Второй шанс на рассвете - Сова Люськина

— Ты предлагаешь объединиться с людьми? — вскинул брови Трэн.

— Да, — Эмерс сжал ладонь, и костер погас.

— Они знают, что мы были с Крисаном.

— Поэтому мы дадим им не нас, а его, — Эмерс посмотрел в небо. — Мы расскажем им, где прячется монстр. Как его поймать. Когда он слаб. В ответ защитим. Завтра начнем. Хватит прятаться.

— Согласен! — прогремел Ледер.

— Мы за тобой, Эмерс! — подхватили голоса, сливаясь в единый хор решимости.

Эмерс молча кивнул, чувствуя, как поддержка наполняет его силой. Он вынашивал план, сложный и рискованный, но другого выхода не было. Необходимо было использовать слабости Крисана против него самого.

В следующую ночь они отправились к поселению. Луна, словно сочувствуя их дерзкой затее, пряталась за рваными клочьями туч. На окраине они встретили прячущихся людей. Их лица выражали лишь одно отчаяние.

— Я пришел не как враг, — вышел к ним Эмерс, стараясь говорить как можно мягче, чтобы не спугнуть их. — Я пришел предложить вам оружие против настоящего монстра.

Из сумрака вперед выступил старик. Его жилистые руки, испещренные сетью глубоких морщин, дрожали, сжимая массивный кинжал.

— Ты один из них! — прохрипел он. — Ты тоже проклят.

Эмерс медленно поднял руки, разворачивая ладони в жесте, показывая миролюбие.

— Да, я один из них. Но я не убивал никого из ваших. Я знаю, что такое потеря, знаю, что такое страх, который парализует волю. Я вижу, что творит Крисан, и я больше не могу этого терпеть. Мой план позволит нам ослабить его хватку, вырвать нас из этого кошмара. Но мне нужна ваша помощь. Без вас мы обречены.

Старик на мгновение опустил взгляд.

— Наместник Эмерс, — произнес он, — ты же верен Верховному.

— Был верен. До тех пор, пока не понял, что эта вера ведет нас к гибели. Теперь я хочу мира. Настоящего, долгожданного мира для нас и для вас.

— Верить тебе опасно, Эмерс. Но скрываться мы долго не сможем. Ресурсы на исходе, а страх сковал наши сердца. Расскажи, что надо делать?

Словно по невидимому сигналу, люди начали выходить из своих укрытий, окружая Эмерса и его немногочисленных спутников. Они настороженно смотрели.

— Солнце, — твердо произнес Эмерс. — Нужно собрать всех мужчин, всех, кто способен держать оружие, и напасть днем.

— Они прячутся в пещере, глубоко под землей, где солнечные лучи не достанут их, — возразил кто-то из толпы.

Эмерс цокнул языком, обдумывая ситуацию.

— Нужно напасть перед рассветом, — проговорил старик, — дадим бой у самого входа. Отрежем их от выхода на рассвете, когда они будут наиболее уязвимы.

— Мы сами погибнем! — покачал головой Эмерс, глядя на изможденные лица людей. — Солнечный свет убьет нас.

— Мы защитим вас, наместник. Мы укроем вас от жгучих лучей.

— Но как мы можем доверять вам? — нахмурился Эмерс.

Старик ухмыльнулся, обнажив редкие, пожелтевшие зубы.

— Как и мы вам, наместник. Как и мы вам. У нас нет другого выбора, кроме как поверить друг другу.

Эмерс кивнул.

Глава 23

Вскоре Эмерс направился на запад, в самое сердце земель, где ему предстояло заключить соглашение, способное изменить расстановку сил. Он прибыл с соратниками без оружия, символизируя мирные намерения. Воины, словно выросшие из самой земли, встретили их на подходе к частоколу.

— Мы пришли с миром! — провозгласил Эмерс. — Отведите к вашему вождю.

В ответ из толпы воинов выступил мужчина с волосами, отливающими иссиня-черным блеском.

— Я и есть вождь Самиус Рейт, — произнес он.

— Я Эмерс. Вызываю на разговор, — ответил тот.

Их провели в просторный дом, украшенный трофеями и символами власти, где им указали на места за деревянным столом. Пламя факелов освещало лица собравшихся.

— Что привело тебя сюда? — бесстрастно спросил Рейт.

— Я знаю о ваших завоеваниях, о землях, которые склонились перед вашей мощью. Я пришел предложить вам силу, — Эмерс говорил медленно, тщательно подбирая слова.

— Сила... — он растянул слово, — каждое племя к северу от Черной реки обещало мне силу. Все они теперь покоятся в земле.

Эмерс не моргнув выдержал взгляд вождя. Он поднял руку, и стоящий между ними кувшин вдруг вздрогнул, затем плавно поплыл по воздуху, остановившись перед изумленным Рейтом.

В зале повисла гробовая тишина. Даже самые опытные воины отпрянули, шепча защитные заклинания.

— Колдовство! — прошипел один из них.

— Не колдовство, — поправил Эмерс, опуская кувшин обратно на стол. — Дар. Который может стать вашим оружием.

Рейт наклонился вперед, его глаза загорелись хищным блеском.

— И что ты хочешь взамен?

Эмерс развернул пергамент, на котором была изображена карта, и обвел участок территории.

— Эти земли, Пертинакс — наш дом. Ни один ваш воин не ступит туда. А мы обеспечим вам победы там, — его рука описала широкий круг, охватывая все соседние территории, — а еще мне будут нужны ваши люди, которые пойдут к нам добровольно.

Советники зашептались. Один старый воин с шрамом через глаз хрипло рассмеялся:

— И как мы узнаем, что вы не повернете эту силу против нас?

Эмерс медленно поднялся.

— Потому что я даю клятву и свою кровь.

Рейт задумался на долгие минуты. Потом вдруг резко встал, опрокидывая стул.

— Будет по-твоему! — он ударил кулаком по столу. — Но знай, если ты обманешь...

— Мои клятвы нерушимы, — прервал Эмерс.

На улице внезапно завыл ветер, заставив факелы дрожать. В этот момент даже самые храбрые воины почувствовали холодок страха. Сделка была заключена.

— Писца срочно! — рявкнул Рейт.

В синих глазах отражалось нетерпение. Вскоре кудрявый юноша с испуганным видом склонился над пергаментом, готовый запечатлеть волю своих господ.

— Пиши, — прогромыхал Рейт, сверля взглядом Эмерса. — Самиус Рейт и Эмерс…

— Пусть будет Давер, — криво усмехнулся Эмерс.

Перо писаря быстро скользило по пергаменту, фиксируя каждое слово, каждую оговорку. Атмосфера сгущалась, наполняясь напряжением, которое можно было потрогать руками. Наконец, договор был заключен. Оставался последний, самый важный ритуал.

Эмерс, не дрогнув, выхватил из-за пояса кинжал с рукоятью из черного дерева. Одним быстрым движением он разрезал себе запястье, и алая кровь обильно хлынула в подставленную чашу. Наполнив ее, он протянул чашу вождю.

Рейт принял чашу с непроницаемым выражением лица. Он медленно поднес к губам и сделал глоток, не отводя взгляда от Эмерса. Кровь, теплая и терпкая, обожгла его горло. Затем он передал чашу своим воинам, стоявшим по обе стороны от него. Каждый из них, не колеблясь, пил, подтверждая свою верность и готовность следовать условиям соглашения.

* * *

Предрассветный туман стелился по земле, когда Эмерс и его спутники спешили к укрытию. Воздух был наполнен влажной прохладой и тревожной тишиной, нарушаемой лишь хрустом веток под ногами. Внезапно резкий