ДРАКОНИЙ ЭТИКЕТ: Пособие по выживанию в чужих штанах - Lana Rubi

и учись, — прошептала я, поправляя на Тэроне (то есть на себе) парадный мундир. — Я хоть и в твоём теле, но прежде всего я женщина. А значит, я лучше тебя знаю, чего не хватает королеве в браке с этим суровым старым солдатом, который наверняка вместо комплиментов шепчет ей сводки с фронта.

Я (в теле Тэрона) решительным шагом направилась прямиком к королевскому помосту. Зал замер. Я чувствовала, как сотни глаз впиваются в мою широкую спину. Китар, стоявший рядом с «Айрис», заметно напрягся.

— Тэрон? Ты что творишь? — донесся до меня его встревоженный шепот.

Я не ответила. Подойдя к королеве, женщине еще прекрасной, но явно утомленной многолетним официозом, я поклонилась со смесью грации и наглости. Протянув руку, я заговорила своим новым низким, бархатистым голосом:

— Ваше Величество, этот зал озарен тысячами свечей, но меркнет по сравнению с вашим сиянием. Позволите ли вы скромному воину прикоснуться к легенде?

Король нахмурился, его рука на рукояти меча непроизвольно сжалась, а костяшки побелели. Но королева… О, её глаза заблестели так, будто она внезапно помолодела на двадцать лет. Она уже вечность не слышала ничего, кроме «Да, дорогая» и «Как там дела в казначействе?». Она подала мне руку, и мы вышли в центр зала.

Заиграла музыка. Я вела королеву уверенно (спасибо нашим ночным тренировкам в пыльных залах академии). Но при этом я добавила в танец ту самую «тактичную нескромность», от которой по залу пополз гул. Я наклонялась к самому её уху и шептала комплименты, которые любая женщина мечтает услышать: я хвалила не фасон её платья, а «непостижимую глубину глаз, в которых готов утонуть даже самый суровый северный варвар».

Щеки королевы запылали. Китар рядом с моей «оболочкой» стоял с такой отвисшей челюстью, что в неё могла бы влететь целая эскадрилья мух.

— Он что… он что, соблазняет мою маму? — выдавил принц. — Прямо под носом у отца?

Король тем временем уже не просто бесновался, он буквально вибрировал от ярости, приобретая цвет переспелого баклажана. Когда танец закончился, я, не давая королеве опомниться, склонилась к её руке и произнесла достаточно громко, чтобы слышали первые ряды:

— В этом зале слишком душно для такой нежной розы. Позвольте проводить вас на балкон, Ваше Величество. Воздух в саду так же свеж, как ваше очарование.

Мы вышли. Весь зал, министры, фрейлины, маги, затаил дыхание. Это была провокация века.

Король сорвался с места, сметая со своего пути вазу с фруктами.

— Тэрон! — рыкнул он так, что люстры задрожали. — Я тебя в кандалы закую!

Его Величество рванул в сад, а за ним, разумеется, потянулась часть свиты и Китар, который явно не хотел, чтобы его лучший друг превратился в отбивную.

«Пора!» — мелькнула мысль. Я увидела, как Тэрон в моем изумрудном платье, пользуясь суматохой, тенью скользнул в боковой коридор.

В саду я продолжала мастерски отрабатывать роль.

— Простите, Ваше высочество, — покаянно произнесла я, когда король нагнал нас. — Я лишь хотел выразить восхищение… Его Величество так занят делами государства, что я побоялся, не забыла ли королева, как она прекрасна.

Король начал что-то гневно орать, но королева вдруг мягко положила руку ему на плечо, глядя на него с тем самым вызовом, который обещал либо грандиозный скандал, либо бурное примирение. Внимание переключилось. Пока они выясняли отношения, я, тактично откланявшись, дала дёру.

Я влетела в кабинет короля, едва не сбив дверь с петель. Тэрон уже стоял там.

— Фух… еле смылась! — я сорвала с себя удушающий платок, повязанный на мою шею. — Кажется, я их там оставила мириться. Король так на неё смотрел, что про меня забыл через пять секунд. Ну что, где это проклятое Яйцо?

— Там, — Тэрон указал на постамент, окруженный мерцающим голубым сиянием. — Купол. Помнишь, что нужно делать?

Я подошла к нему вплотную. Сердце колотилось в груди Тэрона как сумасшедшее.

— Помню, — вздохнула я. — Обнимашки. Боже, Тэрон, если это не сработает и нас поджарит магией, я найду твою душу в загробном мире и заставлю тебя страдать!

— Меньше слов, больше дела, — Тэрон (в моем теле!) вдруг резко схватил меня за лацканы мундира и притянул к себе. — Обнимай меня так, будто от этого зависит твоя жизнь. Потому что она реально от этого зависит!

Я обхватила его за талию, чувствуя, как наши ауры начинают резонировать, выбивая искры прямо из воздуха.

Глава 14

Неловкий момент

Тэрон в моем теле развернулся к «Сердцу драконьего неба» и начал вскрывать его защиту. А я стояла за его спиной и крепко вжималась в него всем телом. Со стороны это, должно быть, выглядело как сцена из самого дешевого и пошлого романа: огромный воин в парадном мундире прижал к себе хрупкую девушку в изумрудном платье прямо на столе Его Величества.

Но нам было не до лирики.

— Теснее! — прошипел Тэрон моим голосом. — Ауры должны слиться в одну частоту!

Магически это работало просто и в то же время зубодробительно сложно. Как до этого объяснял мне Тэрон, защитный купол «Яйца» был настроен на принцип абсолютного равновесия. Он испепелял любую одиночную магию, воспринимая её как агрессию. Но когда две ауры — мужская и женская, огненная и ментальная — входят в резонанс через плотный физический контакт, купол начинает «путаться». Для него мы превратились в единый энергетический вихрь, в своего рода Гармонический Дуэт.

Я чувствовала, как по моей коже бегают мурашки, и это был не только страх. Энергия Тэрона, запертая в моем теле, рвалась наружу, а моя душа в его оболочке служила заземлением. Между нами возникло странное гудение, воздух вокруг заискрился синим, и купол… просто вздохнул и опал, как сдувшийся пузырь.

Тэрон молниеносно схватил артефакт, пульсирующий теплом золотистый овал и запихнул его в глубокий потайной карман юбки.

— Есть! — выдохнул он.

И в этот самый момент замок двери щелкнул. Мы даже не успели отпрянуть друг от друга.

Дверь распахнулась, и на пороге замер Китар. Его взгляд, полный боли и непонимания, замер на нас: я (в теле Тэрона) крепко обнимаю «Айрис» сзади, а она прижимается ко мне, раскрасневшаяся и взъерошенная.

— Китар? — выдавила я своим басом, чувствуя, как внутри всё обрывается.

— Тэрон? Айрис? — голос принца дрожал от смеси ярости и глубочайшего разочарования. — Вы… вы здесь… Мало того, что ты, Тэрон, только что едва не соблазнил мою мать в саду, так теперь ты притащил Айрис в кабинет отца, чтобы… ЧТО ВЫ ТУТ ДЕЛАЛИ⁈

Ситуация была патовая. Если сказать правду, нас казнят за кражу государственной