Академия меча и пламени - Карина Мута

Заметив мое нервное состояние, интересуется произошедшим. Рассказываю ему про Эдвига и Альтаира. По мере рассказа у Дана сжимаются челюсти, по скулам ходят желваки. Удивляюсь тому, что на мой рассказ он только недовольно бурчит что-то невнятное. Ему не нравится, какое внимание мне оказывают с тех пор, как я вернулась.

Мы заходим в здание и расходимся по комнатам. Смотреть второе испытание нет никакого желания. Дану и Виверну лекари запретили принимать участие в полетах. Мне хочется почитать больше об отце и матери, но информации о маме так мало в библиотеке. Об украшении тем более. События моей жизни похожи на снежный ком. Чем дольше я нахожусь в Арагоне, тем больше становится вопросов и загадок.

На ужине мы встречаемся все вместе. Дан впервые за время моего пребывания в Академии ужинает с нами. Он молча съел свою порцию отбивной и перловой каши, запил соком и ждал меня. Друзья удивляются его присутствию, но не позволяют себе шутить на этот счет. Айдо не забывает в очередной раз высказать свою обиду Аюне за то, что она не дождалась окончания его боя. Аюна закатывает глаза. Виверн смеется, наблюдая за ними. Меня же мучают тайны прошлого.

Дан провожает меня до комнаты. Перед тем как разойтись, прошу его показать синяки. Он лениво поднимает майку с левой стороны, обнажая живот и поясницу без следов утреннего ранения.

– Чудеса регенерации, – хмыкает он.

Невольно провожу пальцами по его животу, не задумываясь о том, как это выглядит со стороны. Дан невольно напрягает мышцы пресса.

– Щекотно, – возмущается со смешком он.

Мне становится жарко. Температура тела Дана повышается, когда он долго не сводит с меня глаз. Сердце вновь предательски учащает темп. Дан открывает дверь в мою комнату, предлагая войти, и уходит в спальню напротив.

Глава 8 “Предостережение и клятва”

Вечер накануне летнего бала мы с Аюной провели в библиотеке. Поиск литературы о моей семье, традициях и этикете затянулся на несколько часов. Подруга стойко выдержала мою страсть к изучению истории, называя меня буквоедом. Спустя месяц после того, как тихий и мирный ритм моей жизни в другом мире сменился неутомимым и загадочным, я наконец смогла это принять и смириться. Каждый вечер я проводила за чтением книг, проглатывая то, что пропустила. Виверн часто шутил, что историю Арагона я знаю лучше, чем любой другой человек, выросший в королевстве.

По мере изучения очередного томика древних летописей на арагонском языке, которому Марта и Валдуин учили меня в том мире, мне попалось незнакомое слово “тегун”. Как раз его значение меня очень интересовало. Аюна помогала мне искать в словарях, но тщетно. Долгие часы поисков оказались безрезультатны.

После обеда заглядываю к Валдуину, чтобы помочь с приготовлениями к балу и уточнить значение незнакомого термина. Он мирно спит, сидя за столом, с опущенной на руки головой. Вокруг высятся горы бумаг и папок. В открытое окно, надувая легкие занавески, влетает прохладный ветерок. Лето в Арагоне отличалось от лета в том мире. Порой зной сменялся резкими холодными ветрами с далеких снежных гор. Стужа пробирала до костей, в то время как ты обливался потом от жары. Аккуратно снимаю с его головы очки, которые вот-вот свалятся, и сложенными кладу на стол. Накидываю найденный пиджак ему на плечи и ухожу.

Приготовления к летнему балу мы с Аюной начинаем в моей комнате. Помогаю ей с прической. Она просит собрать волосы на затылке, чтобы они не мешали в танце. Ее платье глубокого синего цвета до пола с рукавами-бабочками и вырезом каре подчеркивает тонкую шею и делает Аюну визуально выше.

Я же оставляю волосы распущенными крупными волнами на спине. На глаза наношу золотые тени, крашу ресницы и пальцем наношу алую помаду. Дух захватывает от красоты платья, подаренного отцом. Корсет из кружева с камнями прикрывает грудь, делая акцент на ключицах, подчеркивает талию и плавно переходит в юбку из атласа и фатина. По плечам спадает ткань, такая же легкая, как подол платья, напоминая крылья дракона. Аюна замирает на месте при виде меня, а после долго ковыряется в маленькой шкатулке. Протягивает мне золотые серьги с крупным гранатом.

– Драконья чешуя! – восхищается подруга. – Никто не усомнится в том, что ты – будущая королева Арагона.

Смущенно опускаю глаза. Интересно, что скажет Дан, увидев меня в этом платье. Почему я вообще думаю об этом? Избавляюсь от глупой мысли. Мы спускаемся по главной лестнице в рядах последних девушек, таких же увлеченных приготовлениями, как мы. В торжественном зале на первом этаже за кабинетом директора Академии уже играет мелодичная музыка. Придерживая юбку, тихонько шагаю по ступеням, туфли на невысоком каблуке не доставляют дискомфорт в отличие от длинной юбки. Она так и норовит запутаться в ногах.

Аюна спускается быстрее меня и двигается в зал уже с Айдо. В какой-то момент останавливаюсь посреди лестницы, решая, нужно ли мне это или нет – привлекать внимание к себе – хотя все и так наблюдают за мной. Нервно сжимаю подол в руках, намереваясь вернуться в комнату и не высовываться. Дан поднимается ко мне до середины пролета, останавливаясь на ступень ниже. Наши лица на одном уровне. Его рука в черной перчатке раскрыта ладонью вверх. На нем черный фрак с выглядывающей из-под него белой рубашкой. Сердце делает кувырок. Вкладываю свою руку в его.

В этот момент мне кажется, что мы одни и никого вокруг. Он помогает мне сойти с лестницы, а после берет за руку. Делаю глубокий вдох, прежде чем войти в зал, полный студентов и гостей. Разговоры замолкают. Взгляды обращены к нам. Вздохи восхищения разносятся по залу. Судорожно сжимаю рукав фрака, когда сердце готово выпрыгнуть из груди.

Стою ровно, как натянутая струна, и почти не дышу. Из толпы к нам спешат Аюна и Айдо, из холла – Виверн. Аюна беспокойно приглаживает подол своего платья. Виверн и Айдо одеты во фраки темно-синего и серебристого цвета.

– Ты сегодня очень красивая, Аюна, – робеет Виверн. Подруга убирает несуществующую прядь волос за ухо, когда друг продолжает, почесывая затылок. – То есть, не только сегодня. Ты всегда красивая. Просто сегодня особенно красивая.

Хихикаю в сжатый кулак. Айдо смеется в голос. Аюна зыркает на него фиолетовыми глазами, и он моментально замолкает. Дан же оглядывается по сторонам, не отходя от меня ни на шаг. По всему периметру и в центре зала свисают люстры со множеством свечей, излучая теплый свет. Вдоль правой стены растянулись столы с угощениями