Тьма, которая нас связывает - Ю. К. Перес

Сделав последний шаг, я чувствую запах сырой земли и мокрого камня. Я позволяю себе на несколько секунд оглядеться вокруг. Это небольшой длинный цементный проход, ведущий к деревянной двери с железными символами. Стены сложены из грубого кирпича, по углам паутина и пыль, вода капает со стен. Я делаю пару шагов вперед и рассматриваю дверь. На ней нет ручки. Отлично. Как, черт возьми, я ее открою?

Усевшись на ступеньку, я обдумываю, что делать дальше. Когда я смотрю на дверь, мое зрение начинает темнеть, и голова начинает кружиться. Я закрываю глаза, прислоняясь головой к стене лестницы. В голове возникает образ, как я подхожу к двери, я беру острый камень и режу ладонь, затем прикасаюсь к железному сердцу с узорами внутри своей окровавленной ладонью. Вспыхивает яркий свет, и дверь открывается.

Постепенно зрение проясняется, и голова перестает кружиться. Когда я открываю глаза, я понимаю, что больше не сижу на лестнице, а стою по другую сторону двери, прижимая к себе кровоточащую ладонь. Как, черт возьми, я сюда попала?

Сзади раздается скрип, и мое тело приходит в состояние боевой готовности. Я решаю двигаться, не глядя, куда иду. Здесь кромешная тьма, поэтому я тянусь к карману за телефоном, но его там нет. Должно быть, я оставила его. Я колеблюсь несколько секунд, стоит ли возвращаться за ним, но не знаю, кто или что находится в другой комнате, и не хочу рисковать. Я прижимаю руку к стене и иду вперед, не зная, куда направляюсь.

Бесцельно блуждая неизвестно сколько времени, я вижу свет, пробивающийся из-под двери впереди. Я ускоряю шаг, пока не оказываюсь перед железными воротами. Пожалуйста, только бы не было заперто, повторяю я про себя, хватаясь за ручку и поворачивая ее. Я вздыхаю с облегчением и быстро выхожу на улицу, в лес.

Резкий холодный воздух ударяет в лицо, и по телу пробегает дрожь. Я оглядываюсь и погружаюсь в темноту. Когда я шла в магазин Астерии, солнце еще не зашло. Как долго я была в этом туннеле? До меня доносится пение, и я направляюсь к источнику звука, не в силах удержаться, словно находясь в трансе.

Когда я подхожу ближе, в поле зрения появляются фигуры, группа людей в черных мантиях и бычьих масках, танцующих и поющих вокруг костра. Заинтригованная, я делаю еще один шаг и прячусь за деревом. Они поют на языке, который я не понимаю. Они что, произносят заклинание? Я так увлечена тем, что они делают, что не слышу, как кто-то подходит сзади и закрывает мне рот.

— Какого черта ты здесь делаешь, Амарис? — Мое сердце замирает, когда я слышу его голос, и я снова могу думать, словно его голос разрушил тот транс, в который меня погрузила музыка.

Как бы я ни была благодарна за его появление, но почему это всегда должен быть Натаниэль? Такое ощущение, будто он повсюду. Я кусаю его за руку, и он отпускает меня, и я бегу прочь. Я не знаю, куда, черт возьми, я бегу, но, может, я смогу найти дорогу обратно в магазин Астерии. Внезапный прилив адреналина бурлит в моих венах, и я бегу быстрее.

Через несколько минут я оглядываюсь, но не вижу, чтобы за мной кто-то гнался. Все, что я слышу, это смех Натаниэля сквозь деревья. Неужели он не собирается преследовать меня? Мое сердце падает, когда подступает разочарование. Сердце сжимается от разочарования. Со мной что-то серьезно не так, если то, что за мной не гонится психопат, делает меня грустной. Я останавливаюсь, чтобы перевести дыхание, когда думаю, что убежала достаточно далеко. Я кладу руки на колени и делаю глубокий вдох. Легкие как будто горят. Не думаю, что когда-либо в жизни так много бегала. Звук ломающейся ветки раздается позади меня, и я снова срываюсь с места.

В долю секунды меня разворачивают и валят на землю. Прежде чем моя голова успевает удариться о твердую землю, рука смягчает удар, мои руки прижаты прямо над головой мускулистой рукой, а бедра крепко зажаты между сильными коленями. Чувствуя себя дезориентированной, я закрываю глаза, пока не почувствую, что все перестало кружиться.

— Ты когда-нибудь научишься, маленькая овечка? — Мои глаза распахиваются от голоса Натаниэля, и я смотрю в его темные, пронзительные, голодные глаза. У меня в животе все переворачивается.

— Я пытаюсь, но это оказалось сложнее, чем я думала. — Он усмехается мне, и его ямочка заставляет меня таять, а сердце биться быстрее. Почему он должен быть таким чертовски красивым? Я не должна таять перед ним, как снег при первых лучах солнца.

— Прими это за ответ и убирайся к черту из Блэквуда. Тебе здесь не место. — Я прищуриваюсь, глядя на него, и приближаю свое лицо к его, настолько, что наши лбы соприкасаются. Если он думает, что запугает меня и заставит уехать из этого города, то он понятия не имеет, с кем имеет дело. Я больше не буду убегать.

— Послушай меня, Натаниэль. Я не уеду из этого города, пока не закончу то, зачем приехала. Меня не так легко сломать или напугать. Так что, если ты пытаешься это сделать, можешь прекратить прямо сейчас. Это не сработает. Уйди с моего пути и оставь меня, черт возьми, в покое.

Он громко смеется, глядя на меня. Я дергаюсь, пытаясь сбросить его с себя, но он сильнее впивается коленями в мои бедра и сжимает мои запястья.

— Отпусти меня, придурок, — кричу я на него, пинаясь и брыкаясь той частью ног, которую он не держит, мотая головой из стороны в сторону. Он убирает руку из-под моей головы, подносит ее к моей шее и сжимает пальцами мое горло.

— Успокойся, блядь, пока кто-нибудь не услышал тебя, — говорит он мне встревоженным тоном. — Если ты думаешь, что я самый страшный монстр в этом городе, то ты сильно ошибаешься. — Это привлекает мое внимание, и я замираю на месте.

— Что ты имеешь в виду?

— Здесь бродят монстры пострашнее меня, маленькая овечка. Я ангел по сравнению с ними. — Я сглатываю от этого заявления. Он не имеет в виду настоящих монстров, правда? Он отпускает мое горло и с силой хватает меня за подбородок, заставляя снова посмотреть на него.

— В тот момент, когда ты пересекла границу Блэквуда, ты стала моей, маленькая овечка. Ты отдала свою душу большому злому дьяволу. Можешь говорить, делать и думать, что хочешь, но ты принадлежишь мне. Ты моя, и ничья больше. — У меня перехватывает дыхание,