Хозяйка скандального салона «Огонек» 2 - Марика Полански

Но при этом требуют взаимности. А ещё говорят, что они чувствуют родственные души. Узнаю́т их даже сквозь время и расстояние. С одной стороны, это неплохо. До тех пор, пока не встаёт вопрос крови. И тогда эта привязанность может сыграть с ними злую шутку.

— Что ты имеешь в виду? — я вопросительно заломила бровь, стараясь не выказывать смешенных чувств.

— Драконы слишком горды своим происхождением. Далеко не все готовы идти за своей родственной душой и нарушать закон чистоты крови, который они чтят на протяжении тысячелетий.

— Понятно, — только и сказала я, отхлёбывая чай. — Для нас сейчас главное — регистрация и наследство. Остальное потом.

Кивнув, Минди отошла к окну и выглянула на улицу.

А я осталась наедине со своими мыслями, которые после слов горничной окрасились в мрачные цвета.

* * *

Пожалуй, ничто в жизни так не нервирует, как долгое ожидание. Но одно дело, когда ждёшь чего-то конкретно и сгораешь от нетерпения. И совершенно другое — когда результат может оказаться непредсказуемым.

В моём случае было всего два варианта: согласие или несогласие ван Кастера. Я искренне надеялась, что Рейвен проявит благородство и протянет руку помощи, хотя бы из чувства вины за наше ночное недоразумение. Но я также прекрасно понимала, что он мог и отказать. Почему? Ну, во-первых, мало кто захочет связываться с человеком, имеющим сомнительную репутацию. А она определённо была сомнительная. Добропорядочная женщина никогда не разорвёт помолвку, не окажется в ссылке и ей не запретят носить фамилию семьи. И да, она не будет ведьмой.

А во-вторых, ван Кастер мог отказать просто из-за того же пресловутого чувства вины. Вместо того чтобы исправить недоразумение, стараться всеми силами избегать их. Словно признание ошибки и попытка её исправить способно растоптать и уничтожить личность. И что-то мне подсказывало, что такой, как Рейвен с больши́м трудом признаёт свои ошибки.

Прошёл примерно час с того момента, как Карл отправился к Рейвену. Стрелки напольных часов мерно отбивали каждую секунду, но мне казалось, как будто время издевательски замедлилось. Ожидание породило сомнения. Что, если ван Кастер откажет? Что, если даже не удосужился ответить? Что, если Карл вообще не нашёл особняк? Что если…

В надежде избавиться от гнетущих мыслей я вышла в сад, но и там мне было неспокойно. Ни цветы, ни аккуратные дорожки, ни ворчливый фонтан не могли утихомирить пробивающееся отчаяние.

В конце концов, я вернулась в дом и направилась в библиотеку.

— Может, почитать роман, миледи? — неуверенно поинтересовалась книжка в красной обложке с названием «Страсть и отчаянье в Вересковых Пустошах». — Говорят, лёгкое чтение помогает отвлечься от тягостных дум.

— Благодарю, — ответила я. — Но я бы предпочла почитать что-то про новейшую историю Норстрии.

— В таком случае я к вашим услугам, — ко мне в руки прыгнул толстенный томик в чёрной обложке. — «Новейшая история Норстрии. Том первый». Как закончите читать, рекомендую своего брата — Второй Том. Там как раз про эпоху индустриализации и развитие артефакторной промышленности.

Взяв книгу, я уселась в глубокое кресло рядом с окном. Дремлющий на спинке кресла Негодяй приоткрыл один глаз и укоризненно каркнул.

Взгляд заскользил по строчкам, но я никак не могла заставить себя сосредоточиться на чтении. Из гостиной то и дело слышались тревожные аккорды рояля, приглушённые стенами. Он, как и все в доме, нервничал в ожидании возвращения возницы.

Спустя примерно два часа из коридора донеслись быстрые тяжёлые шаги и неразборчивые голоса.

Горло сдавило от волнения, однако я заставила себя усидеть на месте.

В библиотеку влетел раскрасневшийся Карл. Ворот его рубашки был расстёгнут, глаза блестели, а растрёпанные волосы торчали в разные стороны, будто не он ехал верхом на лошади, а бежал впереди неё.

— Ну что? — я, как ошпаренная, вскочила с кресла и уронила книгу на пол, не обращая на обиженное оханье «истории». — Ван Кастер согласился? Или послал нас к чёрту?

Карл не ответил. С драматическим молчанием, достойного актёра королевского театра, он вытащил из внутреннего кармана сюртука конверт и протянул его мне.

Я схватила его дрожащими руками. В голове промелькнула мысль, что Рейвен не отказывал себе в том, что продемонстрировать о свой статус. Даже в мелочах. Конверт был из плотной бумаги с лёгким перламутровым отливом. Такой не купишь в обычной лавке. На темно-синей печати красовался дракон над бушующим морем. Я провела пальцами по печати, чувствуя бешеный стук сердца — будто не письмо открываю, а приговор.

Печать сломалась с тихим хрустом. Письмо было написано размашистым, чуть небрежным почерком, без всяких завитушек и украшательств.

«Леди Эвелин,

Жду вас к шести вечера в «Дракарион-Астер».

С уважением, лорд Рэйвен ван Кастер Третий».

Столь официальная подпись вызвала у меня нервный смешок. Надо же! Ван Кастер Третий! Впрочем, у аристократов свои причуды, которые непонятны простым смертным. Вряд ли какой-нибудь крестьянин или рабочий назвал бы своего сына столь пафосно. Например, Яков Стил Второй.

Я перечитала письмо ещё раз. Что ж, сразу не отказал, а предложил встретиться. Уже хорошо. Значит, есть все шансы, что Рейвен всё же согласится.

Я с облегчением выдохнула.

— Ну что там, миледи? — в двери показалась Минди. Она усиленно натирала тарелку помятым влажным полотенцем — похоже, любопытство взяло верх над горничной, и она, бросив мытьё посуды, примчалась в библиотеку. — Он согласился помочь?

— Пока не знаю, — я медленно покачала головой. — Но ван Кастер пригласил меня на встречу в «Дракарион-Астер». Вы знаете, что это за место?

— Это судоходная компания, которая принадлежит лорду Рейвену, — отозвался Карл и почесал веснушчатый нос. — Я нашёл милорда именно там.

Минди радостно заулыбалась.

— Даже так! Значит, милорд нам точно поможет. Иначе бы не стал приглашать на встречу.

— Не нравится мне всё это, — хмуро проговорил возница. — Ой как не нравится. Не к добру это, миледи. Кто его знает, что у него на уме?

— Карл, я просто иду попросить помощи с документами, — я едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. — Он же не в башню собирается меня заточить. А если попытается меня сожрать, так я ему поперёк горла встану. Так что не пытайся меня отговорить

Карл открыл рот, чтобы продолжить протест, но, встретившись с моим непреклонным взглядом, сдулся.

— Я даже не буду пытаться, — мрачно пробормотал он с видом человека, пережившего личную трагедию. — Всё равно бесполезно. Вы упрямее… упрямее…

— Дракона? — усмехнувшись подсказала я, сложила письмо и убрала и в карман юбки.

Карл замер, уставившись на меня. Потом фыркнул сквозь нос как разъярённый бык.

— Точно, — язвительно проворчал он. — Упрямее дракона. С таким характером вы и