Артефакт для дракона. Дело о пропавшей звезде - Лина Шамаева

— Ой ли? А не ты ли совсем недавно сокрушался, что в стране не осталось свободных магов с интуитивно-поисковой магией? Мечтал, что взял бы такого в отдел на любых условиях? — бессовестно сдал брата Грин.

— Вот как? Так вот она я — берите меня на работу, — оживилась Тата.

— Без проблем, если бы ты была парнем, — вывернулся Джо.

— Что за гендерная дискриминация? — рассердилась Тата.

— Помнится, раньше ты не ставил такого условия, готов был и девушку принять, — продолжил топить брата Грин. — Или это ограничение касается конкретной девушки?

— Потом поговорим, — оборвал его Джо.

Тата обиженно отвернулась к окну и незаметно смахнула слезинку. Ну как же так? Она с детства мечтала работать по магической специальности! И вот когда всё так удачно сложилось — и магия проснулась, и сыщикам помогла — ей отказывают в исполнении мечты! А может быть, Джо не хочет брать её в отдел из-за личной неприязни? Возможно, ей только показалось, что он испытывает к ней нечто большее, чем симпатия?

Выходя из дракровера возле дома, она сухо сказала:

— Поскольку для генерала я ваша сотрудница, требую присутствия на опросе свидетелей.

— Конечно, мы заедем за тобой, детка! — вместо брата ответил Грин.

Тата кивнула и побрела к дому. На плече материализовалась непривычно серьёзная белка.

— Проклятие, Рошу! — тихо шепнула она. — Это говорит не он, а его проклятие! Он не хочет портить жизнь полюбившейся девушке. Тем более сейчас, когда он застрял в драконьей ипостаси.

— Уверена? — встрепенулась Тата.

— Стопудово! — мелко закивала Кара.

— Ладно! Если ты права…

— Я всегда права! — высокомерно перебила древняя белка.

— …и если папа сможет сделать артефакт, то мы ещё повоюем, — закончила Тата.

В это же время в дракровере происходила не менее горячая дискуссия.

— Ты какого чёрта творишь? Зачем даёшь Тате напрасную надежду? — рычал Джо. — Особенно сейчас, когда я — дракон?

— Что-нибудь придумаем, и снова обменяемся ипостасями, — беспечно отмахнулся Грин.

— Тебе тоже несладко бегать в драконьей шкуре, — пробурчал Джо. — И я дал обет, что не женюсь, если не снимем проклятье.

— Ну, хотя бы на работу её возьми! Нам же нужен такой маг, — цыкнул Грин.

— И видеть её каждый день, не имея возможности признаться? Жестоко! — с горечью ответил Джо.

— Отказывать ей в работе — не менее жестоко, брат! — упрекнул Грин.

Глава 24

Несмотря на раннее утро, у полицейского управления было многолюдно. Ну, по крайней мере, в масштабах Чешуешту. А всё потому, что подходы к управлению оккупировал целый штат журналистов, местных и столичных.

— Слетелись, виверны медийные, — беззлобно прокомментировал Грин. — Чуют новости, как гончие — дичь.

Тата всегда считала безграничную осведомлённость работников пера чем-то сверхъестественным, возможно, особым видом магии, неизвестным науке. Иначе не объяснить, каким образом они умудрялись узнавать новости раньше появления этих самых новостей.

— Кстати, раз уж речь зашла о вивернах. Что решили с Вороном? — спросила она.

— Да ничего особенного. Скорее всего, просто заплатит штраф за сворованное, — ответил Грин. — Всё-таки, он пострадавшая сторона.

— А дальше? Он так и останется в теле животного? — расстроилась Тата.

— Пока да, а вообще уже собрали команду артефакторов, которая по наработкам Ворона и под его же руководством будет биться над решением проблемы. Его тело уже не вернуть, но есть идея переместить его в организм с умершим мозгом, — Грин умудрялся говорить и управлять машиной.

Дракровер басовито лязгнул клаксоном, и неутомимые труженики магического пера и диктофона послушно расступились, давая дорогу автомобилю, и вновь сомкнули ряды за его задним бампером.

Когда распахнулись дверцы, толпа прихлынула, как волна на берег. Однако их ждало разочарование — вместо ожидаемых знаменитостей из внушительного внедорожника вышли сыщики и Тата с неизменной белкой на плече.

Журналисты было кинулись интервьюировать столичных сыскарей, но быстро сникли под тяжёлым взглядом Джоблейка. Тата тихо хихикнула, представив всю горечь разочарования работников масс-медиа, когда они узнают, что известная певица Моника Флореску и её не менее известный муж-генерал уже полчаса как прибыли в управление и распивают чаи с домнулом Исаем Волтиром.

Команда сыщиков вошла в кабинет начальника управления как раз, когда высокие гости заканчивали чаепитие. Все расселись за столом переговоров, а Тата расположилась чуть в стороне, периодически поглядывая на экран кристаллофона. Это не мешало ей внимательно слушать невероятный рассказ Моники и её мужа.

А послушать было что. Тата просто диву давалась, как причудливо сплелись в этой истории два полярных события. Правду говорят, что реальность порой бывает гораздо затейливее, чем самый закрученный придуманный сюжет книги или фильма. Впрочем, кто сказал, что эти сюжеты не рождаются из жизненных историй?

Судя по рассказанному выходило, что похищение было, но в конечном результате его не было. А итогом запутанной истории стало успешное проведение секретной операции. Жаль, что о ней генерал упомянул вскользь, но Тата прекрасно понимала, что такое государственная тайна.

В любом случае, все вздохнули с облегчением, ведь звезда эстрады не пострадала, да и обычная звезда занимала своё законное место на городской ёлке. К вящей радости городского руководства, столичных сыщиков и фигурантов оба дела закрыты, причём, с блеском и без потерь.

Тата радовалась вместе со всеми, но её радость была несколько омрачена двумя моментами. Джо так и не изменил решения и не позвал в свой отдел, а она так и не дождалась сообщения от отца. А ведь утром воодушевлённый Теодорус поймал дочь на пороге дома и сообщил, что кажется нашёл, как доработать артефакт.

Молчание отца красноречивее всяких слов говорило о том, что он потерпел неудачу. Тата гипнотизировала тёмный экран кристаллофона, с каждой минутой всё больше теряя надежду. Подумать только — одно короткое сообщение могло разом решить две её проблемы!

В кабинете был ещё один участник беседы примерно с таким же настроением. Джоблейк сидел задумчивый и погружённый в собственные мысли. Домнулу Волтиру даже пришлось окликнуть его для прощания с Моникой и Серджиу. После обмена любезностями супруги ушли. Разумеется, под артефактом отвода глаз и через чёрный ход.

Чуть позже рассосались и разочарованные репортёры, всё тем же неведомым способ узнавшие, что «добыча» улизнула. Собралась уходить и Тата, сославшись на дела по дизайну праздника.

На самом деле, все проекты были сданы и воплощены в жизнь, но ведь нужен был какой-то повод, чтобы уйти. Тем более, ей здесь было нечего делать.

— Встретимся вечером на концерте Моники Флореску, детка! — на прощание приобнял её Грин.

Видят боги, ей хотелось совсем других объятий, но Джо не сделал и шага по направлению к ней, лишь недовольно