Невеста поневоле. Свадьбы не будет! - Рина Фиори

Он делает паузу, словно собираясь с духом.

— Я не буду тебя торопить, — продолжает мужчина. — Не буду требовать от тебя любви. Просто давай попробуем жить вместе. По-человечески. Уважать друг друга, поддерживать. А дальше… дальше посмотрим, что получится.

Я молчу, обдумывая его слова. В них есть что-то искреннее, что-то, что заставляет меня поверить ему. Возможно, он и правда не такой, каким кажется. Возможно, за маской благополучия скрывается не только раненая душа, но и человек, способный на сочувствие и понимание.

Но…

— Ты верно сказал, я не хотела этого брака. Ты меня заставил буквально силой. И чтобы я захотела попробовать, ты должен сначала поменяться.

— В каком смысле? — хмурится Коршунов.

— В прямом. Ты напоминаешь бандита. Благородного бандита, который не знает отказа и берёт всё, что пожелает от жизни. Перестань давить на меня, и вот тогда мы, возможно, попробуем.

— Ах, так? — ухмыляется, глядя на меня сверху вниз, словно на неразумного ребёнка. — Ну, давай, попробуем так. Только я не обещаю, что поменяюсь во мгновение ока, — хмыкнув, выходит из кухни.

Солнце поднимается выше, заливая помещение тёплым светом. И в этот момент я чувствую слабую надежду.

Надежду на то, что из этого странного союза может получиться что-то хорошее. Что-то, чего я совсем не ожидала.

Не знаю, что ждёт нас впереди. Но сейчас, в этот момент, я чувствую готовность рискнуть. Готовность отбросить предубеждения и дать Илье шанс.

И себе тоже. Шанс на то, что я могу быть счастлива, даже в таких, казалось бы, невозможных обстоятельствах.

Думаю, мы можем попробовать жить вместе, как семья. Без страстных признаний и бурных эмоций. Просто вместе.

Он по утрам будет готовить кофе, а я убирать в доме, когда не приходит домработница.

Вечерами мы можем смотреть фильмы, не касаясь друг друга, но ощущая некую близость. Мы будем разговаривать обо всём и ни о чём, стараясь избегать острых углов и болезненных тем.

Может быть, из этой попытки и правда что-то выйдет. Может быть, мы сможем построить что-то настоящее, вопреки всему.

Время покажет, но пока я готова шагнуть вперёд.

В этот новый, неизведанный мир, где надежда теплится даже в самой безнадёжной ситуации. И где, возможно, меня ждёт не только разочарование, но и настоящее счастье.

Глава 22

— Кофе — это, конечно, здорово, но как насчёт чего-нибудь более существенного? — от мыслей о будущем отвлекает голос Коршунова.

Я разворачиваюсь от окна и вижу, как мужчина проходит на кухню. Ремень на брюках застёгнут не до конца, рубашка нараспашку.

Илья принимается медленно застёгивать пуговицы на рубашке.

Неторопливо, снизу вверх.

Кто вообще пуговицы снизу вверх застёгивает?! — злюсь на него мысленно.

Вижу его голый торс и чувствую, как предательски вспыхивают мои щёки.

— Что ты имеешь в виду под «существенным»? — спрашиваю, стараясь, чтобы мой голос звучал равнодушно, хотя внутри меня уже зарождается какое-то смутное предчувствие.

Илья достает из холодильника бутылку минералки, откручивает крышку и делает несколько больших глотков, не отрывая от меня взгляда. Этот взгляд… в нем читается что-то, что заставляет мои ладони вспотеть.

— Ну, кофе — это напиток для бодрости, для начала дня. А я говорю о чем-то, что может согреть душу, что может… наполнить нас энергией на более глубоком уровне, — он ставит бутылку на стол и подходит ближе. — Ты понимаешь, о чем я?

Я отступаю на шаг, упираясь спиной в подоконник. Сердце бешено колотится.

«Наполнить энергией на более глубоком уровне…» — эта фраза эхом отдается в моей голове. Смотрю в его глаза и не могу понять, что в них вижу: искренность, игру или… желание?

И, что еще хуже, я чувствую, как во мне просыпается ответное влечение.

— Не уверена, что понимаю, — выдыхаю я, пытаясь сохранить спокойствие в голосе.

Но предательская дрожь выдает меня с головой. Он сокращает расстояние между нами, и я чувствую его тепло. Запах его одеколона щекочет нос, а взгляд прожигает насквозь.

— Я говорю о чем-то настоящем, о чем-то, что выходит за рамки простого общения, — шепчет он, наклоняясь ближе. — О чем-то, что может изменить нас.

Он протягивает руку и нежно касается пряди моих волос, заправляя ее за ухо. От этого прикосновения по телу пробегает волна мурашек. Я задерживаю дыхание, ожидая, что он сделает следующий шаг. Время словно замирает, и в комнате слышно только стук моего сердца.

— Я понимаю, что это может быть неожиданно, — продолжает он, глядя мне прямо в глаза. — Но я чувствую между нами что-то особенное. Что-то, что нельзя игнорировать.

Я молчу, не зная, что ответить. Слова застревают в горле. Внутри меня бушует целый ураган эмоций: страх, любопытство, волнение и… надежда.

Надежда на то, что он говорит правду, на то, что это действительно что-то особенное. И, возможно, именно то, что я так долго искала.

— И что же это? — спрашиваю, задыхаясь от эмоций.

Моя грудь часто вздымается, а Илья так близко…

— Желание позавтракать вместе в каком-нибудь приличном ресторане, — продолжает тем же завораживающим, обволакивающим тоном.

Я прикрываю на мгновение глаза, так как смысл сказанных им слов доходит до меня не сразу.

А когда доходит…

— А? — распахиваю широко глаза, часто-часто хлопаю ресницами.

Подозреваю, что выгляжу в этот момент очень глупо, потому что Коршунов не пытается даже скрыть насмешливой улыбки.

Честно? Мне хочется его стукнуть в этот момент.

Да он издевается надо мной!

— Ты в замешательстве, — констатирует очевидное. — Значит, подумала о чём-то другом. Не поделишься? — Илья выглядит таким самоуверенным, что меня окатывает волной раздражения.

Я вот не могу себя так же в руках держать, когда он рядом.

— Маленькая испорченная девочка, — щёлкает удовлетворённо языком.

— Ничего я не подумала, — отпихиваю от себя мужчину и выбегаю из кухни. — Я собираться, — буркаю напоследок.

Мне послышалось, или этот нахал посмеялся мне вслед?

Ох…

Ещё и спрашивает: о чём это я подумала. Невоспитанный.

Скорее скрываюсь в комнате и открываю шкаф.

Вещей полно, но я всё равно не вытаскиваю, что попало. Мне нужно хорошо подумать прежде, чем делать выбор.

Если я оденусь слишком вычурно, то Илья решит, что для него расстаралась.

А если по-простому, то мой образ может не подойти для места, в которое мы пойдём. Ведь Коршунов сказал, что это будет какой-нибудь дорогой ресторан.

И что же мне делать?

Взгляд скользит по рядам платьев, юбок, блузок. Каждое кажется предательски выдающим мои внутренние терзания.

Вот это, шелковое, цвета морской волны — слишком нарядно.

А это, простенькое хлопковое — словно я иду в булочную, а не