Прочь с моих грядок, дракон! - Мария Эмет

умеет чихать. Причем делает это столь громко, выразительно и... пыльно, что желание продолжать исследования моментально пропадает. Пыльца, которую он испускает во время процесса, дурно пахнет и еще более дурно смывается с одежды.

Так, о чем это я? Ах да, семена! Вернее, уже саженцы. Назвать семенами эти монструозные побеги, умудрившиеся проесть плотную ветошь, язык не поворачивался.

Вряд ли это происки цветочка. И вода в доме самая обычная. Сколько пью, а второй пары рук не выросло.

Да и третий глаз не спешит открываться.

Выходит, виновата... Я?

Размышляя об этом, я спустилась на первый этаж и заглянула на кухню. Фонна всё ещё воевала с манной кашей. Второй за день. Первую я обнаружила на заднем дворе, в кустах.

Уж не знаю, что Чепчик туда положила, но кустик, который был «удобрен» беловато-серой-желтой жижей не выдержал и помер. За двадцать минут!

Вторую кашу начала варить я, а Фонна лишь исполняла роль ворчащего миксера, призванного в этот мир с одной-единственной целью — размешать комочки.

— Ну как?

— Вроде получается... — фыркнула женщина, держа поварешку так, словно это хвост ядовитой змеи, а не несчастная рукоятка.

И как же при таких умениях она попала в дом лорда Рендалла?

— Вообще-то я гувернантка!

ОЙ, я что, сказала это вслух?

— И чья же? — не растерялась я.

— Ваша!

НУ ничего... Труд даже из гувернантки человека сделает. ОЙ, кажется, я снова сказала это вслух. Почти не нарочно!

Усмехнувшись, я вышла на крыльцо и принялась смотреть на деревню, развалившуюся под горой.

Вчера я договорилась с любительницей бриллиантов, а уже сегодня она должна была взяться за дело.

Надеюсь, продуктовые корзины придутся по вкусу местным жителям.

От дум, великих и не очень, меня отвлекла птица, которая при детальном осмотре оказалась драконом.

Очень знакомым драконом!

Плавно опустившись на площадку перед усадьбой, генерал эффектно раскрыл крылья и выгнулся, позволяя рассмотреть его во всей красе. Когда с показухой было покончено, он превратился в человека и уверенно шагнул ко мне.

— Здравствуй, Лена.

Ну надо же, запомнил моё имя. Приятно, черт возьми.

— Что тебе нужно?

— Для начала завтрак, а дальше посмотрим.

Боюсь, после усердного кряхтения Фонны над кашкой «дальше» может не случиться, и рядом с увядшим кустиком ляжет бренное тело почившего в неравном бою генерала.

Что ж, тем лучше. Завтрак так завтрак, драконище!

36

— С вас пятнадцать зариков. Это если просто каша. Если с маслом, то двадцать. А если уж с чаем...

— То все тридцать? — догадался мужчина.

— Вы очень проницательны, лорд Рендалл.

— А из вас бы вышел великолепный поборщик. При виде вас люди бы падали в обморок, перед этим спрятав кошель куда подальше. — Усмехнулся генерал, проходя мимо меня в дом. Без приглашения, прошу заметить.

Наглец!

Проводив его широкую и идеально ровную спину, я фыркнула и перешагнула порог следом.

Мужчина царственно усадил свой царственный зад на мой любимый стульчик и выразительно посмотрел на пустой стол, мол, а где?

— Деньги вперед.

— И правда: великолепный поборщик.

— Нет просто в душе я экономист.

— Не прикрывайся благозвучным словом, — улыбнулся он, небрежно бросая пухлый кошель на стол. — Тут за прошлую ночь, за нынешний завтрак, и... — его глаза как-то странно блеснули, и тут дракон выдал: — и плата за проживание. За месяц.

Не поняла... Вернее, поняла: эта улыбающаяся груда мышц хочет у меня жить. Не ясно вот что — зачеми как его выгнать?

Ловите меня...

Артур, глядя на моё лицо, сделал правильные выводы и заботливо отодвинул соседний стул, на который я тяжело опустилась.

— Нет — наконец произнесла я.

— Предлагаю поговорить об этом после трапезы, дабы не портить друг другу аппетит:

Я покосилась на мужа и насмешливо хмыкнула. Как можно испортить то, чего нет?

Развить мысль мне не дал крик Фонны. Бросившись на кухню и оценив ситуацию, я озадачилась новым вопросом: как можно испортить кашу, находясь в метре от нее? Оказывается это очень просто, если в метре от неё стоит Фонна.

— Заново? — прохныкала женщина, глядя на потемневшее нечто, отчаянно булькающее в кастрюльке.

Я теперь даже боюсь предположить, что это. На вид — яд. Причем крепкий. Основательный, так сказать.

Без противоядий и шансов на дальнейшую жизнь после пробы.

В итоге завтракать... Вернее обедать мы сели лишь через полтора часа. Отмыть кастрюлю от этой странной дряни вышло с седьмой попытки, и то — у лорда Рендалла, которого пришлось призвать на помощь.

Во время акта непосильной помощи и безграничного благодушия на его красивых губах сверкала ехидная ухмылка. А уж с каким видом он протягивал мне чистую кастрюлю! Во взгляде ярких глаз так и читалось: «Чтобы ты без меня делала, Лена?».

Повесилась бы, не иначе.

37

Обед проходил в скорбном молчании. Фонна нехотя скребла ложкой по дну и бросала в мою сторону пристыженные взгляды. Лорд Рендалл явно уже завтракал, а потому на кашу не налегал. Я гадала, как бы избавиться от лорда Рендалла, который нагло напросился на завтрак и ещё более нагло его не ел.

Аппетит был только у кучера, и он с удовольствием его показывал, заливая в себя третью порцию.

— Офень вкуфно! — говорил мужчина, утирая рукавом жирные губы. — Кафка плофсто объяфдение. Элена, вы куфедница!

Куфедницей... То есть кудесницей я была каждый раз, когда готовила что-то более-менее съедобное.

То есть всегда.

Раньше я думала, что у меня талант. А нет, просто кучер не прихотлив. Весьма неприхотлив.

Комплимента мужику показалось мало, и он решил поиграть в сводника. Повернувшись к Артуру, проговорил вдохновенно:

— Вы потеряли такой бриллиант. Даже не так — бриллиантище!

Бриллиантище в моем лице подавилось, а вот дракон согласно кивнул.

— И правда... — протянул лорд. — Но я планирую всё исправить.

— Не выйдет, — буркнула я.

— Почему это?

— Потому я почувствовала всю прелесть холостяцкой жизни и не планирую ничего менять.

— Негоже приличной женщине быть не замужем.

— А я неприличная!

— Не беда, я найду этому достойное применение.

Каков...

— Нахал!

— Бываю временами. Но ты можешь попробовать меня изменить. Женщинам ведь нравится переделывать мужчин, ведь так?

— Вот ещё, — фыркнула я, — у меня слишком интересная жизнь, чтобы тратить её на дрессировку какой-то там ящерицы.

ОЙ, кажись, перегнула! Мужчина нехорошо прищурился, наши взгляды встретились и в этот накаленный момент... Кучер громко икнул, а с потолка прямо в кастрюлю упал кусок штукатурки.

Каков конфуз!

— Извините, — зачем-то проговорил кучер, закрывая рот руками.

— Кашку жалко... — всхлипнула мадам Чепчик.

— Мда, — были единодушны мы с драконом.

Тут