Невидимка для босса - Ольга Граф

class="p1">Его взгляд стал чуть более холодным. Чуть. На миллиметр. Но это был его фирменный миллиметр — тот самый, от которого в переговорках люди внезапно вспоминают, что хотели молчать.

— Именно поэтому, — сказал он. — Нам надо подготовиться.

— К чему?

— К тому, что завтра мы будем звучать как люди, которые… — он снова сделал паузу, и на секунду я увидела, как ему неудобно произносить человеческие слова, — привыкли друг к другу.

Я подняла бровь выше.

— О. Так вы всё-таки умеете говорить “привыкли”.

Он не улыбнулся, но в голосе появилась сухая нотка раздражения.

— Поехали.

Вот так. Без “пожалуйста”. Без “вам удобно?”. Без “как вы смотрите?”. Он просто развернулся к лифту, нажал кнопку — и всё пространство вокруг послушно подстроилось под его маршрут.

Я пошла следом. Не потому что покорная. Потому что, во-первых, мне правда нужен был этот контракт-бардак выжить. Во-вторых, мне было любопытно: куда он меня вывозить собрался, если обычно его максимум “за город” — это окно с видом на пробки.

В лифте было тесно. Не физически. Морально. Потому что рядом с ним всегда будто становилось меньше воздуха — он занимал пространство не плечами, а волей.

— Вы понимаете, что это выглядит странно? — спросила я.

— Что именно?

— Вы. Пальто. Утро. Вы зовёте меня куда-то. Я ещё не знаю куда. Это не “подготовка”. Это “пойдём, я покажу, что мир принадлежит мне”.

Он повернул голову.

— Мир мне не принадлежит.

— Но вы очень стараетесь, — парировала я.

Двери лифта открылись на парковку. Он даже не спорил. Спорить со мной — значит признавать, что я имею вес. А он не любит дарить людям вес бесплатно.

У машины он открыл мне дверь.

Это было не театрально. Не “смотрите, какой джентльмен”. Просто действие. Сухое. Чёткое. В стиле: так логичнее, так быстрее.

Я села, пристегнулась и посмотрела на него.

— Скажите честно: вы сейчас пытаетесь производить впечатление?

Он завёл двигатель.

— Я экономлю время.

— О, — кивнула я. — Впечатление — побочный эффект.

Он выехал с парковки так, будто дорога заранее подписала обязательство не мешать.

Я сидела и смотрела на его профиль: резкий, спокойный, красивый той опасной красотой, которая не просит одобрения. Он был из тех мужчин, которых не “хочется”, а с которыми хочется спорить — и вот в этом споре ты вдруг ловишь себя на том, что тебе интересно, какого он цвета на ощупь. Глупая мысль. Очень опасная.

Я откашлялась.

— Раз уж у нас подготовка… вы согласились на интервью. Это уже сюрприз.

— Я согласился на условия.

— Конечно, — я усмехнулась. — Вы даже в любви, видимо, не “согласны”, а “выставляете условия”.

Он бросил на меня взгляд. Острый, как лезвие, которое вынимают не для того, чтобы резать, а чтобы напомнить: у меня оно есть.

— Марта, — сказал он тихо. — Давайте договоримся сейчас.

О. “Давайте договоримся” — фраза, которую он произносит перед тем, как всё равно сделать по-своему. Просто сначала предупредит.

— Слушаю.

— Завтра нам нужно выглядеть естественно.

— Это невозможно.

— Возможно, — сказал он. — Если мы привыкнем заранее.

Я чуть повернулась к нему.

— Привыкнем к чему?

— К тому, как мы обращаемся друг к другу.

Я медленно улыбнулась.

— А-а. Вот оно. Вы хотите, чтобы я называла вас Кириллом?

Он не ответил сразу. Пауза была короткой, но в ней чувствовалось, как ему некомфортно терять дистанцию, к которой он привык.

— Да, — сказал он. — В кадре.

Я прищурилась.

— А вне кадра?

— Вне кадра — тоже, — сказал он ровно. — Иначе будет слышно, что мы играем.

Я на секунду замолчала.

Вот это было интересно.

Потому что всё, что он делает, всегда про контроль. Про выгоду. Про безопасность. Но сейчас он просил меня… снизить дистанцию. Это будто он сам себе подложил мину.

— Хорошо, — сказала я. — Тогда вы тоже.

Он поднял бровь.

— Что я?

— Вы тоже не называете меня “Марта” так, будто это пункт в договоре. И перестаёте говорить со мной голосом, которым вы подписываете приговоры.

— У меня один голос.

— Неправда, — я фыркнула. — У вас есть голос “я сейчас унижу”, есть голос “я сейчас уволю”, есть голос “я сейчас куплю этот мир”, и есть голос… — я сделала паузу, — который вы включаете, когда хотите, чтобы вас слушались без сопротивления.

Он чуть повернул голову.

— И какой из них сейчас?

— Сейчас вы пытаетесь звучать как человек, — сказала я. — Это мило. Непривычно. Я даже слегка насторожилась.

Он выдохнул — почти бесшумно.

— Давайте так, — сказал он. — Пока мы одни, остаёмся на “вы”. В кадре будет слишком резко.

— Согласна, — сказала я. — Но перейдём заранее.

— Когда?

— Когда вы скажете это вслух, — ответила я. — И не как приказ, а как решение вдвоём.

Он помолчал.

Я видела, как ему хочется просто сказать “делаем так”, и всё. Но он держался. Потому что “вдвоём” — это вообще не его формат.

— Хорошо, — наконец сказал он. — В какой момент?

— Например, когда вы перестанете изображать, что вы меня не слышите, — предложила я. — И мы договоримся о легенде.

Он кивнул.

— Легенда простая.

— Нет, — перебила я сразу.

Он посмотрел на меня.

— Простая легенда — это та, в которой вас съедят на первом же вопросе, — сказала я. — Я работаю с людьми. Я знаю, как задают вопросы. И как ловят на деталях. Давайте так: я буду журналистом, а вы — собой. И посмотрим, сколько вы проживёте.

— Марта…

— Вот. Вы уже нервничаете. Значит, я права.

Он молчал, но я видела: ему нравится. Ему неприятно, но нравится. Потому что я не млею, не боюсь, не строю из себя жертву. Я работаю.

И ему, очевидно, нужен человек, который умеет работать, даже когда в машине сидит мужчина, способный одним взглядом выключить свет.

— Хорошо, — сказал он. — Спрашивайте.

Я выпрямилась, будто реально включилась запись.

— Итак. Кирилл… — я чуть подчеркнула имя без отчества. Он заметил. Не поправил. — …как вы познакомились с Мартой?

Он ответил быстро:

— На благотворительном вечере.

— Где? — тут же уточнила я.

Пауза.

— В городе.

— Великолепно, — сказала я. — Прям вижу заголовок: Вяземский познакомился с ней в городе. Следующий вопрос: какой фонд? Какая тема вечера? Кто вас пригласил? Вы один пришли или с партнёром?

Он сжал руль чуть сильнее.

— Я редко хожу на такие мероприятия, — сказал он.

— Отлично. Значит, уже подозрительно. Почему пришли?

Он посмотрел вперёд.

— Потому что нужно было.

— Неправда, — сказала я. — Вы не делаете “нужно было”. Вы делаете “я решил”. Сформулируйте.

Он выдержал паузу, и я услышала, как он выбирает слова.

— Я поддерживаю один проект, — сказал он. — И иногда появляюсь лично.

— Уже лучше. Проект