецами? — Спросила Мадам.

Я с трудом сглотнула.

— Было восстание.

— Ни хрена себе, — сказала Мадам. — Я хочу знать почему.

Я заколебалась, сжимая руки на коленях под столом.

— Большинство Жнецов не знали о моих способностях. Джак позволил мне исцелить только себя и пару мужчин, которые знали. Один из его людей пытался устроить переворот, поэтому он рассказал Жнецам о моих способностях, и они набросились на Джака.

— Гриф пытался захватить власть, не так ли? — Мадам настаивала, и мне пришлось заставить себя не реагировать на то, что она знает его имя.

— Да.

Мадам смерила меня острым взглядом, и я поборола желание съежиться.

— Ты с ним спала?

Я пыталась сохранять спокойствие, но ладони у меня вспотели, а лицо пылало.

— Нет, — солгала я.

Она приподняла бровь, не купившись на это.

— Ты трахалась с Джаком?

Я так сильно сжала кулаки, что ногти впились в ладони. Я попыталась ответить, в то же время пытаясь подавить поток ужасных воспоминаний, подступающих к моему горлу.

— Нет. — наконец выдавила я, изо всех сил стараясь сохранить бесстрастное выражение лица.

— Он мертв? — Спросила Мадам.

— Да, — сказала я, не в силах скрыть горького удовлетворения в своем голосе.

— А как насчет Грифа?

Гриф уставился на меня с того места, где он лежал, растянувшись на полу, истекая кровью.

— Боунс… — прохрипел он.

Я выронила окровавленный нож, и он с мягким стуком упал на песок.

— Ангел, ты сделала это. — Гриф ухмыльнулся, несмотря на пулевое ранение в плече. — Ты убила ублюдка.

Я попятилась, судорожно хватая ртом воздух.

— Ангел? — Гриф поднялся, его лицо исказилось от боли. — Все в порядке, детка, у тебя получилось. Он⁠…

Я пятилась еще дальше к двери палатки и увидела момент, когда он понял, что я оставляю его там. Я не ожидала, что боль на его лице будет выглядеть такой грубой и настоящей, но она превратилась в ненависть.

Я повернулась и выбежала из палатки в тусклый вечерний свет. Его яростный вопль преследовал меня, но крики раненых и умирающих заглушили шум.

— Я не знаю, — призналась я. — Он был тяжело ранен.

Мадам наклонила голову, ее взгляд был острым, и я снова опустила глаза на стол.

— Ты не исцелила его?

— Нет.

В тишине они все смотрели на меня, целительницу, которая оставила раненого человека умирать. Я почувствовала, как стыд ползет вверх по моей шее, мой желудок скрутило при воспоминании о том, как мои руки сжимали окровавленную рукоятку ножа в груди Джака.

— Как долго ты была у Жнецов? — Спросила Зана.

Я случайно взглянула на нее. Думаю, ей было около тридцати. Ее нос был проколот грубым серебряным кольцом, а мускулистые руки покрыты татуировками. На передней части ее униформы было несколько ножен с ножами, и я не сомневалась, что она умеет ими пользоваться. Что-то в ней напомнило мне нескольких женщин-Жнецов, закаленных и опасных. Я встретилась с ней взглядом и увидела, как она приподняла бровь, глядя на меня, и я быстро отвела глаза.

— Всю мою жизнь. — Эта ложь легче слетела с моего языка. — Я там родилась.

— Родители где? — Спросила Мадам.

— Мертвы. — Еще одна ложь.

— Братья и сестры?

— Нету. — Я не осмеливалась взглянуть ни на кого из них, желая, чтобы моя ложь была твердой и убедительной.

— Так почему Рэнглер запер тебя в своем сейфе? — настаивала Мадам.

Я снова заколебалась, мой желудок скрутило. Мне не нужно было лгать об этом.

— Я не знаю. Они знали, кто я. Я думаю…Должно быть, кто-то из Жнецов проболтался.

— Мы знаем, кто должен был забрать ее? — спросил старик у Мадам.

Мадам нахмурилась.

— Нет.

— Рэнглер не знает, кто ее похитил, — Мак