Хозяйка приюта для беглых невест - Наталья Нежданова

— Знаешь, мне твоя подруга Мира письмо отправила! — тихонько говорит сестра, когда мы уединяемся в моих комнатах. — И тебе там написала! Только потом покажу, я его спрятала в надёжном месте!

Мы залезаем на диван прямо с ногами, удобно усаживаемся в обнимку, обложившись подушками, и я принимаюсь рассказывать всю историю нашего знакомства с Мирой и её бегства. Кларисса слушает, затаив дыхание.

— Вот бы мне так! — мечтательно шепчет она.

Её глаза восторженно блестят. Она ведь не знает о том, что нам пришлось пережить в этом пансионе. Как-нибудь потом расскажу. Пусть подрастёт сначала.

А потом мы меняемся ролями. Теперь я учу её магии. И искренне радуюсь, что у неё обнаруживается ментальный дар, хоть и слабый. Но, по крайней мере, достаточный, чтобы при вдумчивом общении с человеком определить, лжёт он или нет. Ей это точно пригодится.

Но тут вбегает запыхавшаяся нянюшка и прерывает наш разговор:

— Маменька зовут! Портниха приехала снимать мерки для свадебного платья!

Только этого ещё не хватало! Я раздражённо топаю ногой, но спускаюсь в гостиную.

— Приготовь платье поприличней, вечером нам нанесёт визит твой будущий супруг! — заявляет мачеха.

Очень кстати. Как раз и поговорю с ним.

После сытного обеда мы с Клариссой отправляемся гулять в сад. Она склоняется над кучей камней в дальнем углу и достаёт оттуда маленькую жестяную коробочку.

Я разворачиваю сложенное в несколько раз письмо от Миры. Какая она молодец всё-таки, улучила возможность дать о себе весточку! Даже несмотря на то, что её жениха объявили в розыск по всему королевству как похитителя благородной девицы. Надеюсь, они уже в Архизии.

Опять думаю о том, что мне надо было бежать с ними. Но рядом стоит Кларисса, и я понимаю, что ей явно понадобится моя поддержка. А ещё вспоминаю Андрею и Марту. Вот бы нам как-нибудь собраться вместе и помогать друг другу!

А что — откроем собственное дело, будем себя обеспечивать. И никакие женихи нам не страшны!

Но увы, меня мгновенно отрезвляет мысль, что мне всего лишь пятнадцать. И до моего совершеннолетия — почти три года. А это значит, что я — в полной власти своего отца. И никто не защитит меня от исполнения его воли.

— Прислуга говорит, этот Дамиор недавно обрюхатил горничную! — подливает масла в огонь Кларисса.

— Мне нужна твоя помощь! — прошу я. — Хочу поговорить с ним наедине. Сможешь как-нибудь свою маменьку из гостиной вызвать?

— Сделаю! — усмехается Кларисса. — Ещё и братца к этому делу подключу!

Ближе к вечеру одеваюсь в красивое платье. Нянюшка старательно укладывает мои волосы. Заодно и сестре делает взрослую причёску. Как же я рада, что они подружились!

Вот и карета Дамиора подъезжает к парадному входу. Я встречаю его в гостиной и протягиваю руку для поцелуя.

Какой же всё-таки неприятный у него взгляд. Тяжёлый, алчный. Как будто сожрать меня хочет.

Обменявшись дежурными фразами светской беседы, переходим в столовую. После ужина опять возвращаемся в гостиную, где слуги уже разожгли камин. Впрочем, выходя из-за стола, я успеваю перемигнуться с Клариссой. В ответ она показывает мне пальцы, сложенные в жесте, означающем «всё будет хорошо».

Мы усаживаемся в кресла, выставленные перед горящим камином так, чтобы исходящее от пламени тепло приятно обволакивало нас в этот весенний, но по-зимнему холодный, вечер. Дамиор и я сидим вполоборота друг к другу. Между нами, как того требуют приличия, расположилась мачеха.

Но я-то знаю, её не столько приличия волнуют, сколько опасение за то, что я сболтну что-нибудь лишнее. А так-то у неё прямо на лице написано, как не терпится поскорее сбагрить меня. Хоть Дамиору, хоть самому адскому князю.

Внезапно дверь в гостиную распахивается и влетает Кларисса:

— Маменька, там Ромиор ковыряет гвоздём замок на сундуке в вашей комнате! Я говорю, что может сломать, так он не слушает!

Я абсолютно уверена, что именно она и подсказала братцу эту идею. Мачеха подскакивает, словно ужаленная. Подбирает пышные юбки и, пробормотав извинения, выскакивает из гостиной.

— Господин дин Пиор, — в высшей степень холодно и официально начинаю я, — считаю своим долгом предупредить вас, что у меня имеется магический дар, который проявился совсем недавно!

Протягиваю руку вперёд и зажигаю над ладонью яркий голубой огонёк. Лицо Дамиора искажается яростной гримасой.

— Возможно, вы сочтёте целесообразным отказаться от нашего брака! — решительно продолжаю я. — Заверяю, что с моей стороны вы можете рассчитывать на полное понимание и принятие данного решения!

К моему крайнему недоумению, он начинает смеяться. Злорадно и торжествующе. Как-то демонически даже, аж мороз по коже пробегает.

Закончив, он устремляет на меня совершенно уничтожающий взгляд:

— Запомни раз и навсегда: я знаю о тебе больше, чем ты думаешь!

Я в полной растерянности. Даже не знаю, что на это ответить. Да что он вообще имеет в виду?

— Я уже заказал для тебя блокирующее магию ожерелье! — продолжает он. — Твой дар, твоё тело, твоя душа — всё будет моим! Я научу тебя быть покорной!

— Боюсь, мы вряд ли сможем быть счастливы вместе, — аккуратно начинаю я.

— Меня не волнует, чего ты там боишься! — перебивает меня жених. — Я знаю, что женщины — лживые и порочные существа! Но меня ты не сможешь обмануть! Будешь сидеть взаперти, пока не родишь мне наследника с магическим даром!

Глава 22

Слушаю зловещий голос Дамиора и понимаю, что должна избежать этой свадьбы любой ценой. Я просто не выживу в его доме. И вряд ли смогу вынести роды его наследника. Ведь за время своего пребывания в пансионе я даже не выросла толком. Мои бёдра по-прежнему узкие, как у ребёнка.

Звук открываемой двери заставляет меня вздрогнуть. Раскрасневшаяся мачеха вновь усаживается в своё кресло. Мой жених, однако, взглядывает на неё и поднимается, давая понять, что визит окончен.

— Искренне надеюсь, что вы будете беречь мою драгоценную невесту, как зеницу ока! — произносит он перед тем, как откланяться.

— Что ты ему наговорила? — злобно шипит мачеха, едва за Дамиором закрывается дверь.

— Ну что вы, маменька! — притворно улыбаюсь я. — Мы просто вели светскую беседу! Меня учили этому в пансионе!

— Я запрещаю тебе выходить из своих комнат! — произносит она.

Скверно. Мне ведь надо срочно что-то придумать, чтобы бежать отсюда.