Расставание по согласию. Книга 1 - Цзюлу Фэйсян

– Я сделаю то, что должен, – повторил он.

Голос его звучал низко и глухо, возвращая нас в ту страшную ночь перед прыжком во времени, когда Се Чжо с Секирой Паньгу в руках холодным тоном пообещал меня убить.

– Я…

Хотелось спросить, что я сказала не так. Почему он вдруг вспылил? Не хочет признавать, что жалеет прошлую меня? Или… не считает наш развод мирным?

– Завтра, – перебил он меня, твердым жестом пресекая любые возражения, – пойдешь и заберешь у него камень на шнурке.

– Камень?

Я непроизвольно перевела взгляд на шею Се Чжо: там проглядывал черный шнурок. Я знала, что на нем висит белый камень, испускающий слабый голубоватый свет, но муж обычно прятал его под одеждой. Сейчас был виден лишь кусочек потертого шнурка.

Этот амулет он носил с самого нашего знакомства. Я как-то спросила, что это, и Се Чжо ответил скупо: «Это мое прошлое и мое бремя». Больше я ничего не добилась. Мой супруг никогда не говорил о себе, так что я даже не знала точно, к какому роду оборотней он принадлежит. Только этот камень служил немым свидетельством того, что его жизнь до меня не была безоблачной.

У Се Чжо никогда не имелось особых пристрастий: ни к золоту, ни к вину, ни к власти. Даже когда мы ссорились, он почти не выходил из себя. Но с этим камнем он не расставался ни на миг.

Такая ценная вещь… и он велит мне завтра силой отобрать ее у Се Сюаньцина?!

Это уже игра по-крупному. Удар ниже пояса.

Я покачала головой.

– Не пойду.

Се Чжо нахмурился, и температура в комнате, казалось, заметно упала.

– Если я отберу у тебя такую важную вещь, ты меня убьешь, – упрямо стояла я на своем. – Своя шкура дороже. Не пойду.

– Я тебя не убью.

– Если ты нынешний не убьешь, это не значит, что прошлый ты не свернет мне шею.

– Он тоже тебя не убьет.

Я снова покачала головой и высказала вслух главный вывод последних дней:

– Ты сам себя не знаешь.

Се Чжо глубоко вздохнул, пытаясь обуздать раздражение.

– Я уверен, – произнес он, чеканя каждое слово, – какой бы я ни был, сейчас никто из нас не причинит тебе вреда.

Я застыла. Он сказал это так твердо, с такой непоколебимой уверенностью, что на мгновение мое сердце пропустило удар и потеплело, словно от глотка горячего вина… Я поспешно отвела взгляд, пряча нахлынувшие чувства обратно в глубину души. Не время поддаваться душевным волнениям.

Лишь убедившись, что голос не дрогнет, я снова посмотрела Се Чжо в лицо.

– Если ты уверен на все сто… – процедила я сквозь зубы, – то рискну в последний раз.

Услышав согласие, Се Чжо остался бесстрастным. Он лишь равнодушно кивнул, повернулся и ушел к себе в комнату.

Глядя на плотно запертую дверь, я недоумевала: нормально же разговаривали, что за муха его укусила? Взял и ни с того ни с сего обиделся… Неужели ему так неприятно само упоминание о нашем разводе?

* * *

На следующее утро я, зевая и потягиваясь, выбралась из комнаты и столкнулась с Се Чжо. Он не поздоровался, молча налил чашку воды, залпом выпил и направился к двери.

– Эй? Ты уже к Ся-Ся? – крикнула я ему вслед, пытаясь догнать. – Не забудь сначала показать мне обстановку, включи связь…

Договорить я не успела: его фигура уже растворилась за пределами дворика. Я скривила губы. Ну и ладно. Мы все равно в разводе, чего стоило ожидать? После этого дела, удастся нам разорвать узы или нет, наши пути разойдутся навсегда.

Успокоившись, я похлопала себя по щекам, прогоняя сонливость. «Помни, Фу Цзюся, тебе предстоит опасное дело. Сначала нужна стратегия».

Я села за стол, взяла кисть, но не успела вывести и иероглифа, как в моем сознании всплыла картинка со стороны Се Чжо. Место, которое он видел, показалось мне до боли знакомым. Моя обитель, где я жила до того, как стала высшей бессмертной.

Он пошел к Ся-Ся прямо домой? Насколько же ему не терпится покончить с этим?

Се Чжо привычно, словно хозяин, прошел в мои покои. Ся-Ся стояла у стола, держа в руках исходящую паром чашу и с интересом ее разглядывая. Увидев вошедшего, девушка немного растерялась, щеки ее порозовели.

– Ой, ты пришел?

Се Чжо не ответил. Вспомнив, с каким холодным выражением лица он уходил утром, я невольно надула губы. Ну и характер. Невыносимый.

Ся-Ся тоже почувствовала, что с гостем что-то не так, но благоразумно оставила вопросы при себе. Она улыбнулась, пытаясь растопить лед, и подняла чашу.

– Как раз вовремя. Вчера дух-сом в качестве извинения дал мне огромное куньлуньское личи [24]. Я сварила из него целебную кашу и как раз собиралась отнести тебе…

Договорить она не успела: Се Чжо резким взмахом выбил чашу у нее из рук.

Смотря его глазами, я отчетливо видела: он даже не коснулся ее пальцев, ударил точно по краю посуды. Но Ся-Ся, не ожидая подвоха от любимого, держала чашу не очень крепко. Звон разбитого фарфора резанул по ушам. Чаша разлетелась на осколки, а густая горячая каша растеклась по полу безобразной лужей.

Застигнутая врасплох, Ся-Ся оцепенело смотрела на уничтоженные плоды своего труда, ставшие грязным пятном. Прошла вечность, прежде чем она медленно подняла голову.

– Се Сюаньцин!

Я видела, как в ее глазах изумление сменяется неверием, затем обидой и, наконец, праведным гневом.

– Ты что творишь?!

Се Чжо молчал, выдерживая паузу. Ярость Ся-Ся разгоралась все ярче. И тогда он нанес удар.

– Запах отвратительный.

Два слова. Четких, жестоких, не оставляющих места для сомнений.

– Ты хоть понимаешь, что говоришь?! – переспросила Ся-Ся, задыхаясь от возмущения.

К моему удивлению, Се Чжо ответил:

– Понимаю.

Голос Ся-Ся дрогнул, гневные нотки сорвались, уступая место боли, но гордая девушка все еще пыталась сохранить лицо.

– Я специально для тебя ее готовила! Старалась…

– Мне это не нужно.

– Се Сюаньцин!

Ся-Ся смотрела на него, и в этом взгляде рушился мир.

Мы столь долго искали способ причинить ей боль, и вот наконец нашли.

Оказалось, это не так уж сложно. Нет такой брони, которую нельзя пронзить, если бьет тот, кого ты впустила в свое сердце. Если тебя действительно любят, то, даже когда держат нож, обычно не стремятся бить на поражение, оставляя возможность помириться…

Но сейчас тот, кто держал нож, ударил без жалости.

– Ни каша, ни ты мне не нужны, – добил ее Се Чжо.

Эти слова словно вышибли из нее дух. Ся-Ся смотрела на него остекленевшим взглядом, губы предательски дрожали, а глаза налились кровью. Она дышала глубоко и часто, пытаясь не расплакаться, не показать слабость