Стерва для ботана - Юлианна Клермон

Я ехала добровольно. Даже пристегнулась.

И, конечно, он, по совету приехавшего адвоката, обвинил меня.

Он просто хотел поговорить. А я орала, провоцировала, вела себя неадекватно, чем вывела его из себя. Но он претензий ко мне не имеет. Если я не буду иметь к нему.

— Формально состава преступления здесь нет, — объясняет полицейский. — Конфликт был, но на похищение не тянет. Мы можем зафиксировать ваше заявление… вот только перспективы вы сами понимаете. Он, конечно, был в состоянии алкогольного опьянения. За это ответит. Как и за создание аварийной ситуации.

Усмехаюсь. Вот и вся справедливость.

Единственная «хорошая» новость — адвокат добился, чтобы его отпустили под обязательство о явке, и он сразу уехал.

Надеюсь, он больше никогда сюда не вернётся.

Полицейский зафиксировал моё объяснение и отказ писать заявление, после чего ушёл.

До вечера лежу одна.

Медсестра поставила ещё одну капельницу. Но в голове всё равно стоит тяжёлый гул. Стоит чуть приподнять голову, как потолок снова начинает медленно плыть.

Зато есть время подумать. И зачем-то зависнуть на том, что не даёт покоя.

Снова и снова вспоминается голос:

«Тихо. Всё будет хорошо».

И запах. И стук сердца. Бешеный, рваный стук.

Почему я не спросила полицейского про вторую машину? Их же было двое. Совершенно точно. А девчонки сказали: мужик…

Телефон вибрирует на беззвучном, вспыхнувший экран бьёт по глазам.

Сглатываю подкатившую тошноту и моргаю, всматриваясь в сообщение с незнакомого номера:

«Ты как?»

Сердце дёргается и ухает куда-то вниз.

Глава 9

Печатать не получается. В голове гул. Буквы расплываются, будто кто-то размазал их по экрану. Ненавижу это состояние беспомощности.

Убираю на экране свет, включаю микрофон.

— А ты кто? — отвечаю вопросом на вопрос.

На секунду кажется, что это Самерский с другого номера пытается выведать, что я имею против него.

Ответ приходит почти сразу. Тоже голосовым.

— Извини. Добрый вечер, Элина. Это Глеб. Узнал, что ты попала в аварию. Ты как?

Выдыхаю.

Почему-то приятно слышать его голос. Как будто не привычно расслабленный, а сдержанный. Словно переживает.

Эта эмоция снова цепляет ложное воспоминание: «Тихо. Всё будет хорошо».

Глупо улыбаюсь. Не получается контролировать себя. Второе сотрясение не прошло даром.

— Норм. Пока в больничке, — отвечаю после долгого молчания.

— Тебе что-нибудь нужно? Лекарства, помощь? Сильно пострадала? — приходит тут же.

Снова жму на запись.

— Ерунда, — голос выходит тише обычного. Не такой уверенный.

— Чем помочь?

Над этим сообщением надолго зависаю. Чем ты мне поможешь, ботан?

— Ничем. Всё ОК.

— Если что, пиши.

Усмехаюсь. Смотрю в потолок.

— Обязательно.

Откладываю телефон.

Санитарка приносит ужин, помогает поесть.

— Ох, бедолага, — вздыхает. — Как вы, молодёжь, себя не бережёте. Носитесь как оглашенные. У меня вот внук такой же. Сядет на мотоцикл и погнал. А учиться кто будет? Уж сколько раз ему говорила: хоть что-нибудь пиши, завалишь сессию. А у него один ответ: «Не завалю, бабуш. Если что, куплю».

Мысль простреливает мозг. Мне же во вторник нужно реферат отправить.

После ужина кидаю голосовое Милке, чтобы привезли завтра мой ноут и конспекты.

…Реальность оказывается жестокой.

Сидеть ещё не могу, лёжа писать невозможно. Стоит чуть дольше напрячь глаза, как в висках начинает пульсировать, а потолок снова лениво плывёт куда-то в сторону.

Пробовала наговаривать текст на телефон и пересылать на ноут. Бесполезно. Голосовой набор упрямо превращал юридические формулировки в какой-то бред.

Подружаек попросить?..

Без вариантов.

Реферат почти готов, столько времени на него угробила. У тёть Лены в этот раз подзаработать не получается. Где брать деньги?

После очередной попытки сделать хоть что-то едва не застонала в голос. Медсестра, войдя и увидев, что я творю, строго отчитала и убрала ноут на подоконник. Пригрозила и телефон отобрать. Еле уговорила, что почти им не пользуюсь.

Ситуация патовая.

— Добрый день, Элина. Как ты? Я случайно оказался неподалёку. Может, тебе что-нибудь купить? — вибрирует знакомым голосом пришедшее сообщение, а мне приходит в голову идея.

— Вообще-то да. У меня горит реферат, а я лежу и печатать не могу. Если не боишься больничных коридоров, можешь заехать и помочь добрать текст?

— Не боюсь. Какой номер палаты? Буду через полчаса.

Хмыкаю.

Вот он — мой «герой» на сегодняшний вечер.

Говорю номер палаты и откладываю телефон. Почему-то становится… неловко. Как прошлый раз с «мёртвым» телефоном.

Дыхание сбивается.

Чёрт. А вот это уже никуда не годится. Элина, возьми себя в руки.

Через полчаса наблюдаю ботана входящим в палату.

— Можно?

— Уже вошёл, — криво улыбаюсь.

Элина Ларина сдаёт позиции. Снова он видит меня не в самом лучшем виде. И с очередной звездой во лбу.

Прекрасно.

— Как ты? — спрашивает спокойно, подходя ближе. Внимательно всматривается в глаза.

— Бывало и лучше.

— Я твоих девчонок видел. Сильно болит?

— Нет. Только голова кружится.

Ещё начать жаловаться не хватало.

Ботан проходит, ставит пакет на стул.

— Я тебе взял йогурт и воду. Не знал, что можно.

— Подкупить решил? — прищуриваюсь. — Вообще-то это я тебе тут… буду должна.

— Ерунда. Где твой ноут?

— Вон… — киваю на подоконник.

От резкого движения перед глазами плывёт. Мир медленно уезжает в сторону.

Да твою ж…

Полный набор. Элина Ларина на дне.

Промаргиваюсь и сглатываю. Медленно глубоко дышу.

— Медсестра отобрала, — добавляю, когда потолок перестаёт вращаться.

— Правильно сделала, — кивает он и беспокойно хмурится, наблюдая за мной. — Воды дать? Врача позвать?

— Нет.

— Тогда лежи спокойно. Не дёргайся. Сотряс — это тебе не шутки.

— Я