Надежда маяка - Анна Леденцовская

письмо вслух, и дух О’Лооргена навострил уши, надеясь разжиться полезными сведениями. Все же мертв он был давно, несколько столетий, и понятия не имел, что творится за пределами фронтирских территорий, да и на них тоже. Маг не знал, сколько земель захватила изобретенная им магия искажения, но очень надеялся, что потом, когда он восстанет из мертвых, ему хватит этого для того, чтобы уничтожить потомков своих врагов и поставить на колени всех нынешних властителей государств.

— 'Не знаю, успели ли мы уже познакомиться по блюдечку связи, но надеюсь, что ты его отыскала. Еще раз напоминаю главное: ни в коем случае не ходи туда, где окружающая природа выглядит сероватой, неестественной и тем более опасной. Лучше бы вообще не покидать башню до тех пор, пока мы не найдем способ тебя забрать, но обстоятельства бывают разные, уж я-то знаю…

Береги себя, девочка! Скорее всего, я могу тебя так называть, ведь по земным меркам мне сейчас за семьдесят…'

— Чего? — Надежда еще раз пробежалась глазами по строчкам. — Да той даме в волшебной тарелке было от силы сорок с хвостиком, ну, может, сорок пять, но уж никак не семьдесят. Правда, у нее еще крылышки откуда-то были, а говорит, что с Земли. Может, у нас там до сих пор феи живут?

— Ты дальше читай давай, — влезла в ее рассуждения вредная скалка. — Выпустим твой подарочек, и можешь хоть до вечера разбираться, проводя уборку в этом хлеву! Голова думает, руки работают. Ты ведь не собираешься тут все в таком виде оставить?

— Конечно нет! — На прямолинейную и грубоватую Алку Наденька даже не обиделась, привыкла, видимо. Как ни крути, а частенько та бывала права. К тому же деревянная помощница была не злой, а характер, вполне возможно, был обусловлен предназначением самого инвентаря.

Ухват основателен и нетороплив, ведь доставать что-то из печи надо аккуратно. Кочерга — спокойная и рассудительная, но с жестким стержнем в характере, настоящая «хранительница очага». Венчик — шустрый и порывистый торопыга. Ну а скалка должна раскатывать, вот и катает, давит на проблемы, чтобы они исчезли, как бугры на тесте. Иногда чересчур давит, но такой уж нрав у Алевтины Аргумент.

Впрочем, вчитавшись в следующие строки, Надя подняла глаза на собравшийся вокруг нее инвентарь.

— Простите, тут немного личное. Можно я вслух читать не буду?

— Конечно, девонька, — согласилась за всех кочерга. — Нам чужие секреты ни к чему, да и, может, не произнося все буковки вслух, быстрее про животинку строчки отыщешь.

Скалка фыркнула, но смолчала, а Веня тихонько вздохнул.

Безмолвно взвыл с досады только Киорензир. Заглянув Надежде через плечо, он почему-то не понял каракули на бумажке. Подобная письменность была ему совершенно неизвестна, и теперь он не сможет узнать, что за ценные сведения и указания передали этой тупой человеческой дурынде.

А Крохалева и правда решила узнать сначала про зверька, а потом читать все письмо. Все же целых два листка, исписанные с обеих сторон, отняли бы много времени. Личного в них, по правде, не было ничего, просто Мария Спиридоновна предупредила соотечественницу, что в этом мире существует много всего волшебного, причем оно не всегда доброе, а еще не всегда видимое. Писала она это, тогда ничего не ведая о духе злобного мага, но помня свое приключение со стиркой и хамоватым чертенком.

Про живой подарок было на обороте первого листка. Там говорилось, что зверек называется выусень. Условно разумен, всеяден и способен игнорировать вредный магофон фронтира. То есть теоретически может служить разведчиком подозрительных мест в башне и за ее пределами, если понадобится.

«К тому же, — писала Мария Спиридоновна, — наши говорящие помощники — это прекрасно, но стресс они вряд ли помогут снять. А он появится рано или поздно, и лучше котиков, а в этом случае выусней, лекарства от тоски и безнадежности просто нет. Проверено не раз».

— Ага, — Крохалева отложила письмо, — давайте открывать. Там какой-то выусень, и он у нас за котика будет. Еще в коробке вместе с ним что-то вроде лотка, но написано, что там цветочки растут. Непонятно, но интересно.

— Выусень? — Дух мага морщил лоб, пытаясь понять, что это за зверь, пока Надя распечатывала ящик. — Не помню такого существа. Ладно, в любом случае оно мой путь к обретению прежнего могущества!

Под любопытными взглядами всей честной компании и одного мертвого мага из коробки выбрался совершенно очаровательный зверек. По крайней мере, очаровашкой и мимимишкой его сразу обозвала Крохалева, подхватив под мягкое пузо и прижав к груди.

Счастье от лизнувшего ее в нос очень пушистого зверя затопило Наденьку до краев так, что в кухне неожиданно ярко вспыхнул свет от висевшей под потолком кованой люстры с несколькими световыми сферами. До сих пор черненая железка с шариками признаков жизни не подавала.

Башня словно встряхнулась внутри, оживая, а дух, попытавшийся с ходу проникнуть в тело зверька и завладеть его сознанием, отпрянул и завизжал от злобы и неожиданной боли.

Его словно с разгона впечатало в каменную стену. До сих пор мерзавец только причинял всем боль и никак не ждал, что, будучи мертвым, сможет сам испытать подобные ощущения.

А немного очухавшись и поняв, что маяк смог получить еще и небольшое количество подпитавшей его сущность энергии, маг и вовсе заскрежетал зубами, воя от бессилия. Его шанс, его такая желанная свобода опять махнула ему рукой из-за мерзкой тетки, как-то оказавшейся здесь.

Наденьке же сейчас было наплевать на все, кроме мехового выусня. Разглядывая упитанного зверька, похожего на детеныша красной панды, только серого цвета и более ушастого, с мордочкой, словно утыканной фиолетовыми пятнышками фукорцина, она радостно оглядела волшебный инвентарь.

— Знакомьтесь, ребята! Это наш Мимишка, и он будет жить тут с нами.

Размером новый питомец был с очень крупную породистую кошку с просто потрясающим по величине и пушистости хвостом.

Осталось только устроить ему лежанку и достать из ящика «лоток» в виде тазика с невысокими темно-зелеными растениями, похожими на рыхлые салатные кочанчики, пахнущие тмином.

— Гладолеса раскидистая, — еще раз заглянув в письмо, прочла Надежда. — Ага, типа симбиоз у них и все такое, ухаживать не надо. А вот кормить…

Наденька с тревогой посмотрела на кочергу.

— Так я ужо ревизию провела. Какое-то время прокормлю вас, — металлическая помощница пристукнула о камни пола, — а вот потом… Думаю, надо письмецо-то все же изучить внимательно. Прислали много поклажи