Каллахан - Тесс Саммерс

— Рад тебя видеть, Адам! — крикнул кто-то, пока я шел к свободному табурету у стойки.

— Слышал, ты вчера задал ему жару! — отозвался другой.

— Нам нужны такие люди для защиты города! — подхватил третий.

Похоже, шеф О'Шонесси развернул целую кампанию по моему удержанию в городе и привлек к этому всё население.

Все в закусочной были дружелюбны: улыбались, махали или здоровались. Все, кроме одного человека в углу. У него были маленькие темные глаза-бусинки и комбовер (зачес лысины), который никого не обманывал. Он свирепо поглядывал в мою сторону каждый раз, когда я поворачивался. А поворачивался я часто. Я заметил у него на лице синяк, а одна рука была прижата к боку, словно у него болели ребра.

Старик в кепке John Deere, который помогал мне вчера, сидел за столом с компанией других пожилых мужчин.

— Рад видеть, что ты на ногах, хотя, похоже, смотреть тебе трудновато, — заметил он.

— Иду на поправку, — ответил я с улыбкой, садясь за стойку и переворачивая чашку. — Я вчера не успел поблагодарить вас за помощь. Спасибо.

Он усмехнулся:

— Да я почти ничего не сделал, просто проследил, чтобы ты не упал.

— Этого было вполне достаточно.

Официантка тут же наполнила мою чашку кофе с приветливой улыбкой.

— Ходят слухи, что ты станешь новым офицером полиции Хейвен-Спрингс.

— Ну, я еще не принял предложение.

— Но ведь примешь, верно?

Я одарил её флиртующей улыбкой, которая, подозреваю, смотрелась не так эффектно с моими фингалами.

— Пока взвешиваю варианты.

Я уткнулся в меню, надеясь, что она поймет намек. К счастью, она ушла обслуживать других клиентов.

Надо признать, шеф О'Шонесси был прав: город готов принять меня с распростертыми объятиями. Но я знал, что если останусь, искушение заполучить Лэйни в свои объятия (и постель) будет слишком велико. И это станет крахом для нас обоих.

В Ланкасле, может, и есть светофоры, но я всё равно знаю, как устроены маленькие города. От такого скандала можно оправиться, только если уехать. Мне-то это просто, а у неё здесь вся жизнь. Для неё это не вариант. Нет, лучше мне уехать и оставить её в покое. Может, когда-нибудь найдется достойный мужчина, который сможет справиться со всеми «О» в её жизни. Хотя мне трудно было поверить, что кто-то действительно её достоин.

Интересно, как она выглядит, когда... Черт, я представил её раскрасневшееся лицо, растрепанные волосы, мечтательную улыбку...

В штанах стало тесно, и совесть тут же закричала: «Прекрати это немедленно!»

Снова появилась официантка с блокнотом.

— Готов сделать заказ, дорогуша?

Я толком и не смотрел в меню, так как был занят фантазиями об оргазме Лэйни Бомонт. К счастью, я вспомнил, что мне понравился завтрак в прошлый раз.

— Мне омлет «Папаша». Тосты из цельнозерновой пшеницы и хашбраун.

— Ты заказывал это в прошлый раз. Должно быть, очень понравилось.

— Вы помните мой заказ?

Она подмигнула:

— Это моя работа, сахарок. — И с ухмылкой направилась к кухонному окну.

Да уж, нет ни единого шанса, что я смогу довести Лэйни до оргазма, и об этом не узнает весь чертов город.

После завтрака я решил зайти на автовокзал и узнать насчет билета до Массачусетса на вторник. К тому времени я должен окончательно поправиться. Надеюсь, этого времени не хватит, чтобы я влип в неприятности.

Глава девятнадцатая

Лэйни

Пекарня закрылась в полдень. Мы с моей сотрудницей Мари быстро прибрались. Заперев за ней дверь, я направилась в квартиру, надеясь немного поиграть в Candy Crush, пока Конор не проснулся. Всё что угодно, лишь бы не думать о том, что Адам сегодня так и не зашел.

«В чем дело? Неужели у него нашлись дела поважнее?»

Я тут же одернула себя. Довольно самонадеянно думать, что в Хейвен-Спрингс ему нечем заняться, кроме как заходить к тебе.

Я поднялась по лестнице, бросила ключи в вазочку у двери и заперла замок. По воскресеньям у меня была генеральная уборка, поэтому я первым делом нагнулась, чтобы поставить туфли на коврик. Именно тогда я и увидела конверт посреди пола.

Это был обычный белый конверт, на котором печатными буквами было выведено моё имя. Первая мысль была: может, Адам подсунул прощальное письмо? Это меня мгновенно разозлило. У него даже не хватило духу сказать мне в лицо, что он уезжает?

Но это не вязалось с тем, что я слышала. Слухи о его найме в полицию уже гуляли по городу. Утром миссис Кэхилл шептала мне: «Говорят, того морпеха взяли в наш департамент».

— Правда? Я об этом не слышала, — ответила я.

— Дочь Мэйбл Леонард работает в больнице, она слышала, как он говорил шефу О'Шонесси, что согласен.

— Хм. — Я нахмурилась. — Не уверена, что это правда. Он говорил, что хочет поскорее вернуться к семье.

Ни Брайан, ни Адам вчера об этом не упоминали.

— С вас девять долларов семнадцать центов.

Она приложила карту к терминалу.

— Об этом весь город гудит.

Ну, раз так, значит, точно правда.

— Что ж, это было бы здорово. Департаменту нужны люди.

— К тому же говорят, он очень хорош собой. Одинокие девушки будут в восторге от нового холостяка. Он сможет выбирать любую.

Я выдавила улыбку, понимая, что она не причисляет меня к тем «одиноким девушкам», которых он мог бы выбрать. И внезапно я возненавидела всех незамужних особ нашего городка.

Я смотрела на конверт, пытаясь узнать почерк, но он был мне незнаком. Я вскрыла его. Внутри лежал сложенный желтый лист бумаги. Пробежав глазами по строчкам, я выронила листок и бросилась в комнату Конора.

Адам

Оказалось, что автовокзал в Хейвен-Спрингс по воскресеньям закрыт. Я вернулся к Брайану и, несмотря на чувство неловкости, прилег отдохнуть — организм требовал сна.

Мои часы завибрировали, напоминая о движении, и вырвали меня из глубокого сна. Был уже час дня. Черт! Я хотел зайти к Лэйни за тартами, но она закрывается в полдень. Может, у неё еще что-то осталось? Кто-то анонимно оплатил мой завтрак, так что деньги жгли мне карман.

Да и вообще, я просто очень хотел её увидеть. Умывшись и почистив зубы, я направился к её дому. Всего десять минут ходьбы. Если я всё-таки приму эту работу, за год на спидометре моей машины вряд ли прибавится больше пяти тысяч миль. Когда я только пошел в морпехи, я купил себе новенький Ford Bronco. Сейчас он стоит в гараже у родителей — за семь лет я наездил на нем всего тридцать