Спорим? Будешь моей - Дарья Белова

он пришел сюда. Жданов в день нашей встречи обещал вернуться за мной и сделать своей, — потеряв терпение, громко говорю. Книги сотрясаются от моего голоса, а сердце подскакивает к горлу.

Но стало вдруг намного легче дышать. Хранить в себе тяжелую тайну было сложно. И это я еще не углубилась в нее.

— Как романтично, — образовавшееся молчание нарушает Роза. Она складывает руки под подбородком и прикрывает глаза.

— Он одержим мной, — добавляю. — Романтики здесь ноль целых и ноль десятых. По-настоящему одержим.

— Хорошо. Так и запишем.

Лида открывает приготовленную большую тетрадь и принимается что-то записывать, высунув кончик языка. Старается.

— И мне все же нужно узнать детали вашего знакомства, — бросает взгляд, уже понимая, что секрет Мирры Бирн довольно грязный.

Переведя дыхание и выпрямившись, я смотрю прямо перед собой.

— Я испытала с ним первый оргазм. По сути, с первым встречным. В машине. Где-то на окраине города. В три часа ночи. После дикого поцелуя и разбитой тачки парня, который мне нравился, но, не добившись от меня близости, изменил.

Стыдливо опускаю взгляд, когда в глазах Лидии не вижу абсолютно никакого осуждения, за что очень благодарна. Если для кого-то в этом нет ничего предосудительного, для фамилии Бирн это и правда грязно и недостойно.

Моя жизнь, как и многих в стенах Академии, расписана родителями «от» и «до». Мы не имеем права поступать так, как хочется. Наш мир обрисован правилами, и мы вынуждены их соблюдать. Особенно девушки, особенно дочери верховных судей.

Одно слово Артемия обо мне и той ночи выжгло бы мою честь в пепел и сделало бы из меня настоящее позорище.

Глава 19. Мирра

Глава 19. Мирра

«Встречаемся у тайного выхода через пять минут», — читаю сообщение от Лидии в нашем, блин, чате на троих: я, Колибри и Роза.

«Через пять минут физкультура. Сдвоенная пара», — печатаю быстро и снимаю форму. Вместо нее надеваю спортивные шорты и футболку. Все в фирменном стиле Академии и с эмблемой «ворона» на груди.

«А прогулять?» — следом присылаю анимированный желтый смайлик с поднятой бровью.

Прогулять…

Я резко выдыхаю, чувствуя, как внутри вс закипает. Какой ещ прогул? Пусть скомпрометирована, но все еще королева. Моя корона спокойно лежит на полке дома. Прогул — это гнев преподавателя и нарушение правил. Обрекать себя на это?Нет. Нельзя.

«У меня информация, не терпящая отлагательств» , — звучит как очередной удар по моей репутации.

Внутри меня загорается любопытство. Я оживаю и принимаюсь ходить из угла в угол женской раздевалки. Хмурюсь, следом раздумывая о последствиях, если физкультура пройдет без меня. Но, в конце концов, я капитан команды по черлидингу. Ничего же страшного не случится, если отработаю занятия во время, скажем, репетиции?

Поддаюсь внезапному импульсу и спрашиваю:

«Почему у тайного входа?»

На переодевание в студенческую форму времени нет, поэтому я повязываю спортивную кофту на талии, закидываю на плечо увесистый рюкзак и спешу наружу.

Раздаются шепотки и обеспокоенные взгляды. Главное, вести себя уверенно и держать спиной ровно.

«Потому что нам нужно поехать в одно место, где нас никто не услышит и никто не найдет».

Вот это заявочка!

Тайный выход находится в нашем лесу. Никто о нем не подозревал, пока в прошлом году его не обнаружили в ходе расследования исчезновения Стеллы Юсуповой. Проход между широкими металлическими прутьями забора так никто не удосужился его заделать. И сейчас это отличная лазейка, чтобы покинуть территорию Академии — не проходя через главные ворота и не попадая в объективы камер.

Колибри права. За нами обеими следят. За ней — мой брат, за мной — псих Жданов.

— Ты долго, — Лидия отталкивается от дерева и идет к припаркованному такси.

Чувствую себя глупо.

Колибри в форме: юбка, блузка, гольфы, пиджак перекинут через руку. Я в схожей по цвету, но физкультурной форме, и со стороны мы точно совершаем что-то предосудительное.

Я оборачиваюсь и через забор пытаюсь высмотреть что-то.

— Роза ждет нас на месте.

Вздыхаю. Была надежда, что мы останемся вдвоем. Не то чтобы я совсем уж не доверяла розоволосой, но чем меньше людей знают о моей просьбе, тем лучше. Как известно, секрет между двумя — уже не секрет.

Мы садимся в такси на заднее сиденье. Я не удосужилась спросить, куда нас везут. Поэтому присутствует легкий дискомфорт. Как съела что-то не то, но неприятные ощущения во всем теле, и сердце не на месте.

Нас высаживают у перекрестка за чертой города. С опасением вскидываю взгляд на Лиду, но понимаю, что все под контролем полутораметровой Колибри.

— Дальше пешком, — разводит руки в стороны.

Ох, не нравится мне все это…

Дорога песчаная, высохшая на сентябрьском солнце. Пыль из-под ног выбивается и столбом направляется прямо в нос. Дышать трудно, точно воздуха и нет. Дорога идет в гору, мышцы забивает усталостью.

Смотрю на Колибри с укоризной и десять раз пожалела, что сбежала с физкультуры. Там хотя бы за такую тренировку не получишь выговор и угрозу незачета.

— Пришли, — заходим за вековой дуб и встречаемся с присевшей в теньке Розой. А потом с той самой заброшенной усадьбой, где мой брат Грех проводил свои знаменитые игры.

Ни разу не была здесь, хотя видела на картинках и смотрела трансляции.

Лидия довольно бодро идет до центрального входа.

— Тебя ничего не смущает? — громко спрашиваю.

Даже у меня в такую жару мурашки от озноба по коже.

— Смущает. Время. У меня после физкультуры пара у мамы, и если я опоздаю на нее, не сносить мне головы. Никакой Руслан Бирн не поможет, — последнее предложение Лидия произносит шепотом, но я слышу эхо от каждого звука. Невозможное эхо, разносящееся по поляне перед усадьбой.

Роза плетется следом, но сумасшедшая оглядывается по сторонам. Ей так же, как и мне, тревожно.

Окна заколочены досками, штукатурка во многих местах отлетела кусками. Некогда бирюзовый цвет выцвел на солнце, и теперь он как выцветшая мальчишечья пеленка с мокрыми желтыми пятнами, въелись намертво.

— Здесь довольно жутко, — кручусь вокруг своей оси, пока Колибри открывает тяжелую двухстворчатую дверь. И спрашивать не буду, откуда у нее ключи.

— Ты внутри не была?

Мотаю головой.

Мы проходим внутрь, и мне в лицо ударяет старый затхлый запах. От высокой влажности и прохлады ежусь.

Зато Лидия ведет себя здесь уверенно. Идет впереди нас куда-то, громко стуча невысокими