Спорим? Будешь моей - Дарья Белова

— Артемий? — делаю еще попытку дозваться своего психа.

Он не мог проскочить впереди меня, потому что был позади, пока мы были на мосту.

Он не мог оставить меня здесь одну!

Когда замолкают последние голоса, выключается свет. Я делаю попытку бежать, пока еще ориентируюсь, в какую сторону — здесь несколько разветвлений, ведущие в другие залы, закрытые для туристов. Но дурацкие дорожки, покрытые чем-то вроде слизи, коварны.

Я подскальзываюсь. Телефон выпадает из рук, я слышу как он разбивается о скалистое дно. Шумный выдох выбивается из моей груди, и только успеваю сгруппироваться, пока вылетаю с лестницы под перилами вниз.

— Ах! — тело прострелило болью. Воздух прорезался характерным металлическим запахом — кровью. Из глаз ринулись слезы.

Глава 17. Мирра

Глава 17. Мирра

В темноте время тянется. Прошедшая минута кажется вечностью, и от этой вечности останавливается дыхание. Я вижу то, чего здесь быть не может — чудовищ и монстров. Слышу звуки, которые здесь невозможны — шипение, низкий смех, чей-то потусторонний шепот.

Страх заковывает меня в ледяные объятия.

Попытки пошевелиться заканчиваются диким стоном. Ногу простреливает болью, из-за кромешной тьмы я не могу посмотреть, что с ней. И кроме вопля ни слова не срывается с моих губ. Голос сел от испытываемого ужаса.

Я снова одна. Маленькая девочка, лишенная тепла и опоры. В такие моменты инстинктивно зовешь маму, я же… тихо хнычу.

— Мир? — Эхо подхватывает и разносит по пещере знакомый и обеспокоенный голос. — Мирра?

Тема.

Кто бы мог подумать, что я буду счастлива, что он меня преследует, как одержимый псих. Только не увидя меня рядом, Жданов заторопился искать и не побоялся вернуться. Снова нарушает правила, снова идет напролом, встречая преграды. На этот раз — пустоту, черноту и опасность.

С хрипами в груди пытаюсь дозваться Артема. Вижу тусклый свет фонаря на его телефоне. Если подсветить дно пещеры, не уверена, что меня можно разглядеть. Благодарю Бога, что приземлилась хоть и плохо, но осталась живой.

Когда понимаю, что Жданов все-таки увидел меня, выдыхаю. Я была зажата до такой степени, что воздух прекратил поступать в легкие.

— Ты ранена? — Звучит сверху.

— Что-то с ногой. Не могу пошевелить.

На некоторое время повисает тишина. Быстро моргаю, стараясь присмотреться к окружающим меня деталям. Прикрыв веки, покачиваю головой. Я в полной жопе!

— У тебя получится подняться? — Гремит бас.

Неужели нас никто не ищет? Никто не слышит?

Пробую опереться руками о ближайший камень. Тот оказывается еще более скользким, чем лестница. Это едва не стоило мне вывиха запястья. Я снова вскрикиваю.

— Нет, — произношу, всхлипывая. — Ты только никуда не уходи, прошу. Мне очень страшно.

—Я рядом, Мир , — три слова, и мое тело обмякает. Жажду спросить: он точно рядом? Точно никуда не уйдет? Точно не оставит одну?

На глаза наворачиваются слезы, но внутри уже чувствуется легкость. Артем не покидает меня, хотя логичней было бы вернуться к группе и сообщить о случившемся. Наверняка здесь есть спасательные бригады.

Вместо этого Тема перевешивается через поручни и пытается осветить дно. Что-то обнаружив, отходит метра на два от меня и перелазит через ограждение. Спускает ноги и хватается за ступень. Не успеваю предупредить, что здесь чертовски скользко, как Жданов прыгает.

Пространство пещеры разрезает шумно сказанное ругательство. Могу поклясться, где-то вдалеке встрепенулись летучие мыши. Гид заверил, что это самые крупные «чудовища», обитающие в этой пещере.

— Ты мог убиться, дурак! — И обхватываю его лицо, как только Артем приблизился ко мне вплотную.

— Я предусмотрителен, Мирра, и нашел максимально безопасное место.

— Здесь везде опасно!

Сглатываю образовавшийся ком в горле, уже понимая, что бороться с темнотой я буду не одна. Сильные руки Жданова ощупывают мою ногу без всякого сексуального подтекста. Дойдя до лодыжки и надавив, взвизгиваю.

— На перелом не похоже, но узнаем точнее, как выберемся, — говорит без лишних эмоций.

Я впервые в жизни рада, что человек рядом сохраняет спокойствие, когда мне впору орать от заволакивающих голову мыслей. Не склонна драматизировать, но и не каждый день падаешь с высоты пары метров в центре огромной пещеры еще и в полной, пугающей темноте.

Н-да, Мирра Бирн, это приключение запомнится тебе на всю оставшуюся жизнь.

— У тебя еще колени в крови и локти, — продолжает сухо говорить. — Голова не кружится?

— Кружится.

Но не от падения или удара.От тебя, психопат… Когда психически неуравновешена из нас двоих сейчас лишь я.

Тема светит своим фонарем мне в лицо, я морщусь. Тушь потекла, румяна поехали. Видок мерзкий, в глазах застыл испуг.

Его лицо близко к моему, и вновь я не вижу в этом никаких намеков. То и дело опускаю взгляд на его губы. Жданов если и замечает, то отмалчивается.

От его тела исходит жар, а меня, наоборот, начинает знобить. Пиджак Артема приземлился куда-то, и я осталась сидеть в одной тонкой футболке. Ну и перенесенный стресс выбивается из тела дрожью. Зуб на зуб не попадает, и просыпается желание прижаться к парню клетка к клетке. Превозмогая адову боль, прильнуть, чтобы напитаться его теплом, и… уверенностью.

— Тем? — жалобно прошу.

Точно буду жалеть об этом.

— Можно я тебя обниму? Пожалуйста. На минутку.

Жданов затихает. Его губы приоткрываются. Вот-вот он должен мне ответить, но ни звука не вырывается из его рта. Чуть хмурится, когда взгляд словно остекленел.

А потом горячая ладонь ложится на мою здоровую ногу. Он ведет ею от разбитого колена вверх до линии шорт. На коже остаются невидимые следы, воздуха перестает хватать.

Его рука перекидывается на талию, и Артем нетерпеливо и жадно ее сжимает.

Господи, мы лежим среди старых камней в темноте и вместо того, чтобы звать на помощь… трогаем друг друга. Мои руки сошлись за шеей Артема. Я притягиваю его к себе и ощущаю, как холод, обступивший меня, сменяется пылом.

Перед глазами тот самый одержимый мной псих, и в этот роковой момент внутри происходит надлом, страх перерастает во что-то другое, более вязкое, обжигающее, крутящееся в животе юлой.

Я готова послать все к черту, потому что хочу целоваться.

Я хочу, чтобы сейчас Артем крепко прижал меня к себе и растворил все сомнения. С ним мне