Это мы не проходили - Мугуа Хуан

Благодаря Сюй Шэну ученикам шестой школы было совершенно всё равно на эти рапорты: все самые громкие рапорты они уже увидели от Сюй Шэна. Мало того, что он обычно хулиганил в школе, так ещё во время той поездки на базу в оазисе его рапорт был просто верхом наглости.

Вообще говоря, обычные рапорты уже не могли вызвать у них никаких эмоций.

Какие-то «самовольное использование электроприборов», «опоздания десять раз» — такие рапорты было даже слушать неинтересно.

Поэтому, когда они услышали, что какие-то ученики собираются выступать с рапортами, их настроение оставалось спокойным — их даже больше волновало, как бы поскорее вернуться в класс от холода.

Пока они не услышали: «Рапорт представляют: Ци Цзямин из 11-го класса 6-й группы, Хоу Цзюнь, Тань Кай, Юань Цзыцян из 11-го класса 7-й группы, и Шао Чжань».

«………»

Кто?

В их школе есть ещё один человек с таким же именем, как у бога учёбы?

У всех учеников сердце пропустило удар.

Шао Чжань уже много раз выступал от имени отличников, стоя на пьедестале почёта, делился опытом учёбы, произносил речи на разные темы. Но рапорт — впервые.

Хоу Цзюнь, Тань Кай и остальные стояли, понурив головы, переживая второй в своей жизни редкий опыт зачтения рапорта. Рапорт Хоу Цзюня на этот раз был гораздо смелее, но всё равно зачитывал он его с запинками: «Я ошибся. В следующий раз я, увещевая товарища, обязательно буду сдерживать себя и не пойду по этому преступному… то есть, простите, учитель, я оговорился, по неправильному пути».

«…»

На этот раз выступающих было много, и время ограничено — инцидент был несерьёзным, всего лишь словесная перепалка, — поэтому каждому нужно было сказать всего один абзац.

Микрофон передали от первого к последнему. После того как Хоу Цзюнь, запинаясь, закончил, одна рука взяла микрофон.

«Это правда бог учёбы?»

«Боже, точно он».

«Бог учёбы — и рапорт? За что? Это тот бог учёбы, которого я знаю? Мне кажется, я ещё не проснулся».

Внизу шелестели перешёптывания.

Сюй Шэн стоял в самом конце строя седьмого класса, далеко от пьедестала, и мог лишь смутно разглядеть высокую худую фигуру подростка и холодный контур, очерченный солнечным светом.

Шао Чжань всегда был сдержанно-холодным, а сейчас, стоя на пьедестале из-за рапорта, казался ещё более отстранённым. Его низкий холодный голос, без каких-либо эмоций, произнёс: «В следующий раз я буду лучше контролировать свой способ общения с одноклассниками».

«А также прошу товарища Ци Цзямина в будущем продолжать анализировать свои поступки».

Как только Шао Чжань договорил, вся школа взорвалась гулом.

Хоу Цзюнь, стоявший рядом, просто офигел. Он думал: «Брат Чжань, что ж у вас, соседей по парте, за дела? Один говорит "в следующий раз опять тебя отлуплю", а другой — "проанализируй своё поведение".»

Разве так пишут рапорты?!

Глава 99

В последние дни погода потеплела, и солнечные лучи, пробивающиеся сквозь облака, стали особенно жаркими.

Дебютное «извинение» Шао Чжаня закончилось всего несколькими словами. Он был немногословен, закончив говорить, он вернул микрофон стоящему рядом Хоу Цзюню.

Шао Чжань заметил, что тот не спешит брать микрофон, посмотрел на него: «Какие-то проблемы?»

Хоу Цзюнь был искренне впечатлён: «Нет, братан Чжань, ты настоящий мужик.»

Гу Янь-ван стоял неподалёку от места поднятия флага: «Это что ещё... что это за извинение у Шао Чжаня? Безобразие!»

Будь на сцене Сюй Шэн, он бы уже бросился туда драться, но на этот раз извинялся отличник их школы №6 — на миг он замешкался, и Мэн Говэй остановил его: «Сейчас дети — горячие и импульсивные — успокойтесь, господин Гу, дайте ему шанс, учитывая, что это впервые...»

Первое в жизни извинение Шао Чжаня и извинение Сюй Шэня вместе вошли в историю школы №6 Линьцзян.

Особенно ярлык «бог учёбы» у Шао Чжаня в сочетании с «извинением» — эта комбинация вызвала бурные обсуждения, которые долго не утихали.

У седьмого класса следующим уроком была физкультура, поэтому ученики остались на стадионе и не вернулись в класс.

Шао Чжаня вызвал на разговор Гу Янь-ван, он подошёл лишь спустя несколько минут.

Люди на стадионе уже почти разошлись, остались только ученики их класса. Сюй Шэн, не боясь солнца, сидел у баскетбольной площадки в ожидании урока, опираясь спиной на металлическую сетку, и смотрел на него: «Товарищ одноклассник, кажется, в твоём извинении было написано совсем не то, что ты сказал?»

Он видел извинение Шао Чжаня — оно было написано как сочинение на высший балл, будь он Гу Янь-ван, он бы растрогался до слёз.

Солнце в этот час пекло нещадно. Шао Чжань поднял руку, расстегнул молнию на школьной форме и, подойдя к нему, заслонил собой солнце, светившее прямо в лицо Сюй Шэню.

Шао Чжань не стал отрицать: «В последний момент пришла идея получше.»

«...»

Когда он взял в руки микрофон, то вдруг передумал читать написанное — не захотел идти на компромисс, не захотел, чтобы кто-то страдал из-за него.

Шао Чжань снова спросил: «Что такое?»

Сюй Шэн, до этого щурившийся из-за яркого света, усмехнулся, покачал головой и сказал: «Да ничего. Очень круто, только девчонки рядом чуть не оглушили меня своими визгами.»

Они сидели в углу баскетбольной площадки, обзор был ограничен, к тому же Шао Чжань стоял прямо перед ним, полностью загораживая его, так что с других ракурсов было трудно увидеть, чем они заняты. Сюй Шэн почувствовал порыв: «Наклонись-ка, брат, я хочу кое-что сказать.»

Сюй Шэн врал, даже глазом не моргнув, только кончики его ушей покраснели.

Шао Чжань не стал задумываться. Он закатал рукава, наклонился: «Говори.»

Сюй Шэн опёрся несколькими пальцами о металлическую сетку за спиной, приподнялся и одновременно быстро поцеловал его — действительно украдкой, очень легко коснувшись губ Шао Чжаня, всего на секунду, потом отстранился, разжал руки и сделал вид, что ничего не произошло.

Вокруг было шумно: Тань Кай и другие уже взяли в спортзале баскетбольный мяч и играли на площадке.

Отстраняясь, Сюй Шэн повторил ту самую отговорку, которой Шао Чжань воспользовался в KTV: «Извини, я тоже не сдержался.»

В этот момент учитель физкультуры, посвистывая свистком, подошёл к ним: «Строиться! Тань Кай, перекличка!»

После инцидента с извинением прошёл всего один урок, а на форуме уже появился новый пост.

Главный пост: «Ничего не говорю! Сегодня! Извинение бога учёбы! Это было так круто!»

Вскоре посыпались бесчисленные ответы: «+1, моё представление о боге учёбы разрушено.