Хозяйка замка на скале - Анастасия Пенкина

деревне у прабабушки стояла старая прялка, она сама стригла овец и чистила их шерсть, а потом сидела вечерами и, напевая какую-то песню, методично скручивала из шерсти нить. Тогда мне казалось это действо таким завораживающим. Помню она даже учила меня. Но я была слишком маленькой, руки будто плохо слушались. Сейчас я уже не ребенок. Наверняка что-нибудь получится. А если нет, найду умельцев, которые с этим помогут. Мне еще предстояло не только изготовить пряжу, но и про продать ее.

На этот счет у меня тоже имелся план. Но сидя в замке вряд ли удасться это сделать. Так что мне нужно втереться в доверие к леди Дракстон. Настолько, чтобы она не опасаясь моего побега, отпустила меня в Мидхольд. Неплохо бы сдружиться с модисткой, госпожой Флорой, ведь ее клиенты и мои потенциальные покупатели. Ее можно использовать как первую точку сбыта. А дальше смотреть по обстоятельствам. На первое время и “сарафанное радио” сработает.

К своему плану я приступила на следующее же утро. Даже несмотря на то, что тишина в столовой была особенно гнетущей. Я надеялась, что проявив своеобразную заботу о здоровье свекрови, смогу сделать первый шаг в сторону более близких и доверительных отношений с ней.

Леди Дракстон сидела с идеально прямой спиной, почти не двигалась, будто изваяние, уставившись в свою тарелку с овсяной кашей. Ее пальцы впивались в ложку, будто пытаясь сломать. Она казалась погруженной в бездну каких-то мрачных мыслей, и от этого воздух в столовый стал густым и тягучим.

Мой план, сблизиться и завоевать доверие этой женщины, который еще вчера был таким блестящим, сейчас казался рискованным и почти наглым. Но отступать было поздно.

Я сделала маленький глоток травяного чая, поморщившись от его терпкой горечи, и тихо, словно размышляя сама с собой, произнесла:

— Удивительно, как много забытых знаний хранят старые книги...

Леди Дракстон не пошевелилась. Казалось, она меня не слышит. Я продолжила, едва повысив голос, чтобы меня точно было слышно.

— Наткнулась я как-то в столичной библиотеке на один древний трактат... Кажется, его автор был лекарем при дворе самого короля Аэландра. Так вот, он утверждал, что при слабости духа и... упадке сердечной силы... постная диета не всегда эффективна. Иногда даже губительна.

Я сделала паузу, краем глаза наблюдая за леди Дракстон. Она чуть ослабила хватку на ложке.

— Он писал, — продолжала я, уже увереннее, — что есть особая сила в мясе красной рыбы, что водится в северных морях. В лососе, кажется. Что-то в нем... какая-то жизненная эссенция, которая не просто поддерживает, а по-настоящему укрепляет жизненную энергию человека. Восстанавливает силы куда лучше, чем любое воздержание.

Я рискнула поднять на нее взгляд. Леди Дракстон не смотрела на меня. Она смотрела куда-то внутрь себя, но ее поза изменилась. Исчезла прежняя окаменелость, в ней появилось напряженное внимание. Она все еще молчала, но уже не игнорировала меня.

Надеюсь, в красной рыбе в этом мире тоже содержится полезная для сердца Омега. А то рассказываю тут… И все зря.

— Конечно, — я снова опустила глаза в тарелку, делая вид, что сконцентрирована на еде, — это всего лишь старые записи. Кто знает, скольким из них можно верить. И где нам, в нашей глуши, взять этого лосося...

Я замолчала, дав время переварить мои слова. Мы доели завтрак в молчании, но тишина была уже не такой тяжелой. Когда леди Дракстон поднялась, чтобы выйти, она на секунду задержалась у своего стула, ее взгляд скользнул по моему лицу, быстрый, оценивающий, без прежнего откровенного пренебрежения.

Она ничего не сказала. Не поблагодарила, не осудила. Не заставила замолчать. Оставалось надеяться, что крошечное семя сомнения на счет предписаний доктора Марвика было посеяно.

Позже я продолжила воплощать свой план и приготовилась поговорить с леди Дракстон о том, что хочу заняться пряжей.

Для этого я решила дождаться вечера, который уже традиционно мне приходилось проводить в гостиной леди Дракстон. Он протекал в привычном, почти ритуальном молчании. Она сидела в своем высоком кресле у камина, серебряная игла в ее тонких пальцах пархала туда-сюда, удлиняя и без того идеальный ряд стежков на темном бархате. Я устроилась напротив, с книгой в руках, но слова расплывались перед глазами. Все мои мысли были заняты одним: как подступиться с моей просьбой.

Сердце колотилось где-то в горле. Я отложила книгу, сделав вид, что устала от чтения.

— Леди Дракстон, — начала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно и почтительно. — Я хотела бы обсудить с вами одну… идею.

Игла замерла на мгновение, но Исель не подняла глаз. — Я слушаю.

— Во время моих прогулок по двору я не раз обращала внимание на стадо коз на ферме внизу, — я тщательно подбирала слова, избегая любых намеков на то, что бывала за стенами замка. — Животные выглядят ухоженными, и мне пришла в голову мысль. В замке довольно прохладно… Было бы практично и экономично… попробовать использовать их шерсть.

Наконец-то она подняла на меня холодный, изучающий взгляд.

— Использовать? Каким образом?

— Я могла бы попробовать освоить прядение, — сказала я, чувствуя, как краснею под этим пронзительным взглядом. — Очистить шерсть, спрясть пряжу… Возможно, впоследствии связать что-нибудь полезное. Шаль, носки… Это помогло бы сэкономить, и я была бы при деле, раз с вышивкой у меня не задалось… Это ведь точно лучше, чем безделье.

Она отложила вышивку на колени, сложив руки поверх нее. Ее лицо было невозмутимым. — Прядение. Не самое благородное занятие для леди.

— Но полезное, — парировала я. — А бережливость и практичность, как мне казалось, всегда были в чести, даже у древних родов.

Я видела, как в ее глазах мелькнула тень слабого интереса. Она оценивала меня, как бухгалтер оценивает неожиданную, но потенциально выгодную статью доходов.

— Ольрик говорил, что в замке сохранились прялки, — добавила я, делая последнюю ставку. — Они пылятся без дела. Я ни о чем не прошу, кроме как разрешить мне попробовать.

Леди Дракстон снова взяла свою вышивку. Прошла минута, другая. Тишину нарушал только треск поленьев в камине. Я уже почти отчаялась, решив, что моя затея провалилась.

— Я не вижу в этом вреда, — наконец произнесла она, и от этих слов у меня внутри все затрепетало от восторга. — Ты можешь взять прялку. Что касается шерсти… поговори с Ольриком. Пусть кто-то из слуг поможет